Эффект Икара - Джеймс Сваллоу

— Елена с ней разберется, — оборвал его Намир. — Постоянно приходится подчищать за вами хвосты.

— Эта сучка меня застала врасплох! — взревел Барретт.

— Дебил! — заорал в ответ Намир так громко, что верзила-наемник смолк. — Ты сам виноват — забыл, что она федеральный агент!

Мимо окон плыли облачка гари, смешанные с дымом ракетницы. На контрольной панели мигали огоньки, включилась противопожарная система, и где-то внизу раздавался тревожный звон. Командир подошел к рулю и потянул рычаги назад, до нулевой отметки.

— Что ты делаешь? — спросил Барретт.— Где пилот?

Намир кивнул в сторону открытой задней палубы, на которой их ждал вертолет без опознавательных знаков:

— Прогревает двигатель. Мы покидаем корабль. — Эти слова он бросил с раздражением.— Операция летит ко всем чертям! Нужно немедленно уходить, пока еще можно что-то спасти. — Лицо его перекосилось от злобы, когда он выглянул в окно. — Сюда движутся полицейские катера. Очевидно, кто-то выдал нас властям.

— Саксон?

— Какая разница! — прорычал Намир. — Даже если Таггарт жив, это не важно — наша цель все равно достигнута. В рядах "Фронта человечества" неразбериха, а по телевизору сообщат то, что мы прикажем. Наше дело сделано.

— Так что, просто бросим все и сбежим? — удивился Барретт. — Сначала мы лишились самолета, а теперь этой посудины?

— Пусть все сгорит, — ответил Намир. — Ее цена ничтожна по сравнению с тем, что мы выиграли. Мы будем по ту сторону границы, прежде чем швейцарцы сообразят, что произошло. А когда они потушат пожар, группа сочинит сказку, которая лучше всего нам подходит.

Пальцы Федоровой, словно железные прутья, вонзились в руку Анны через грязный рукав блузки, и каждое движение, каждый толчок и шаг по палубе причинял новую боль. Киллерша сдавила нерв на предплечье, и Анне казалось, будто руку погрузили в кислоту.

Она жадно хватала воздух и шла вперед, во рту появился вкус крови. Анна успела разглядеть свое отражение в одном из окон. Когда-то Келсо мечтала оказаться на борту роскошной яхты, подобной этой, но сейчас она выглядела словно призрак, несчастный раненый солдат, ковыляющий по полю после битвы.

Федорова вытолкнула ее на верхний уровень и продолжала гнать вперед. Налетел порыв ветра, и Анна пошатнулась. В отдалении она заметила черный вертолет, готовый к взлету, жужжащий винтами. Рядом ждали Намир и Барретт, и при виде пленницы на лице последнего появилась зловещая, полная ненависти ухмылка. Он шагнул вперед, сгибая и разгибая толстые, тяжелые металлические пальцы.

Анна попыталась вырваться, но за спиной были лишь стальные перила. Дальше, внизу, находилась главная палуба и нос; очертания яхты напоминали острие кинжала. Дрейфующее судно было окутано дымом.

Намир вытянул руку и остановил Барретта, обуреваемого жаждой мести.

— Келсо мне нужна целой и невредимой, — услышала она сквозь жужжание винтов. — Здесь нам не удалось ее допросить, сделаем это в безопасном месте.

— Нет…— Она снова начала сопротивляться, но Барретт схватил ее и рванул, едва не сбив с ног. — Нет! — Анна дралась руками и ногами, но против великана все было бесполезно.

Ее охватил невыносимый ужас. До этого момента Келсо цеплялась за тонкую ниточку надежды, верила, что существует шанс сбежать от Тиранов и выжить. Все рухнуло, когда ее поволокли к вертолету, и Анна с ужасающей четкостью поняла, что отныне у нее нет будущего, что не будет ни спасения, ни пощады…

— Эй! — Намир постучал по кабине вертолета и окликнул пилота. — Отвечай!

Он взялся за ручку и открыл дверь; на палубу вывалилось безжизненное тело. Голова человека была неестественно запрокинута.

Анна заметила какую-то фигуру, выступившую из-за хвостового стабилизатора; человек ткнул дулом ружья Намира в шею.

— Куда это ты, мать твою, собрался? — произнес Саксон.