Разведка боем - Александр Быченин

Минут через двадцать суета улеглась, новоприбывшие равномерно распределились по округе и занялись делом. Военные строители — были и такие, Сашка подтвердил, — развернули технику и принялись лихо размечать будущую строительную площадку. Из «шишиг» с пулеметными башенками на кунгах сформировали основу периметра, раз этак в пять больше нашего, между ними раскатали мотки колючей проволоки, похожей на древнюю «егозу», причем в несколько рядов, смонтировали наблюдательные вышки. Местность преображалась прямо на глазах.

Еще через час к нам подошел Волчара. Настроение у него было бодрое, можно сказать, чемоданное.

— Через час отчаливаем, — объявил он. — Сейчас медики убитых погрузят, периметр демонтируем и двинем. Первую партию трофеев уже погрузили, в Чернореченск пойдем в составе колонны из десяти «шишиг» с грузом. Нас напрягли в охранение, так что придется поработать напоследок. Усиление дали — два отделения свежих. Обратно они с грузовиками пойдут, плюс в городе еще мотовзвод на «коробочках» выделили.

— Ночевать в степи будем? — нахмурился Сашка.

Не прельщала его такая перспектива.

— Нет, дорогу укатали уже, маршрут нормальный, с ориентирами. Пойдем до упора, одним рейсом до города. Комбат еще сказал, что с утра эскадрилья штурмовиков степь прочесала на сто километров вокруг. Нашли несколько стойбищ, отработали ракетами. Маршрут тоже почистили, так что нападения опасаться не приходится.

Я мысленно прикинул — выступаем в районе часа пополудни, восемь часов примерно в дороге. К девяти вечера в Чернореченске будем. Это если без эксцессов. А там ужин, Сашкиной матерью приготовленный, банька… Эх, красота!

— Лицом не щелкать, еще не прибыли в ППД! — напомнил майор. — В дороге всякое случиться может, туда-сюда. Готовьтесь, короче.

Мы проводили Волчару взглядами и принялись грузить в «бобик» невеликие пожитки.

Система Риггос-2, планета Ахерон, База-7 — Чернореченск

7 марта 2535 года, день — вечер

Против ожидания дорога до Чернореченска затянулась. Когда прикидывал, не учел, что теперь в колонне техники вдвое больше, плюс ближе к вечеру пришлось идти с включенными фарами, что также скорости не прибавило. Плюс сложный рельеф и фактическое отсутствие собственно дороги — две параллельных полосы примятой колесами растительности на это высокое звание явно не тянули. Ладно хоть обошлось без эксцессов, никто не напал, никто не поломался в пути, никто не заблудился. В город прибыли в первом часу ночи, в глубокой темноте. Столь позднее прибытие не отменило тотальной проверки при прохождении ворот, поэтому в отстойнике провели еще почти час. Потом в окружную добирались до Армейки, проезжали через КПП, ставили технику и сдавали вооружение. Слава богу, с трофеями разобрались без нас — мы с Сашкой отделались переданным по описи в оружейку моим снаряжением, причем напарник остался со мной лишь из чувства солидарности. Плюс ехать потом в одно место — вот и подождал. В конце концов мы добрались до дома. Был третий час ночи, поэтому ужином не заморачивались, тем более что в пути перекусили на привале. Я не отказал себе в удовольствии залезть в душ, но затягивать с этим делом не стал, лишь смыл дорожную пыль. Посвежевший и довольный жизнью поднялся в свою комнату и тут обнаружил, что сон перебил абсолютно. Однако унывать не стал, решил использовать подвернувшуюся возможность для изучения информации по Океанариуму и Мутагенке. Как Сашка и обещал, допуск сработал, и я спокойно зашел в сеть с КПК.

Про Океанариум удалось узнать довольно много. Выяснилось, что до Бойни это был крупный исследовательский центр на дне Внутреннего моря, почти в самом его центре. По какой-то прихоти природы как раз в этом месте располагалась песчаная отмель, и максимальная глубина составляла пятьдесят два метра, а средняя около тридцати. По сравнению с остальной акваторией с ее средними глубинами в триста метров — очень мелко. Поэтому научный отдел колонии первоначально развернул там малый исследовательский комплекс из трех небольших куполов, всего по сто метров в диаметре и высотой десять. Место оказалось настолько удобным, что вскоре базу пришлось расширять, и через двадцать лет после основания на дне образовался целый город с нешуточными производственными мощностями. Население перевалило за сорок тысяч, и подавляющее большинство составляли высококлассные специалисты в своих областях. Не мудрствуя лукаво, поселение обозвали Океанариумом, причем история умалчивает, в чью светлую голову пришла эта идея.

Хоть и значительно разросшийся, Океанариум в первую очередь оставался научным центром, специализировавшимся на морской биологии. Наличествовали также геологическое и гидрографическое отделения плюс значительный парк техники — как чисто подводной, так и амфибийной. И все это богатство благополучно избежало бомбардировки. Обитатели Океанариума полностью сохранили научный и производственный потенциал, однако испытывали значительные трудности с сырьем. Репликаторы в подводном городе имелись, и сразу после Бойни руководство задумалось о будущем. Потому большая часть запасов была потрачена на изготовление дублирующих узлов системы воспроизведения. Первые десятилетия с начала изоляции планеты ученые отгораживались от остального мира, ограничиваясь разведывательными экспедициями. Жили на старых запасах, с продовольствием тоже проблем не было — гидропонные фермы снабжали растительным белком из водорослей, наладили промышленный лов рыбы и прочих морских гадов, в общем, выкручивались. Однако оборудование мало-помалу изнашивалось, и люди начали задумываться об организации добычи полезных ископаемых. Репликаторы сами по себе, без активной массы для переработки, были бесполезной грудой металла и электроники. Требовалось как минимум два вида сырья — железная руда и нефть.

Нефть нашли неподалеку на шельфе и даже сумели организовать ее выемку и переброску по трубопроводу, проложенному по дну залива. С железной рудой оказалось сложнее — ближайшее месторождение обнаружилось в горах на западном побережье Внутреннего моря. Но и тут подводникам повезло — в этом районе имелось достаточно крупное и довольно развитое княжество оседлых аборигенов. После нескольких инцидентов со стрельбой местные жители предпочли с колонистами подружиться и организовать взаимовыгодную торговлю. Особенным спросом у обитателей подводного поселения пользовалась железная руда. На почве этой торговли княжество обзавелось крупным грузовым флотом, а в Океанариуме соорудили надводную платформу, заменившую порт. Обеспечив промышленные мощности сырьем, город еще более окреп и начал активно осваивать акваторию Внутреннего моря. Через пятьдесят лет после Бойни подводники установили контакт с Порт-Владимиром, а через него с Чернореченском. Был подписан договор о сотрудничестве, и с тех пор все три человеческих поселения действовали сообща, особенно в решении глобальных задач, типа развития промышленности.

К настоящему времени Океанариум превратился в крупнейший сохранившийся научный центр, где занимались в основном исследованиями в самых различных направлениях. Чернореченск снабжал подводников продовольствием, поэтому они смогли больше ресурсов направить на научную деятельность. Значительных успехов обитатели Океанариума достигли в медицине и в биологии вообще. Так что неудивительно, что именно медикам из этого города передали пленного и детей. В других местах толку от них никакого не было, а тут, глядишь, и выяснят что-нибудь полезное. По крайней мере, хотелось на это надеяться.