Имперский пес. "Власовец" XXI века - Виталий Держапольский

– Что ты хочешь этим сказать? – так и не поняв, куда клонит собеседник, спросил Роман.

– Ах да, – спохватился Петр Семеныч, – совсем забыл представиться: Петр Семеныч Мистерчук, а можно просто Министр…

– Вор в законе! – внушительно дополнил Паша. – Авторитет в масштабах страны! Да и за рубежом многие понятие имеют!

– Я так понимаю, ты, Рома, как раз по связям с криминалом работаешь?

– Ну, в общем-то, да. – Истомин никак не мог сосредоточиться – слишком неожиданным и необычным получался разговор. – Предлагаю взаимовыгодное сотрудничество, – наконец произнес он. – Я могу гарантировать вам высокое положение при режиме Тысячелетнего Рейха…

– Ты знаешь, но меня устраивает и сегодняшнее высокое положение при существующем режиме. Я богат, в моих руках власть… Собирайся, поедешь с нами.

Подполковник сидел в своем кабинете и стаканами глушил белую.

– Ну что, Владислав Борисович, – Министр вошел в кабинет Хозяина и поставил на стол перед подполковником небольшой кожаный саквояж, – как самочувствие?

– Это что? – кивнув на саквояж, спросил Алексеев.

– А ты открой, – посоветовал Министр.

Не зная, чего ожидать, Хозяин щелкнул тугими замками и распахнул сумку. Она была заполнена ровными зелеными пачками купюр в банковской упаковке.

– Бумаги придут завтра-послезавтра, – произнес Министр. – И держи рот на замке…

– А ничего и не было, – захлопывая саквояж, улыбнулся подполковник. – Накатим по сто пятьдесят?

12.05.2007 г.

Россия.

Владивосток.

– Да вы сбрендили, мать вашу! – бушевал Сидоренко, нервно размахивая руками. – Надо же, додумались, умники! А меня трудно было поставить в известность?

– Да не злись ты, Сергей Валентиныч! Каюсь, надо было и тебя с собой взять! – шутливо отбрехивался Мистерчук.

– Вы… Вы… Не ожидал я от тебя, Петр Семеныч, подобной самодеятельности! Ведь серьезный человек…

– Ладно, майор, не кипишуй! Я доброе дело сделал! Когда еще такой шанс представится! Я, может быть, его всю свою сознательную жизнь ждал! Не пойму, чем ты недоволен? – возмутился Министр. – Мы всю вашу работу сделали!

– Ладно, мужики, хватит полемики! Да и самодеятельности тоже. Вы хоть понимаете, что теперь при вашей осведомленности вам от шестнадцатого отдела никак не отвертеться? Вот что: завтра первым самолетом вылетаете в Москву! Пусть вами батюшка Феофан займется. Да еще и Незнанского с собой захватите…

– А как же Вольфыч? Он тогда один…

– А вот это уже не твоя забота! Конечно, похвально, что ты за него переживаешь, но… Обо всем уже доложено на самый верх! Скоро в районе Тереховки будет разбит полигон танковой дивизии… или мотострелковой. Так что без поддержки твоего Вольфыча не оставят! А вообще… – Сидоренко задумался, – странный ты человек, Петр Семеныч. Бросает тебя из одной крайности в другую! Да ладно, Бог тебе судья. Значит, завтра…

– Сергей Валентиныч, ну не гони ты лошадей! Я ж давно не босяк с пустыми карманами, которому собраться – только подпоясаться. Мне с делами порешать надо! Человека верного на хозяйстве оставить.

– Хорошо, максимум неделя! – согласился с доводами Министра Сидоренко. – Утрясай свои дела – и в путь! Только предупреждаю еще раз – без самодеятельности!

– Сергей Валентиныч, а ты не забудь подполковника Алексеева прикрыть, – напомнил Министр. – Он нам очень помог!

– Прикрою я вашего Алексеева, – обнадежил майор. – Много у него трупов?

– Десятка два. Они не знали, что и думать.

– Благо еще, что весь лагерь он под себя не подмял! Вовремя его… – Сидоренко запнулся, взглянув на сияющую физиономию Петра Семеныча. – Вот только вашей вины это нисколько не умаляет! – раздраженно повысил он голос.

– Валентиныч, ну чего ты? Победителей не судят! – раздувшись от собственной значимости, заявил Петр Семеныч.

– Идите с глаз моих! – буркнул Сидоренко. – Победители…

19.05.2007 г.

Россия.

В аэропорту Шереметьево их ждали. Возле трапа троицу путешественников встречал серьезный молодой человек, облаченный в строгий деловой костюм. Он без труда опознал в прибывших свою клиентуру, видимо, Сидоренко скинул по электронной почте их личные дела.

– Господа, капитан Земченко! – представился молодой человек, показывая удостоверение. – Шестнадцатый отдел ФСБ. Следуйте за мной.

Он подвел их к припаркованному неподалеку от взлетной полосы черному «Мерседесу Брабус» с тонированными стеклами.

– Прошу, – коротко сказал он, усаживаясь на водительское кресло.

– Куда поедем? – спросил Министр.

– На базу, – туманно ответил капитан.

– В город?

– Нет. База в Подмосковье, – скупо ответил капитан, сосредотачиваясь на дороге.

– Ясно, – протянул Петр Семеныч, поняв, что больше ничего не сможет добиться от немногословного капитана – лозунг «Болтун находка для шпиона» до сих пор действует.

Капитан не ответил, продолжая невозмутимо вести автомобиль. Минут через сорок они свернули с основной трассы на неприметную проселочную дорогу и минут через пятнадцать уткнулись в перегородивший проезд шлагбаум.

– Свои! – высунулся в окошко капитан.

– А, Валентин! – узнал Земченко охранник. – Проезжай.

Примерно через километр «Мерседес» остановился перед еще одним шлагбаумом. В этот раз капитан вылез из машины и вошел в будку постового. Минут через пять он вышел, шлагбаум поднялся, и они продолжили движение. Вскоре они остановились у очередного поста, расположенного в проеме высокого бетонного забора. По верхней кромке забора змеилась колючая проволока.

– На зону похоже, – удрученно произнес Министр. – Ностальгия…

– Выходим, – произнес капитан, вылезая из джипа. – Вещи оставляем в машине!

На его место тут же запрыгнул один из охранников, дождался, пока пассажиры покинут салон, а затем проехал под поднятым шлагбаумом на охраняемую территорию.

– А мы – через КПП, – сообщил капитан, указывая на проходную.

– Хорошо у вас охрана поставлена! – вздохнув, произнес Петр Семеныч. – Тройное кольцо оцепления, колючка, небось, под напряжением, вышки… Любая зона обзавидуется! Вход рубль, выход два… Если вообще выйти реально.

– Проходите, – капитан, игнорируя замечания Министра, открыл дверь, приглашая гостей внутрь помещения контрольно-пропускного пункта.

Сначала они прошли сквозь створ металлодетектора, затем длинный коридор непонятного предназначения, стены которого были увешаны многочисленными зеркалами. Петр Семеныч не сомневался ни секунды, что сквозь эти односторонние окна их пристально изучают. Проскочив коридор, они вошли в небольшую комнату. Там их встретил старый знакомец – батюшка Феофан, облаченный в неизменную черную рясу. Его сопровождали суровые неулыбчивые парни с автоматами наперевес. Батюшка молча обошел всех гостей, проникновенно заглядывая каждому из них в глаза. Паше показалось, что старец зрит намного глубже, его бесцветные глаза заглядывали в самую душу.