Хозяин тумана - Томас Барнс

— Кто-нибудь! Спасите…

Кто-то кричал так жалобно, и это происходило где-то совсем рядом, недалеко от того места, где он остановился…

В беспредельных лесах Тайга испокон веков было принято приходить друг к другу на помощь. Много раз иннеец спасал людей, и сам потом получал поддержку в трудное мгновение.

Вождь пружинисто прыгнул на каменный парапет, отделявший улицу от парка и ловко перемахнул через металлическую ограду. Миновав продольные ряды кустарников, он выскочил на дорожку, залитую лунным светом и остановился.

— Да у него вырвано сердце… — прошептал иннеец, осторожно наклонившись над телом несчастного. — Клянусь Духом Проливного Дождя, это самое мерзкое, что я видел в своей жизни!

Медноволосый Хорр бесстрастно взирал на погибшего юношу и, как ни странно, напряженно, чутко внюхивался. Только он замечал, что едкие ароматы порохового дыма почему-то сменились смрадом влажной гнили, словно облепившей за одно мгновение его смуглое лице.

В нос ощутимо ударило зловонние густых болотных миазмов!

Лицо иннейца оставалось бесстрастным, но глаза широко открылись от удивления. У него возникло ощущение, что, сделав всего пару шагов, он успел удивительным образом переместиться из праздничного дворцового парка Нианы в самый центр глухого Пайлуда.

Вождь был уверен, что сердце лежащего на парковой дорожке юноши вырвано для какого-то жуткого, непонятного обряда. Медноволосый Хорр ощущал, что здесь только что побывала зловещая, странная сила, и от близости к этой ледяной неизвестности у него похолодели пальцы, сжимавшие рукоятку кинжала.

В этот момент из глухой части парка раздался женский голос. Кричала, несомненно, молодая девушка, но голос ее, распыленный вечерним ветром и заглушаемый треском фейерверка, звучал очень невнятно.

— Я здесь… — жалобно прокричала она вдали, и ее голос эхом отдался в окрестных рощах.

— Клянусь Духом Проливного Дождя… — ошеломлено вскинул голову Медноволосый Хорр. — Я знаю, кому принадлежит этот голос!

Он ринулся в сторону и выбежал в глухую, заросшую часть парка, из которой только что донесся крик, и в нерешительности остановился. Где-то там, за спиной раздавались взволнованные крики людей, прибежавших к трупу с факелами, но вождя это нисколько не интересовало.

Всем своим естеством он напряженно всматривался и вслушивался в то, что творится кругом. Таинственный болотный запах исчез, оставив в душе ощущение пустоты. Нигде ничего не было видно, как дождевой охотник ни напрягал свое острое зрение, он не мог различить ни одного движения.

Но ветер шевелил листву деревьев, и в этом монотонном шелесте вождю чудился мелодичный, печальный голос Зеленоглазой Ратты:

«Я здесь… Я здесь… здесь…» — словно тихо шептала она.

«Я здесь…» — отчетливо слышал ее голос Медноволосый Хорр, и каждый раз эти едва уловимые звуки отзывались мучительной болью в сердце иннейца.

— Ратта, я здесь, — крикнул он во все горло. — Ты слышишь? Я пришел к тебе!.. Я здесь…

Эхо подхватило его слова, и все окрестные рощи отозвались:

— Здесь… здесь… здесь…