Нечисть, нежить, нелюдь - Аня Сокол

— Рэг и все его угодники! — Маг вскочил, на миг забыв о девушке у ног, забыв о том, где находится и что происходит.

Киш плечом толкнул мужчину с лампой, масло пролилось на соломенный пол. Задел сидящего неподалеку Греса, едва не выбил у солдата из рук кружку, разбил ту, что стояла рядом.

Трактирщик осенил себя знаком Эола. Мечник витиевато выругался. Это помогло и тому, и другому. А вот Кишинт…

— На ней печать смерти! — рявкнул он так, что даже Рэйвен едва не подавился.

Вот тебе, Эол, и черный день! Снова печать? Я вздохнула. Нет смысла винить богов. Они глухи и слепы. Иначе видели бы, что Лиэссу убил Вит, и не наградили бы отметиной меня, пусть даже я и вытянула из погибшей всю магию.

— Кого она успела убить? Того самого целителя? Почему она еще жива?

Я судорожно выдохнула. Знала же, что добрые дела наказуемы, так нет, все равно влезла с предложением помощи.

— Потому что, — не стал вдаваться в подробности Вит. — Тебе нужна сила или нет?

— Но…

— Как будто другие маги не убивают! Будто вы сами никого не порешили! А все туда же, пальцем тыкать. Вам-то я что сделала? Не в том месте мостовую перешла? Не так посмотрела, и молоко скисло? А может… — На губы легла теплая рука вирийца, обрывая поток слов.

— Ничего, — ответил Киш, у него хватило совести смутиться, — ты ничего мне не сделала, но зеркальные маги убивают…

— Киш! — прервал его Вит.

— Хорошо! Как знаете. — Кишинт поднял руки. — Но если сдохнешь, ко мне не приходи, — сказал он чернокнижнику, выдохнул, сел обратно на пол, осторожно коснулся щеки девушки и тихо, так тихо, что едва можно было разобрать, ответил: — Да, мне нужна сила целителя.

Руки Вита чуть заметно надавили на плечи. Я нехотя подняла ладонь и, поколебавшись мгновение, Киш коснулся моих пальцев своими. Опасливо, настороженно, так хозяйка трогает воду в бадье, куда минутой ранее кинула нагревательный камень. Трогает, боясь обжечься.

Силы было немного. Она осела на дне моего водоворота мелкими речными песчинками. Всего пригоршня, едва заметно покалывающая ладонь. Я подняла ее со дна и перелила в руку мага, стараясь не расплескать, вложить в нее как можно больше отражений зверя, что жил во мне. Зверя, что был мною. Сосущее чувство голода внутри усилилось, в животе снова заурчало.

— Тсс, — емко высказался Кишинт, убирая ладонь и торопливо касаясь судорожно подергивающейся девушки. — Рэг и все его угодники!

— Вы повторяетесь. — Я повела плечами, сбрасывая ладони Вита.

— Знаю. — Киш выплеснул магию на Оле, и та стала потихоньку успокаиваться.

— А вот и притвора. — Стоящий у дверей Рэйвен указал куда-то на улицу, и Михей на всякий случай поднял арбалет, прицеливаясь.

Вит в два шага оказался у двери.

— Можно спросить? — Я смотрела на напряженную спину мага.

— Можно, — со вздохом произнес он. — Но я не обязан отвечать.

— Даже после того, как я дала вам силу? Даже после того, как вы ее взяли, несмотря на печать смерти?

— Чего тебе надо?

— Вы говорили мне, что делиться магией могут лишь созданные богами друг для друга? Лишь пары. Но почему же тогда… — Я задумалась, пытаясь объяснить Кишинту то, что волновало меня с той минуты, когда я дала силу Лиэссе. — Почему я смогла проделать с вами, и еще с одним… с одной… Я хочу спросить, есть ли шанс, что мы с Витом не…

— Что вы не истинная пара? — Маг обернулся, прищурился, взглянул на что-то над моей головой. — Понятия не имею.

— Доходчиво. — Я отвернулась.

— Ты не поняла, — пояснил маг. — У меня нет ответа для тебя. Я не знаю, как это происходит у зеркальных. Говорят, что истинные пары делятся не только силой. Они делят все: и радость, и счастье, и боль… Ты чувствуешь его боль? — Девушка на полу наконец-то окончательно успокоилась, дыхание стало ровным и глубоким. — Ты выпила целителя. — Киш поморщился. — Могла выпить меня. Но если ты захочешь выпить Вита… Нет, не Вита, а избранного для тебя богами, кем бы он ни был, то…

— Айка, — позвал чернокнижник с улицы.

— Что? — Я подалась вперед.

— …у тебя ничего не получится.

— Айка, — уже громче повторил вириец, и я, бросив последний взгляд на Кишинта, выскочила из пивной.

Очень хотелось, по примеру солдат, выругаться вслух. А еще разбить что-нибудь ценное, может быть, потопать ногами и повизжать.

Боги совсем выжили из ума? Или я что-то натворила, за что меня надо наказать? Почему же они одному дают в руки нож, а у другого отнимают возможность защищаться?

— Почему нет людей? — раздался за спиной голос Михея. У него были свои «почему». — Почему не открывается булочная, почему мельник не везет муку, а водонос — воду?

— Потому что, — весомо ответил чернокнижник, напряженно разглядывая дом напротив. — Люди очень похожи на крыс. Не замечал? — Стрелок промолчал. — Они всегда разбегаются по норам при первых же признаках опасности. Они знают, когда что-то не так. И не выйдут, пока это «не так» не закончится. Ты чего выскочил? — без перехода спросил Вит. — Чего пиво не пьешь со служивыми? С нами собрался? Умереть за компанию?

— Скажи «нет», — посоветовала я парню. — Всех остальных он сразу причисляет к заговорщикам.

— Я не заговорщик, — пожал плечами Михей. — А с вами я узнаю обо всем первым. В омуте сгинем или побарахтаемся. — Стрелок взвесил в руке арбалет. — Да и сами сказали, с дасу можно справиться с помощью артефактов… Ну хотя бы защититься, как теми камнями, из которых строили Вирит. А «дающие жизнь вещам» тоже не боятся этих ваших вывертов.

— Они не мои. — Чернокнижник дернул головой. — А ты вообразил себя искусником? Артефактор, который не умеет создавать ничего, кроме накопителей силы, — попенял Вит, делая несколько шагов к дверям лавки. Михей покраснел и упрямо поднял арбалет, как доказательство своих умений. — Не советую выходить против дасу с этой стрелялкой, не та весовая категория.

— Кудесник, — окликнул вирийца от дверей пивной Рэйвен, — мы будем ждать вас здесь.

— Ждать — не самый лучший вариант.

— Я не спрашиваю. Я ставлю в известность, — ухмыльнулся капрал. От него за вар разило пивом. — Воевать за вас мы не будем. Ни с дасу, ни с тарийской стражей, ни с магами.

— Услышано, — кивнул чернокнижник и добавил: — Если объявится притвора, передайте ей, что чернокнижник держит слово. Тот, кого она ищет, ушел за стену, — последовал мимолетный взгляд на ограду Веллистата, — и если она не поторопится, то дасу вполне может отомстить за нее.

Я едва слышно зашипела. Его слова были неправильными. Они пахли обманом и смертью. Они просто смердели.

— Передам, — после паузы ответил солдат. — А кого она ищет?

— Меня, — усмехнулся Вит и направился вверх по улице.