Сердце демона - Ярослава Лазарева

– Я никогда не откажусь от тебя! – взволнованно ответила она.

– Откажешься, – тихо проговорил он и опустил голову.

Каору отложил книгу и сел рядом с Майей. Он обнял ее за плечи, она прижалась к нему. Любовь жгла так, что ей было беспрерывно больно. Майя знала, что не сможет жить без Каору. Ей уже давно было все равно, кем он является на самом деле, она хотела быть всегда вместе с ним.

К тому же многие ее подруги были помешаны на книгах и фильмах о любви вампиров, оборотней, демонов к обычным девушкам. Они не видели в таких связях ничего экстраординарного, так мода на этот жанр повлияла на их сознание. И Майя тоже в свое время прочитала пару историй. И даже обсуждала их с подружками. И вот фантазия и реальность странно переплелись в ее жизни. Она никогда особо не мечтала ни о вампире, ни тем более о демоне, но сама мысль о подобной любви не казалась ей такой уж чудовищной. Возможно, поэтому, когда она узнала правду о Каору и поверила в нее, ее любовь не исчезла. Но сейчас Майя вдруг ясно осознала, что обнимает демона. Она отстранилась и внимательно вгляделась в его бледное лицо. Но видела лишь любимые черты, по которым истосковалась за эти недели.

– Ты демон, – прошептала она. – Но почему я этого совсем не вижу?!

– А что ты видишь? – спросил Каору.

И его глаза посветлели и начали приобретать розоватый оттенок.

– Симпатичного парня, только с глазами… кролика! – ответила она и попыталась улыбнуться собственной неловкой шутке.

Он засмеялся, его глаза снова стали карими.

– Странно, что тебя это не пугает! – заметил Каору. – Вот уж поистине – «любовь слепа и нас лишает глаз…»[33].

– Я люблю тебя, – прошептала Майя. – И мне все равно, что ты демон! Я уверена, что ты никогда не причинишь мне зла.

– Милая, какая же ты милая! – еле слышно проговорил он и погладил ее по щеке.

– И я буду любить тебя всю жизнь! – уверенно произнесла она. – Мне все равно, где буду жить я, где будешь ты, ведь главное, что любовь всегда будет соединять нас невидимыми нитями.

– Но мы никогда не сможем существовать как обычная пара, во всем объеме этого понятия, – с сомнением сказал он. – Тебя это начнет раздражать. Ведь ты совсем еще юная и достойна хорошего обычного парня и нормальных отношений.

– Но я люблю тебя! И мне никто больше не нужен! – упрямо ответила она.

– Скоро я стану лепестками, – прошептал Каору.

И его лицо исказила мука.

– Я буду приходить каждый день к этой вишне, вдыхать аромат лепестков и разговаривать с ними. Обещаю!

– А потом я умру, когда они облетят, – продолжил он, словно ее не слышал. – И это так невыносимо! Словно маленькая смерть, которая повторяется со мной из года в год.

– Но ведь ты потом снова возродишься! – ласково произнесла она.

– Да, снова буду демоном и смогу принимать человеческий облик, – тихо ответил он.

– Неужели так будет бесконечно? – после паузы спросила Майя.

Каору спрятал лицо в ладонях. Она решила, что он плачет, и испуганно спросила:

– Что с тобой?

– Я не могу ни есть, ни спать, ни даже плакать, – еле слышно ответил он. – Я всего лишь имитация обычного парня. Неужели тебя это не отталкивает?

– Я вижу лишь твою сущность, – серьезно проговорила она. – И она вовсе не демоническая, в обычном понимании этого слова.

– Это европейское понятие, что демон – непременно зло, – сказал Каору и поднял лицо.

Его глаза выражали столько нежности, что Майя не смогла сдержаться и поцеловала его прохладные губы.

– Я сразу знала, что ты совсем не злой! – улыбнулась она, отстраняясь и заглядывая ему в глаза.

– Демон сакуры, в которого меня превратил великий Эмма-о, – это всего лишь несчастный дух, который постоянно мучается от раскаяния, это средоточие боли, это вечное искупление того, что я нарушил клятву любви и смерти. Снова и снова я прохожу через смерть, каждую весну я умираю… и будто я снова висельник на этой вишне…

Каору вскочил. Майя с трудом сдерживала слезы. Любовь нахлынула с такой силой, что она была готова на все.

– Но неужели нет конца такой жизни? – спросила она, содрогаясь про себя от ужаса подобной мысли.

Ведь получалось, что если только смерть может избавить Каору от таких мук, то тогда она потеряет его навсегда. Но сейчас она была готова даже к вечной разлуке, лишь бы любимый освободился от этого жуткого существования.

– Когда я впервые превратился в лепестки, а затем они погибли от дождя, я испытал такую невероятную муку, что решил найти средство покончить с собой. Но увы, как сказал наш великий писатель Акутагава[34], боги не могут покончить жизнь самоубийством. Так и демонам это недоступно.

Майя села на валун. Она дрожала. Каору приблизился. Он положил руки ей на плечи. Майя замерла. Она ждала продолжения.

– Тогда я отправился в дзигоку[35], решив вымолить у Эмма-о прощение. Я узнал, что подземный мир разделен на восемь огненных и восемь ледяных адов. Смерть человека начинается как путешествие через пустынную равнину и горы. У входа в иной мир течет река, которую можно пересечь в трех местах. Брод предназначается для совершивших незначительные прегрешения, мост – для хороших людей, а закоренелые грешники должны преодолевать поток, кишащий чудовищами. Но я уже не был человеком, так что смог легко преодолеть этот путь. На другом берегу реки стоит страшная старуха. Она обнажает покойных, и в таком виде они предстают перед Эмма-о, который в магическом зеркале видит все их земные дела, но судит только мужчин, согласно увиденному. Женщин судит его сестра. Бросился я в ноги царю, но он лишь посмеялся над моей просьбой и отправил меня обратно на землю, сказав, что я буду существовать демоном вечно.

Майя повернулась к нему и сжала его холодные руки. Его рассказ ранил ее, ей было больно и страшно, но она решила выслушать до конца.

– Тогда я обратился к его сестре, – тихо продолжил Каору. – Я умолял… Она все-таки сжалилась и поведала мне…

– Что?! Что она тебе сказала?! – не выдержала Майя, видя, что он замолчал и отвернулся. – Пожалуйста! Иначе я сойду с ума!

– Есть средство, – глухо проговорил он. – Если найдется девушка, которая полюбит меня всем сердцем и сделает то, что я ей скажу.

Он снова замолчал, его взгляд блуждал.