Абатта - Максим Бражский

– Как пожелает мой король, – поклонился Ричард.

Чуть позже принц Торад понял, что поступил правильно: молнии и другие дары богов становились все реже, а маги, напротив, будто почувствовали внезапный прилив сил.

А из пяти групп вернулась лишь одна…

Чаша весов только начала склоняться в сторону армии Торада, как со стороны армии короля послышались звуки труб, приказывающих отступать.

– Это ловушка? – спросил сам себя принц.

– Навряд ли, – в один голос возразили Ричард и один из лордов.

– Зачем королю отводить войска? – нахмурился Торад.

– Ловушка это или нет, нам стоит тоже отвести войска, – произнес Ричард после недолгого размышления.

– Трубите отвод войск, – кивнул принц. – Я не вижу резонов продолжать. Единственный вариант – они заманивают нас в ловушку.

Ричард, улыбнувшись, возразил:

– Кажется, отец нашего короля все же нашел другую причину.

Произнеся эти слова, маг показал рукой на одинокого безоружного всадника с белым флагом.

– Он хочет заманить меня на переговоры? – слегка удивленно произнес Торад. – Бред. Я на такое никогда в жизни не попадусь. Убить его!

– Стой! – тут же перебил принца Ричард. – Нашим магам передышка нужна как воздух. А насчет ловушки… Я поеду вместо тебя, если так желаешь.

Когда маг произнес последние слова, с Торадом уже разговаривал его точный двойник.

– Я хочу поехать с тобой, – сказал принц, почти не раздумывая. – Ты укроешь меня мороком. Передайте гонцу, что мы согласны на переговоры, но – только я и мой отец!

…Когда Ричард в облике Торада и сам принц, надежно скрытый под покровом невидимости одним из лучших магов иллюзий, приблизились к всаднику, то обнаружили вместо короля молодого человека, чем-то напоминающего правителя Радории.

Торад скрипнул зубами: это был его брат, а не король. И Ричард вряд ли мог догадаться, кто это: иллюзионист не так часто выезжал за пределы своего острова и редко мог видеть королевскую семью.

Волнения его были не напрасны: Ричард на самом деле не узнал брата Торада, законного наследника Радории. Но собой маг владел замечательно и ни на секунду не дал усомниться, что он – настоящий принц.

– Торад, – негромко произнес наследник трона.

– Я готов вести разговор лишь с королем, – твердо произнес Ричард.

– Я – король. Мой отец убит вашими магами.

Тораду очень захотелось кивнуть иллюзионисту, но смысла в этом не было: особенности магии – невидимку не видит никто. Даже сам заклинатель. Оставалось лишь надеяться, что Ричард будет вести себя верно.

– Отрадно слышать, – произнес Ричард, и от холода в его голосе старший принц заметно вздрогнул. – Если ты пришел, чтобы объявить о сдаче, – я слушаю. В противном случае…

– Послушай, брат! – резко перебил мага наследник трона. – Наш отец умер. Ты, твои маги убили его. Но я пришел говорить не об этом, есть кое-что важнее. И ты должен меня выслушать.

Голос брата Торада был тверд: он явно собирался стоять на своем до последнего. Ричарду это не понравилось: он не мог понять, в какую ловушку его пытаются заманить. Не мог же их противник в один миг измениться!

– Хорошо, – решил наконец Ричард. – Говори.

– Мы хотим перемирия.

– Перемирия? – Маг удивленно вскинул бровь. – Сейчас? Не значит ли это, что вы просто испугались поражения?

Старший принц нахмурился:

– Торад, буду честен: мы с тобой никогда не ладили, и я не могу сказать, что знаю тебя хорошо. Но сейчас я тебя не узнаю.

– Ты хочешь увести разговор в сторону? Тогда нам не о чем разговаривать! – резко перебил его Ричард.

И маг, и младший принц поняли, что еще немного – и наследник трона поймет: перед ним не истинный Торад. Иллюзионист, сохраняя невозмутимость, лихорадочно пытался придумать, что делать дальше. Раскрываться раньше времени не входило в их планы.

– Хорошо, – неожиданно согласился теперь старший принц. Ричард вдруг осознал, что не знает его имени, так же как мало кто знал имя короля. – Столица пала. И, мы знаем точно, не от твоих войск, Торад.

Ричард застыл, не в силах сдержать удивления. Сохранить маску спокойствия удалось лишь с большим трудом и не без помощи магии.

– Кто это мог быть? – спросил наконец маг, стараясь придать голосу насмешливые интонации.

– Это войска Хуга, – ответил коротко старший принц. – Одного из наших провидцев посетило видение. Полагаю, скоро и разведчики принесут те же известия.

Внезапно Ричард почувствовал руку Торада на плече. Это был условный знак, чтобы сбросить морок, что иллюзионист и сделал, почувствовав немалое облегчение. В конце концов, он маг, хоть и владеющий волшебством обмана.

– Здравствуй, Орэн, – негромко произнес Торад. – Давно не виделись.

Старший принц некоторое время молча переводил взгляд с мага на брата, потом кивнул и сказал:

– Иллюзии… Понятно. Судя по всему, ты решил прислушаться к моим словам, брат.

– Судя по тому, что меня до сих пор не поразил гнев богов, я оказался прав в своих предположениях, – без улыбки ответил Торад. – Хуг взял столицу. Я этого боялся.

– Он хочет, чтобы наши армии уничтожили друг друга, а выжившие пришли к закрытым воротам. Торад, мои жрецы… мои оставшиеся в живых жрецы передали волю своих богов, и все бессмертные говорят одно: Хуг гораздо опасней тебя и твоей армии.

– Возможно, – склонил голову младший принц. – И что еще говорят твои боги?

– Не думаю, что их слова тебе понравятся, – едва заметно улыбнулся Орэн. – Ты был всегда слишком горд для младшего сына короля.

Торад с заметным интересом посмотрел на брата. Тот поднял глаза к небу, вспоминая точные слова, и чуть погодя произнес:

– «Мы даруем прощение всем – и магам, и людям, и принцу!» – именно так сказали жрецы.

– Ты угадал, – кивнул Торад. – Не самые лучшие слова. Боги испугались?

– Будь на моем месте жрец Керхара, он испепелил бы тебя взглядом и попытался сжечь за такие слова, – опять улыбнулся старший принц. – Но я никогда не был фанатиком, ты знаешь.

– Как и я, и наш отец, – согласился младший брат.

– Нет, – внезапно возразил Орэн. – В последнее время отец словно изменился, и очень сильно. Он попал под влияние жрецов. Впрочем, теперь он мертв.

– Надеюсь, с тобой договориться будет легче, – склонил голову Торад.

– Я не хочу войны. И я готов не уступать жрецам.

– Ты всегда был лучшим политиком, чем я и наш отец, – усмехнулся младший принц. – Хорошо. Мы заключим перемирие. На наших условиях.