Игра на вымирание - Андрей Денисенко

Плюнув на мрачные мысли, Леха оттянул футболку и удовлетворенно потрогал кожу там, где под ключицу врастали прозрачные трубочки дорогого китайского дозатора. Пока не чешется, и даже красноты нет. Если не пользоваться инъектором постоянно, вполне можно протянуть лет десять, за это время поднабрать деньжат и свалить в Европу. А дальше… будет техноуровень, будет и работа. Имплантировать полный киберинтерфейс, конечно, уже не получится, китайские стимуляторы нервные окончания гробят только так, но что-то простое, вроде гражданского имп-процессора, вживить можно. А значит, и работенка какая найдется. Потому что подыхать в московско-китайском раю, как этот трясучий, Леха не собирался.

Он хорошенько приложился к кружке и невзначай покосился через плечо. За дальним столиком откровенно скучала миловидная блондинка. Мини-юбка выставляла напоказ симпатичные коленки, намек в виде полупустого бокала мартини тоже был прозрачен. Впрочем, шустрый китаец, подсевший к ней пару минут назад, отвалил с кислой рожей: обломался. Значит, девчонка на корпоративную кредитку не повелась, послала. Это обнадеживало: Москва катилась к чертям, но юани еще не всем мозги вывихнули. Леха решительно поднялся и двинулся к дальнему столику.

– Привет. Познакомимся?

Девушка подняла лицо. О, симпатичная и… иностранка? Только сейчас Леха заметил за белокурым локоном пластиковую полоску автоматического переводчика.

– Хочешь рискнуть? – Поигрывая опустевшим бокалом, она посмотрела снизу вверх.

– Легко, – Леха непринужденно перешел на интерлингву, – Я не китаец, в душу не лезу и женщин не обижаю. Обновим мартини?

– Возможно, – блондинка улыбнулась уголками губ.

Леха мысленно хмыкнул. Конечно, интерлингва, романтика, мать ее. Это тебе не узкоглазый с пачкой юаней. На европейское ля-ля ведутся все, начиная от московских малолеток и кончая такими вот залетными фифами. Леха никогда не распространялся, как вбивали в него эту самую романтическую интерлингву в африканском легионе. И как вернулся домой с простреленным легким, пособием в двести юаней и этой самой лингвой в качестве бонуса. Он был оптимистом по жизни и верил в лучшее.

– За вас, – девушка легонько ударила конусом фужера в пивную кружку. – Честно говоря, не ожидала встретить здесь такого… собеседника.

– Мое имя Алексей, я москвич, – Леха сделал знак в сторону стойки. Бармен, не один десяток раз участвовавший в Лехиных съемах, жестом фокусника выхватил из-под стойки подсвечник и поспешил к столику. За мелкие услуги вроде свеч, цветов и прочего Леха доплачивал отдельно, и лишняя десятка всегда себя окупала.

– Значит, Алексей. Галантный, предусмотрительный, уважающий женщин, – серые глаза девушки откровенно смеялись. – Техника обольщения отточена до совершенства.

– Не любите свечи? Не нравится галантность? – Леха сделал нарочито расстроенное лицо.

– Отчего же… – Блондинка на секунду задумалась. – Сегодня я даже настроена пообщаться. Я прилетела утром, были срочные дела в «Чайна Генезис». Знаете, здание напротив… как это…

– Запретный Сад.

– Да, напротив Запретного Сада, китайской резиденции. Дела закончила, только с обратными билетами не сложилось. Европейские рейсы только завтра, – она сделала глоток, – Думала, раз уж свободный вечер, прогуляюсь по городу, посмотрю Москву. Но…

– Москва плохое место для прогулок, – Леха позволил себе ухмыльнуться. – Особенно для одиноких красивых девушек.

Она пропустила комплимент мимо ушей.

– Просто ужас. Кругом патрули миротворцев, китайцы и наркоманы. Но возвращаться в гостиницу не хочется. Уж лучше здесь.

– В Москве живут обычные люди. А что поголовно на стимуляторах… к этому быстро привыкаешь. Хотя на первый взгляд, наверное, жутковато, – Леха отодвинул кружку и проникновенно посмотрел на девушку, – Скажу по секрету, у меня тоже есть вживленный инъектор. Вопрос в том, как пользоваться «химией». Разве я похож на наркомана?

– Вы – нет, – девушка мелодично засмеялась. – Я не боюсь вас, Алексей. Но… вы не похожи на всех этих… людей.

– На китайцев? – Леха фыркнул. – Точно. Рожей не вышел. И ростом.

Блондинка заинтересованно посмотрела на мощные Лехины плечи, не отвела взгляда, когда он придвинулся ближе.

– В Москве все работают на китайцев, милая леди. Просто кого-то они используют, а с кем-то сотрудничают. Как со мной. – Леха чуть повернул голову, чтобы она увидела вживленный над виском интерфейсный разъем. – Конечно, разгонять этот имп тоже приходится стимуляторами, но за обслуживание платит фирма.

Лехина рука невзначай легла на колено девушки. Оп, даже не дернулась. Скучающая крошка из Европы? Нет проблем! Десять минут, полет нормальный. Теперь немного надавить на жалость, и – готово!

– Хотя адреналиновый разъем в Европе кажется дикостью, да? У всех биоэлектронные импланты?

– Так называть не принято. Правильно говорить «техноуровень», – Лехе вдруг показалась, что по миловидному лицу девушки пробежала тень, но мгновение спустя она снова улыбнулась. – У меня, например, двадцать восемь процентов.

Леха почти присвистнул, но тут же осекся. Кажется, этой ночью он оттянется с говорящим миллионом юаней! Украдкой усмехнувшийся бармен поднес еще один мартини.

– Алексей, вы меня заинтриговали, – девушка с удовольствием приняла бокал. Алкоголь уже подействовал, на щеках ее проступил румянец, глаза блестели, – Скажите честно, вы секретный агент Китайской Республики? И ваша фамилия – Бонд?

– Всего лишь главный техник Запретного Сада. На приличную жизнь хватает. У меня, кстати, неплохая машина, «Тибет Турбоспорт». Слышал, эту модель уважают даже в «Германии». Автоматическое управление, настоящий водородник, и даже есть встроенный бар.

– Как интересно, – взгляд блондинки стал одновременно манящим и блуждающим. – Может быть, прокатишь по ночной Москве? Кстати, меня зовут Элен…

«Элен? Да плевать!»

Широко ухмыльнувшись, Леха обхватил ее за талию и поднялся. Блондинка многообещающе прижалась бедром.

4

Москва, Воробьевы горы 23.30, 10 сентября 2034 г.

Огни, улицы, миллионы людей. Некоторое время я стоял и смотрел на раскинувшийся внизу город, потом обернулся на темную громаду полуразрушенного здания.

«Главный корпус Московского университета. Сильно поврежден при бомбардировках в ходе гражданской войны 2020 года. Восстановлению не подлежит. Московский университет как учебное заведение упразднен в 2025 году решением правительства Московской Республики». Информационная подсистема озвучила подсказку и снова перешла в режим ожидания. Я вздохнул. «Упразднен…» Большой, наверное, университет был. Да только ни европейским корпам, ни китайцам оказался не нужен.

Пройдя заброшенной аллеей, я вернулся к фургону. Черный «Тибет Турбоспорт» стоял неподалеку под деревьями, уткнувшись хищным носом в остатки парапета. Хорошее местечко. Укромно, и романтическая панорама неподалеку. Все у парня было продумано.