Нойоны. Белая звезда - Александр Бауров

— Постарайся успеть на финал, я тоже с кем-нибудь поспорю на финалистов, посмотрим, кто выиграет больше! — весело бросил Рууд. В сопровождении конных стражей, монахов ордена, он направился на арену, где к тому времени находился весь цвет двора.

Вновь гудели трубы, били барабаны, над главной ареной поднимался гул разгоряченной шеститысячной толпы.

Рууд подъехал за пять минут до начала поединка. Вместе с Фошем они вошли в королевскую ложу. Канцлер прошел между рядами личной стражи короля, а его телохранитель остался на задних рядах, откуда и арену-то было видно не очень. С герцогом поздоровались Бэдивер, потом лорд-мэр, его дочь, подруги принцессы. Эльза молча и холодно протянула ему руку. Рууд, согнувшись, поцеловал её.

— Вы сегодня удивительно хороши и очаровательны, моя дорогая, надеюсь, вечером в ратуше мы вместе будем подавать пример остальным танцующим парам. Наши отношения к тому времени будут засвидетельствованы и чисты пред Велесом и людьми.

— Ваши высокопарные сентенции с утра наводят на меня тоску, канцлер, — холодно ответила Эльза и отвернулась.

Рууд сжал зубы и молча отвесил его величеству низкий поклон. Эдрик сперва не обратил внимания на удрученное лицо канцлера, хотя прекрасно слышал слова своей дочери. Поздоровавшись с Ламарком, генералом Оррином и другими, он резко обернулся и склонился к уху герцога.

— Не стоит расстраиваться из-за её глупости, Эдгар. Мы с вами взрослые люди и понимаем, как нравится детям дразнить тех, от кого они зависят. Вы почти год не отходите друг от друга и до сих пор как кошка с собакой! Тут надо подход найти…

Рууд взглянул вверх, кресло канцлера было заведомо ниже королевского, и дерзко прервал владыку Эрафии:

— Ваше величество, вы знаете, какое безмерное уважение я питаю к вам и вашей дочери, но всё же иногда её поведение… Вот так, между делом она позорит второго человека в государстве!

— Не стоит так горячиться. Да, она сказала грубо, да, слишком громко, но главное: она смирилась. Стерпится и слюбится, как у всех людей, не только у принцев крови. Ничто уже не отменит вашу помолвку, и она просто бунтует из упрямства. Сегодня лягается, а завтра будет кроткой, как овечка!

Один из судей поединка начал объявлять имена дерущихся.

— Маркиз и воин, несущий свет Велеса за пределы страны, рыцарь разведки, Лазарен!

Арена взорвалась аплодисментами. Болельщики Лазарена явно были в большинстве.

— Странно, что господин Эй-Той не пришел. Я думал, он почтит присутствием бой своего протеже, — тихо сказал лорд-мэр сэру Бэдиверу.

— Я видел его сегодня утром, ещё до первого полуфинала, — ответил советник, почесывая переносицу рукой в перчатке тончайшей дорогой кожи. — Он сказал, что обязательно будет. Видимо, много дел.

— Ну, при его обязанностях это понятно, — мотнул головой Фарух.

— Кстати, заметьте, святого отца Мартинсона тоже нет, — продолжал Бэдивер.

Рыцари разъехались в разные концы арены и начали сближаться. Поднятая пыль скрыла картину, и даже сидевший дальше других Фош увидел, как оба всадника вылетели из седла. Лазарен ловко и плавно, по-кошачьи извернулся, приземлившись на ноги, с острой саблей в руках. Маркиз же кулем покатился на землю, громко звеня доспехом.

— Да, странно, — продолжал Иегор Фарух, — если глав разведки и ордена нет, когда оба приглашены, значит, что-то не так. Если бы я имел такой опыт в ощущении тайных придворных смыслов, как вы, сэр, я бы решил, что в городе что-то назревает…

— Ну, упаси Велес, вы мне льстите, я совсем не интриган, — отмахнулся советник, — вон настоящие мастера! — и Бэдивер указал взглядом на канцлера. Посмеявшись, оба вельможи продолжили наблюдать поединок.

А между тем лорд-мэр был прав. Карлос Мартинсон вышел, взбешённый беседой с канцлером, хотя и не подал виду. Рууд, имея свою информацию из других источников, так поздно дал ему верный курс, значит, не доверяет. К тому же этот унизительный тон, «переместите сто человек туда, сто человек сюда»… Святого отца раздражало то, что из-за бездумных поступков герцога его личный «заклятый друг» и конкурент за влияние при дворе Эй-Той мог добиться над ним очередной публичной победы.

И вот в час пополудни вместе с пятьюдесятью всадниками. Мартинсон прибыл к восточным воротам и учинил открытую облаву под вымышленным предлогом. Орден действовал резко и нагло. Людей хватали, строили в шеренги, на улице задавали вопросы и поверхностно смотрели мысли. Решетка ворот опустилась, городские стражники ругались с агентами, но Мартинсон быстро успокоил воинство, показав бумагу от генерала Оррина. В ней значилось, что все военные обязаны помогать ордену в проведении сыска незаконных чародеев и колдунов, а также шпионов темной силы нойонов. Склады, находившиеся неподалеку от ворот, были оцеплены. Купцов выпроводили, а из толпы вытащили тех, кто прибыл из Саусвилля, и строили особой группой. Мартинсон лично ходил меж рядами и заставлял людей снимать головные уборы. В строю было сорок человек, и среди них один старый небогатый эльф.

Звенели кресты и сверкали фиолетовые канты сутан. Любой случайный прохожий, оказавшийся в то время у восточных ворот, мог явственно видеть, кто представляет законы Эрафии.

— Это не те, кто нам нужны! — шипел Мартинсон своему помощнику. — Ищите, ищите лучше, отрежьте проезд по второй улице, оцепите весь этот край ремесленного квартала.

— Там много трактиров и постоялых дворов, их стоит проверять первыми? — спросил монах.

— Да, так и сделайте!

Купцы громко ругались, жалуясь и поминая имена могущественных придворных.

— У нас товар портится, весь день срываете торговлю! Куда смотрит лорд-мэр, позволяя им такой произвол?! — слышались крики.

Когда пробило два часа дня и начался второй полуфинал, облава почти закончилась. К мрачному и озлобленному Мартинсону подвели человека, тот отказывался говорить, кто он и откуда. Якобы он может отвечать только главе разведки Эй-Тою. Смуглая кожа южанина, его стройная фигура и красивые черты лица, казалось, еще больше разъярили архиепископа.

— Разведчик, значит, герой? — усмехнулся Мартинсон, спрыгнул с подводы, на краю которой сидел, и подошел вплотную. — И что ты здесь делаешь, позволь узнать? Ты знаешь, что я глава ордена и сыска Святого Фавела! Знаешь, чем это тебе грозит?!

— Ничем, — нагло ответил смуглый разведчик.

Карлос отвернулся и подозвал помощника из сыска, достаточно мощного по людским меркам колдуна.

— Арестуйте и к нам в подвал!

— Но это же против всяких правил, его будут искать люди Эй-Тоя! Прямое столкновение нам никогда не было нужно! Что скажут люди…

— Люди уже говорят! Говорят, что вчера он провел сюда двух человек в город тайно. Это были проклятый эльф и его помощник, — грубо прервал подчиненного Мартинсон. — Даю вам пару часов, чтобы его расколоть, а потом Эй-Той может сколько угодно жаловаться и скандалить. Ты знаешь, чей это приказ. Не тебе решать, что хорошо, а что плохо! Взять его!