Случайная жена повелителя - Виктория Лошкарёва

Да, Дэйррэн не понимал и не принимал мою дружбу с Танном. А мы на самом деле подружились. Теперь, когда я не подозревала нового главу рода Днарров в том, что он хочет меня «ликвидировать», наши отношения выровнялись до дружеских. И бедолажке повелителю приходилось это терпеть. Лишь когда Танн временами заикался о совместно проведенных со мной ночах на станции, Дэйррэн зверел и силой своего раска выставлял Танна из дворца.

Если вы думаете, что это как-то отрезвляло Танна — зря так думаете. Как только мы встречались снова, Днарр снова дразнил повелителя. В конце концов, Рэнду это надоело, и он оставил Танна в покое, решив вместо этого пойти другим, куда более коварным путем: одно лишнее слово о супруге повелителя — и старый род Днарров лишался одного из своих наделов на Арне.

Это сработало. Танн прикусил язык, Рэнд торжествовал — а мне приходилось молча закатывать глаза, глядя на этих великовозрастных оболтусов, которые, судя по их поведению, до сих пор не повзрослели.

Кстати, мой добрый доктор Птиц был такого же мнения — отругав своего помощника за самоуправство, он также, при первой же возможности, высказал всё, что он думает, в лицо Рэнду — о том, что девушек-землянок нельзя пугать, нельзя принуждать — они нежные и робкие создания.

К несчастью, этот гневный выпад в сторону правителя услышал Танн, который тут же заржал, сказав профессору, что если среди землянок и попадаются нежные, робкие создания, то я не из их числа.

Мол, я его и голодом морила (это когда же интересно? — оказалось, когда мяса в омлет не добавила), и мучила бессонницей (не мог он, бедняжка, заснуть, пока я подозрительно долго торчала в душевой), и вообще влезала во все расследования, спутала все карты охранителям — и всё равно осталась жива-здорова.

—И даже более того, — поднял палец вверх Танн. — Она единственная, кто остался в выигрыше. Смотрите, какого она себе мужа отхватила, а? Первая землянка на троне повелителей Арна.

Доктор Крарвер, не знакомый с юмором Танна, в ужасе перевел взгляд на Дэйррэна, Дэйррэн тяжело вздохнул, а я, улыбнувшись, ласково попросила мужа:

—Милый, а ты можешь попросить своего раска сделать вжжух?

Дэйррэн осклабился, Танн побелел.

— Как скажешь, любимая, — кивнул мой супруг.

Силой своего зверя, который теперь, благодаря нашей связи, стал ещё сильнее, Рэнд приподнял Танна над полом и открыв волной воздуха двери, с силой вышвырнул зависшего под потолком Танна из зала.

—Спасибо, дорогой, — я послала Дэйррэну воздушный поцелуй.

Доктор Крарвер только в этот момент понявший, что всё это было не всерьез, с облегчением выдохнул и даже погрозил мне пальцем.

— Птенчик, не смей пугать старого Крарвера…

А уже тем же вечером доктор не хило так испугал меня саму, когда, проверив моё здоровье, что-то слишком внимательно и слишком долго изучал на своем мониторе.

— Доктор? — испугалась я, когда увидела слезы, бегущие по лицу доброго доктора Птица.

— Саша, — неожиданно строгим тоном произнес доктор. — Саша… у тебя скоро будет птенец.

Так я узнала, что наше приватное путешествие на крохотном шаттле принесло свои плоды… то есть плод.

Я не знала, как об этом сказать Дэйррэну, продумывала разные варианты… однако муж, застав меня в ванной, где я вопросительно косилась на свой живот, просто поцеловал в макушку и мягко спросил.

— Ты уже знаешь?

Оказывается, он именно поэтому и позвал доктора Крарвера — не за тем, чтобы извиниться перед моим крылатым ангелом-хранителем, а для того, чтобы тот проверил его подозрения.

— Я не знал, как ты отреагируешь, — просто сказал Рэнд, когда я молча уставилась на него. — И боялся, что для тебя это окажется… слишком быстро.

—Как давно ты знаешь?

— Твой запах стал меняться где-то неделю назад, — уклончиво ответил Дэйррэн.

Ну… ладно, никто не может быть идеальным. В конце концов, и на Солнце бывают пятна, что уж говорить про обыкновенного, хоть и радскарского, мужчину.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Хотя Дэйррэн старался изо всех сил.

Ещё когда мы не знали пола ребенка, Рэнд то и дело повторял, что хочет девочку, похожую на меня.

Я точно знала, что он говорит искренне, хотя уже тогда была в курсе, что старые рода радскаров просто молились о рождении наследников, а девочек, тем более полукровок, почти не принимали в расчет.

Кроме того Дэйррэн, забыв о том, что он надменный правитель целой планеты, поддерживал меня во всем. Заботился обо мне. Терпел выходки Танна и частые визиты доктора Крарвера — Рэнду не нравилось, что мою беременность наблюдает не семейный врач Дэйррэнов, а чужак из Союза, но он и здесь смирился с моим решением.

Рэнд также сделал запрос в архив Земли — он сказал, что данные двадцать первого века ещё не оцифрованы и специалисты РАДЗЕАРа сейчас работают, чтобы отыскать в миллиардах скопившихся у них томов информацию о моей прабабушке и сестре.

Я верила ему — как я могла ему не поверить. И лишь после того, когда я родила Дэррека, Рэнд раскололся.

Мой солнцеликий супруг, оказывается, опять немного приврал.

— Это тебе, — произнес он, передавая мне серый бумажный конверт. Осторожно взяв у меня сына, которому сегодня как раз исполнилась неделя, Рэнд добавил.

— Не вини меня. Я не знал, как ты отреагируешь. Ты носила под сердцем нашего сына. К тому же, эта уже старая новость… ничего неотложного.

Открыв конверт, на котором стояла старая, восьмимесячной давности, дата, я прочитала сухую выжимку о своих родных.

Спустя два года после авиакатастрофы, в которой я якобы погибла, умерла воспитавшая нас с сестрой прабабушка Лиза.

Судя по данным, бабуля скончалась дома — мирно ушла из жизни, не дожив до девяноста лет всего один месяц.

А вот Ася… Аська пропала через месяц после похорон бабушки. Пропала без вести…

В этот раз Рэнд оказался прав. Прочитав письмо, я завыла в голос, понимая, что это всё… это конец.

Всё это время, что я прожила в чужом времени, я тайно надеялась, что мои родные, хоть бы и без меня, но жили долго и счастливо. А на деле, бабушка умерла, а Аська пропала. Моя наивная, младшая сестренка, чистая и непорочная душа сгинула, потому что меня не было рядом.