Банк Времени. Солар - Саша Н. Мильберт

—…использовать…

—И ужин!

—Так вот, скульптура,— как ни в чем не бывало продолжила довольная Фиона.— Негодяи разрушили скульптуру, которую сотворил Коннис в честь Мазины ри Тона!

—Кого-кого?— удивился Тин и прикусил язык, увидев, как матушка закатила глаза.

—Мазины! Герцогиню ри Тона зовут Мазина!

—У нее еще и имя есть?— буркнул любящий сын и тут же примирительно поднял руки.— Молчу, молчу! И очень внимательно слушаю дальше! Это какая-то особая скульптура?

—Особая?— Фиона выверенно передернула плечиками.— Можно и так сказать. Эта статуя изображала Мазину в дни ее далекой, но бурной молодости.— Насмешливая улыбка ядовитой змейкой проскользнула по алым губам женщины.— Молодой она тоже была и, надо сказать, вполне привлекательной. На вкус и цвет…

Константин понятливо кивнул.

—Думаю, все дело в этой скульптуре… Мазина теперь с Конниса не слезет, пока он не пообещает ее восстановить. Бедный Коннис, бедный старичок…

—Всячески сочувствую,— равнодушным тоном поддержал беседу коллега Конниса по Кругу Стражей.— А больше ничего необычного ты не заметила? Поведение герцогини? Может, кроме сада еще что-то было разрушено или пропало? И кстати, как М…мазина отнеслась к тому, что ты ее навестила? Вряд ли она хотела бы огласки по поводу своего сада. Хм, м-да.

—Ох, столько вопросов!— засмеялась Фиона.— Отвечу кратко — не заметила, не пропало.

—Тоже неплохо,— пробормотал Константин.

—Но Мазина, конечно же, удивилась моему визиту. Ты ведь знаешь, перед Днем смены Года у всех столько дел! Пришлось выдумывать, что я присматриваю тебе невесту и хотела бы поговорить о ее племяннице, ах, как же ее… Кларе!

Константин поморщился. Клару он знал и терпеть не мог. А тема помолвки с некоторых пор перестала быть актуальной. Его все устраивало. Более чем.

—И что же герцогиня?— насмешливо произнес благовоспитанный сын.

—Ах, бедняжка была в таких расстроенных чувствах, что тут же принялась плакаться и осыпать проклятиями каких-то неведомых мифических конкурентов,— Фиона, грациозно держа тонкую чашку, сделала аккуратный маленький глоток.— Но вот, что странно… Как можно было не услышать, что твой сад крушат? То ли на всех домочадцев накинули мощнейшие сонные чары, то ли использовали иллюзию… ммм… всю ночь думала, так и не пришла к однозначному выводу.

—Это дело дознавателей,— отмахнулся Константин. Сейчас его больше интересовали другие вопросы.— А зачем она понеслась в Галерею? Откуда у нее вообще мысли о Русе возникли?

—О,— оживилась Фиона,— это довольно занятная история. Оказывается, не так давно, к герцогине обратился некий господин ди Нозавр, из «Императорского вестника». Они пишут цикл статей «Известные люди Солара». Ну, он и обратился к Мазине, она же как-никак знаменитый Маг Грани, сколько достижений! Жаль, Маа не дал им с мужем детей, всю свою любовь она отдала племянникам — Кларе и Рону.

—Это замечательно,— скривился Тин, Рона он также не переваривал.— Но причем здесь Рус?

—А при том, что о достижениях Русеана ри Фарра в искусстве не знает только слепой, глухой или вообще не житель Солара. Ди Нозавр намекнул Мазине, что участниками цикла статей будут такие известные личности, как Страж Судьбы, Ларонис ви Саз..

—Хм…

—Русеан ри Фарра,— невозмутимо продолжала Фиона,— и еще пару личностей, с которыми я лично не знакома.

—А такое возможно?— деланно удивился Константин.

Фиона пожала плечами.

—Однако же, Рус не в курсе, что о нем будут писать.

—Ну, значит, еще просто не успели к нему обратиться,— беспечно произнесла леди ми Кама.— Поэтому, когда с ее садом случилось то, что случилось, Мазина в первую очередь подумала о Русе.

—Как-то плохо она о нем думала,— Константин был зол,— вела она себя, мягко говоря, неподобающе. Судя по словам Ледо, ГЕРЦОГИНЯ была похожа на торговку на рынках нижних миров.

Фиона рассмеялась.

—Мазине очень жаль, что так произошло. Она была очень растеряна, подавлена и плохо соображала, что делает. Главное для нее — возродить сад. И конечно же, ТУ САМУЮ скульптуру! А тут уже, как говорится, все средства хороши.

—Это она тебе сказала?— прищурился Тин.

—Я могу разговорить практически любого,— скромно потупилась матушка.

—Ты — да!— усмехнулся Тин,— ну что ж, спасибо за помощь, она бесценна!

Фиона засияла. А Константин, допив кофе, задумчиво посмотрел в замерзшее окно.

—Пойду-ка я наведаю младших бездельников.

—К отцу загляни!

—Само собой!

Нежно приобняв мать, Константин попрощался и чуть ли не бегом направился в другую часть дома, даже не подозревая, какие мысли крутятся в голове у сиятельной леди.

Вслед старшему сыну герцогиня смотрела с любовью и одной ей известной тревогой.

Даже не верится, что еще недавно Тин был совсем маленьким худеньким малышом, играющим со своим лучшим другом — наследным принцем Солара. Еще пару десятков лет чета ми Кама хотела повременить с рождением детей, но Вереамир смог ее убедить, что их дети станут лучшими друзьями и самыми сильными магами Солара. Книга Судеб не ошибается. Если бы она только знала какой ценой…

***

Почему-то точку выхода из родового портала в наш семейный особняк у меня получилось настроить изначально в кухню. Давно еще, в глубоком детстве, когда мои способности Мага Времени и Пространства только-только стали проявляться. А после этого другие выходы я не открывала. Не было нужды, кухня меня всегда устраивала.

Но сегодня, оказавшись среди восхитительных запахов и родных поваров, я ощутила легкую грусть… смешанную с воспоминаниями о вчерашнем посещении Императорской Кухни.

Интересно, Тахир меня вспоминает?

Наверное, нет…

Подозреваю, что у такого известного придворного музыканта и толпы восторженных поклонниц, и любовница, наверняка, имеются… В памяти вновь всплыла татуировка… стальные мышцы груди… гипнотический взгляд черных глаз, и только усилием воли я отогнала все эти видения. Тут же запретив себе думать о музыканте в целом и о вчерашнем, в частности.

Все, хватит! Я дома. У меня есть Тин.

—Киана! Девочка наша!

—Ох, похудела то как! Не кормят вас, поди, в этом Институте?

Повара, как будто только меня и ждали. Наперебой бросились здороваться (шутка ли, не появлялась дома более полутора месяцев!) и всячески выражать, как меня все рады видеть. Тут же пытаясь подсунуть «такой маленькой и бледненькой молодой хозяйке» куски мясного пирога.

В животе булькнуло, от пирога я отказываться не стала, но все-таки всласть поздоровавшись со всеми находящимися на кухне поварами и слугами, я поспешила к родным.