Идентификация - Андрей Земляной

— Не договоримся мы с вами, полковник. — Она распаковала очередной медпакет и, втолкнув в рану шарик кровеостанавливающего комплекса, прихватила сверху аэрозольным бинтом. — Я же вас, ну я имею в виду всех англосаксов, за людей-то не считаю. О чем с вами вообще можно договариваться? Вы же народ подонков и убийц. Цивилизация паразитов.

— Но ведь вы же спасли наших детей? — удивился Штайн.

— Детей не трогай, полковник. Кто знает, может, там, среди них, будущие люди. Наперед-то ничего не известно. Да и для самоощущения это плохо. Сначала ты бросаешь в беде чужих детей, а потом, глядишь, и своих оставишь. Так что я предпочитаю подстраховаться и жить со своей совестью в мире. Это же, кстати, касается и всяких договоров с вами. — Алиса сделала паузу и, вытряхнув на перчатку несколько тонизирующих таблеток, забросила их в рот, запив водой. — Торговаться с лукавым — значит проиграть еще до окончания сделки.

С трудом поднявшись, она проковыляла дальше и уперлась взглядом в тупик.

— Отличненько. Ну просто отличненько. — Она оглядела крошечную нишу, в которой, наверное, мог бы спрятаться подросток, но никак не она в штурмовой броне.

Алиса еще раз крепко выругалась, развернувшись на месте, чтобы встретить лицом к лицу вылетающих из-за поворота боевиков. Спасли ее только невысокий уровень боевой подготовки отморозков и мощь ее автомата, который не давал шанса нападавшим. В пару секунд она выкрошила эту группу и выглянула за угол, чтобы увидеть все тот же строй с бронещитами.

— Ну вот и звездец.

— Повторите, не понял, — вдруг отозвался полковник.

— Я говорю, нормально все! — Алиса сбросила рюкзак и стала выкладывать перед собой остатки боеприпасов. — Ждите отстоя, не ждите долива.

Две гранаты, шесть магазинов и одна мина. Негусто, но на последний танец должно хватить.

Она уже приготовилась к последнему бою, когда перед ней плюхнулась кустарная связка из нескольких гранат, весело дымящая замедлителем. Алиса только и успела, что отшвырнуть связку за поворот, как грохнул мощный взрыв, впечатавший ее в противоположную стену.

Взрыв на четвертом этаже, видимо, до конца исчерпал остатки прочности здания, и верхние этажи начали неторопливо складываться внутрь, круша перегородки и перекрытия.

Через пять секунд вместо двенадцатиэтажного корпуса была лишь гигантская куча мусора и еще большее облако пыли.