От сессии до сессии - Вероника Горбачева

— Именно! — в один голос восклицают воспитатель и гостья. Причём от голоса последней вздрагивают и роняют листву деревья, окружающие поляну. Профессор психологии сконфуженно замолкает.

— Именно! — продолжает шёпотом дон Куадро, хотя ему-то как раз и нет необходимости понижать голос. — Донна Ива, мы узнали, что Совет Магов, курирующий «Детский сад», собирается пригласить вас в качестве Наблюдателя. Понимаете, Наблюдатель — это своеобразный эксперт с независимой точкой зрения. Его обязательно выбирают из иномирян, причём из относительно недавно прибывших, не успевших… как бы это выразиться? ассимилироваться в наш социум. У вас свежий взгляд на наши традиции, поведенческие линии, установки; вы оцениваете события с иного угла зрения, и к тому же, надо отдать должное, умеете откровенно и вместе с тем деликатно — я бы сказал, дипломатично — донести своё мнение, опираясь не только на эмоции, но и на логику и здравый смысл. Но главное — вы непредвзяты.

Озадаченно хмурюсь.

— Уверены?

Он опускает глаза.

— Донна Ива, назову вещи своими именами. Вы — не ксенофоб.

Последнее слово даётся ему с трудом.

— Вам просто не приходилось ещё сталкиваться с… активным неприятием инаковости. А я ещё помню времена, когда от нас, некромантов, отворачивались и шептали вслед оскорбления и угрозы… Лишь избавление Гайи от демиурга-тирана, за которое нашему Клану пришлось слишком дорого заплатить, сломало предвзятое отношение к Тёмным. А потом и тайная война с Игроком, в которой мы приняли самое деятельное участие. Очень трудно пробиться через щиты предубеждений, донна. Наше общество с благоговением относится к драконам, но неразумных хищных рептилий, мягко говоря, недолюбливает. А внешний облик гррексов таков…

Невольно опускаю глаза.

— Понимаю. Но неужели Совет… Ах, да, они же помогают «Детскому саду», и вообще…

— Большинством голосов они его, конечно, поддерживают. Но незначительным большинством.

Дон Куадро смотрит на меня умоляюще:

— А вас, как я слышал, собираются пригласить не простым Наблюдателем, но с правом голоса в Совете.

— Да, это серьёзно.

Подперев подбородок рукой, задумываюсь.

Факту, что о предстоящих в моей жизни событиях узнаю… гхм, пусть не последней, но и не первой, не удивлена. То, что «верхи» не спешат оповещать простых смертных о своих намерениях — это, знаете ли, и в нашем мире не ново. А вот ксенофобы в рядах Совета… Неожиданно. Их неприятие повредит не только гррексикам, но и здешним детёнышам, нашим детёнышам, за которых я уже чувствую ответственность. И раз уж появилась возможность помочь, доказать безопасность детей, а главное — будущую полезность для общества — я это сделаю.

Тем более, сейчас, пока есть время, и собственные малыши ещё не поглощают моего внимания денно и нощно. А то знаю я эту круговерть с новорожденными. Хоть сто нянь в дом приведи — я ж всё равно буду стараться успеть всё, везде и сама!

Лапа ТирР осторожно касается моего плеча.

— ДУМАЕШЬ, У НАС ПОЛУЧИТСЯ?

— Должно получиться. Если дети подружатся — они непременно наберутся друг у друга всего, и нужного и ненужного. В сущности, человек, как и любое мыслящее существо, только так и учится. Ему говорят: «Делай, как я», он и повторяет. Особенно, если лучший друг заверит, что «сделать, как он» это вообще легкотня. Вера в то, что всё получится, творит чудеса. Думаю, у нас есть шанс.

— А… УБЕДИТЬ ВАШ СОВЕТ?

Чтобы посмотреть на ТирР с удивлением, мне приходится задрать голову.

— Не вижу препятствий. Мне наши маги не кажутся ни ретроградами, ни ксенофобами. Я верю в здравый смысл большинства и, если хотите, в практичность.

Оба собеседника смотрят на меня с сомнением.

— Практичность, — повторяю с нажимом. — ТирР, вы упоминали, что у вашей цивилизации налажены контакты с техногенными мирами? В Гайе сейчас стремительно растёт интерес к техномагии. Вот и сделаем упор на новые межмировые связи. Что вы, в самом деле, волнуетесь? Разумеется, за вашими малышами в «Детском саду» возьмутся наблюдать лучшие здешние целители, и делать это они будут совершенно бескорыстно, просто потому, что не смогут не помочь. Но условия для их работы будут не в пример спокойнее, если члены Совета не станут чинить им препятствия. А они не станут, когда поймут реальную пользу от сотрудничества с гррексами.

— О!

ТирР трогательно складывает лапки перед мощной грудью.

— Сотрудничество! — добавляю я. — Начинайте именно с этого. А ещё… Да, именно вот этот фактор!

Киваю на феечек, проносящихся мимо с хихиканьем. Они весело треплют в полёте красную шапочку ТирР, забавляясь игрой света на гранях драгоценных камней.

— Вот о чём нужно помнить: о внешнем виде и первом впечатлении. Ты же психолог, ТирР, вот и подумай: разве неразумный плотоядный хищник, действующий на инстинктах, вырядится по-человечески? А тут — ты, совсем не свирепая и не рычащая; можно сказать, интеллигентная такая грр, профессор… На тебе шапочка и шарф. Может, даже очки. Стильная одежда. Несравненные пёрышки, что вообще вызывают воспоминания о чём-то мягком и пушистом, а это ни разу не негатив! Возможны аксессуары — даже такие простые, как сумочка или детский рюкзак. Всё это вкупе ассоциируется с чем-то привычным и безопасным. Так что, ТирР, поменьше думай, за кого тебя теоретически могут принять, и вместо этого оставайся такой же милой, спокойной и рассудительной. И будет вам счастье.

— ЧТО? — тихо переспрашивает она.

— Донна Ива, вы уверены? — вскидывается дон Куадро. — Вы сейчас пророчествуете?

Вот чёрт! Я всего лишь ляпнула… короче, отпустила с языка расхожую фразу из своего мира. А они уже решили, что я выдала самое что ни на есть предсказание!

Но деваться-то некуда. Вера в себя никогда не бывает лишней.

— Будет, — отвечаю твёрдо. — Непременно.