Беглец в жизнь - Ростислав Гельвич

Лич закрыл глаза и полностью погрузился в себя:

– Господа. Время инструктажа. Подтвердите свое присутствие.

Не меньше десятка мыслепосланий, как иголочки, кольнули в виски. Среди них был и находящийся в пещерах Ордена Артан. Но не было нескольких человек, имеющих очень важные роли в предстоящих событиях.

– Ждем. Обращаюсь к господину Соколу: с вашей стороны все готово?

Еще пять мыслепосланий. Одно неуверенное и слабое… хотя такими артефактами хотты еще никогда не пользовались. Немудрено.

– Мои воины нанесут удар по Наместникам крупных городов через две седмицы. Сакрамханат, Ариох, Кендарат, Бендер, Сэдор, Харакат. Дальнейшая часть операции лежит не на мне.

– А теперь о ней, господа. Итак…

Альфаран всегда считал себя человеком ну не то что бы с железными нервами и каменным сердцем, но все-таки достаточно хладнокровным и сдержанным.

Возможно, так оно и было. Но на каждую старуху бывает проруха.

– Чего уставились, сволочи?! Морды в миски и жрать!!

Голос погонщика рабов прозвучал, как громкое карканье, и дополнил его свистящий щелчок кнута.

И это долетело до ушей Альфарана, некстати пересекавшего с Ятордом главную площадь Кендарата.

– Ах ты ж…

Неизвестно как, но все пережитое в раннем детстве вспомнилось. Побои надсмотрщиков, да и некоторых товарищей по несчастью… Но это неважно. Важна реакция.

Беспомощно затряслись колени, и по спине потек холодный пот.

– Пошли скорее. – Альфаран ускорил шаг. – Еще скорее…

Яторд вяло протестовал, хоть и не сопротивлялся.

– Да куда торопиться-то?

Оправдание тут же нашлось:

– Деньги получать. Я понять не могу, чего нам их сразу не выдали? Сейчас бы уже ехали по делам, а так топать по этой жаре…

– Меня ты зачем спрашиваешь? Этим что, я занимаюсь?

– Нет, мне просто непонятно. – Альфаран утер пот, начавший стекать в глаза. – Выдали бы нам там снаряжение, этих самых сбрую, лошадей ну и все такое… Даже с учетом перевоза их на корабле было бы дешевле. Или хотя бы из здешних конюшен.

Яторд поспешно зашел в тень высокого здания, на краю площади, и, прислонившись к прохладной стенке, ответил:

– Почему с Иллиданиса лошадей не выдали, я не знаю. А про здешних могу сказать. Мы же будем по всей Мирании мотаться. Сначала в Форн, потом еще куда-то…

– В Марэдон.

– Во. Аж в Марэдон мотаться, – он закашлялся. – А это уже не кендаратские окрестности – и что там случись с лошадьми, мы должны будем не только заплатить за них, но и нехило добавить. Даже не спрашивай почему, законы не я писал.

– Как скажешь, – пожал плечами Альфаран, недоуменно глядя на согнувшегося и тяжело дыщащего товарища.

Разговор не клеился. Пересохший язык упорно не желал нормально функционировать. Поэтому Яторд, пройдя еще немного, громко выругался и завернул в неприметную дверь, над которой висела деревянная вывеска в виде кружки.

– Зайдем?

– Зайдем.

Было впечатление погружения в ледяное озеро – настолько прохладно было в этом заведении. Сразу же отлегло от головы, мысли порядком прояснились. Даже не став садиться за столик, Яторд прошел к стойке и заказал два стакана холодного вина.

После того как первый глоток, подобно благодатному дождю, прошел через пересохшее горло, все стало вообще замечательно.

Покачав головой, Яторд отхлебнул во второй раз:

– Чего ты так с площади рванул-то, будто стая собак гналась?

– Эм-м… – некромаг замялся. По спине опять пробежали мурашки. – Помнишь, рассказывал… я же в рабах был. Ну, потом меня выкупил один старик – обучил на мага. Но как в рабах был, вспоминать до сих пор неприятно.

– А-а-а-а.

Наступило молчание. Трактирщик, стоящий за стойкой, клевал носом, однако настороженного взгляда не опускал.

– Так потом что? Куда нам вообще?

– Ну… – Яторд поставил полупустой стакан. – Сначала идем в канцелярию. Затем в королевский карман. Ну а потом уже за новой и качественной амуницией. Что непонятного?

Королевским карманом называлась государственная ростовщическая система, работавшая по всей Симурании. В каждом городе к городской казне был прикреплен такой вот «кармашек». Хотя это скорее к «кармашку» была прикреплена казна, если называть все своими именами.

В «карман» поступали сборы, налоги и подати со всего города и территорий, находящихся под его управлением. Далее деньги, уже после дополнительного учета, поступали в казну, после чего использовались уже для разных дел, как то: выдача жалованья солдатам или как сейчас – государственным служащим в ответственной командировке.

Альфаран кивнул, допив стакан.

– Все понятно.

После чего эти двое с такой тоской посмотрели на дверь, что трактирщик, поняв все каким-то изощренным шестым чувством, снова наполнил два стакана холодным вином.

Лишь спустя полтора часа посланцы смогли не только выйти, но и нормально пройти к цитадели, что стояла в центре города. В этом смысле Кендарат очень хорошо смотрелся по сравнению с иными городами Мирании. Если в том же Ариохе (даром что вице-столица) цитадель даже после многочисленных переделок выглядела скорее большой башней с множеством ответвлений и пристроек, то в Кендарате главное городское сооружение смотрелось грозно.

– Чего молчишь? – Угрюмый некромаг, всю дорогу из трактира прошагавший и не сказавший ни слова, получил чувствительный толчок в бок.

– Думаю.

– О чем?

– Да ни о чем, – и это было правдой.

Яторд пожал плечами и тоже погрузился в себя.

И если у Альфарана в голове витало лишь «вдох-выдох-вдох-выдох», то у Яторда все было совсем иначе.

Несмотря на видимое приятельство с некромагом, до конца он ему еще не доверял. И сейчас он кидал в него настороженные взгляды. Знай Яторд, что Альфаран их давно заметил, может быть, он бы и постарался быть скрытнее.

Однако этого произойти не могло.

– Слушай, ты так и будешь смотреть на меня?

– В смысле? – Яторд попытался сделать хорошую мину при плохой игре.

– Да в прямом. Ты на меня так зыркаешь, будто я сейчас тебя убивать начну.

Барон рол Улвани смутился и застопорил шаг.

– Ну, в общем, так… – Альфаран снял с себя пояс с ножами и ножнами, после чего протянул его ошарашенному Яторду. – Держи. Я не хочу быть постоянно под подозрением.

– Да ладно… чего ты, в самом деле…

То, что могло показаться ярким проявлением эмоций со стороны некромага, было спонтанно спланированной сценой. Прямолинейный, как железный столб, барон просто попался на нее. Да и не мог он не попасться. И даже не из-за игры Альфарана (которая как раз была довольно топорной), причиной тут было нежелание нарушать свои же принципы.