Факультет ведьм. Как достать ректора - Лика Верх

— Я тебя еще не оскорбляла, демон плешивый… — Бабуля увидела меня в дверях. — Свет мой, Владленушка, дорогая… — Бабулечка обняла меня, мама тоже.

— Доченька… — Давненько не виделись… Жаль, что встреча наша происходит при таких обстоятельствах.

— Папа, — я кивнула в знак приветствия. С папой у нас особые отношения. Демон, что поделать.

Бабуля наклонилась и шепотом спросила:

— Ну и как его родители?

Я скривилась.

— Сейчас сама увидишь.

В дом мы вернулись всей делегацией. Выражение лица у леди Виктори не изменилось, что не укрылось от бабули. Мама тоже заметила постную мину матушки Вилмара, в восторг от этого не пришла.

— Э-э… Знакомьтесь, — я встала между двух котлов кипения, — мои родители: мистер Радис, — отцы пожали друг другу руки, — миссис Делани, — мама тоже пожала руку мистеру Амуну, — и моя прекрасная бабуля.

Бабуля широко улыбнулась мистеру Амуну, леди Виктори же одарила самой ласковой улыбкой. Предупреждение у бабули такое, мол, тронешь — убью. Ну это она так, шутит. Наверное…

— И мой жених… — Я посмотрела на Вилмара в поисках спасения. А что, сам заварил эту кашу, пусть сам и расхлебывает. Я предупреждала. — Вилмар фон Линер.

Мама его как родного обняла, отец ограничился рукопожатием, бабуля подмигнула. Штирлицы.

— Пройдемте на кухню, Эли нам приготовит чай. — Вилмар приглашающим жестом указал на дверь кухни, куда первой зашла бабуля.

Я же подождала, пока все зайдут, прикрыла дверь и обратилась непосредственно к жениху:

— Ты понимаешь, что каждая минута, которую они находятся вместе в радиусе ста километров, приближает весь этот город к неминуемой гибели? — Я старалась быть спокойной. У меня не получилось! Я слишком хорошо знаю свою бабулю…

— И что ты предлагаешь? — Вилмар поднял брови. — Выгнать их на улицу?

Тогда конец придет не только городу, но и всему Эсгарду.

— Надо нейтрализовать возможные очаги конфликта. — Единственный разумный выход в данной ситуации.

— Что?

— Надо нейтрализовать бабулю, твою маму и моего отца. — Вилмар еще больше удивился. — Не убить, а… напоить.

Прекрасная идея!

— Моя мать не пьет.

— Вилмар, послушай меня, если мы оставим все как есть, от твоей мамы останется только суслик! И не факт, что он будет живой! — прошипела я, пытаясь вразумить умнейшего человека.

Мужчина выдохнул и зашел в кухню.

Да, ну и дело нам предстоит… Восстановление Заблудшего леса ерунда по сравнению с этим…

На кухне царила тишина. За столом расположились так: по правую сторону моя семья, по левую — Вилмара. Сам жених стоял рядом, не решаясь присесть. И я его понимаю. Сядь на «вражескую» территорию — получишь от своих, сядь на свою… А где эта своя начинается, если мы все через неделю станем одной большой семьей? О, мать-природа, зачем ты так над нами пошутила…

— Эли, — тихонько позвала я Хранительницу.

— Да, хозяйка?

— Значит, так… Бабуле, леди Виктори и моему отцу в чай добавь чего покрепче.

— Я поняла.

— Только чтоб незаметно было. — А то плохо потом будет всем. Мне в первую очередь.

Я встала рядом с Вилмаром, наблюдая за гляделками: кто кого пересмотрит. Первой тишину нарушила бабуля.

— Итак, раз нам предстоит породниться, предлагаю сделку.

Так, так… Любопытно. Надеюсь, убивать никого не придется.

Мистер Амун решил взять на себя роль парламентера.

— Какую сделку?

Как раз вовремя на столе появились кружки с чаем, посредине возник фруктовый пирог. К пирогу никто не притронулся, а вот чай синхронно отпили.

С одной стороны, довольно забавная картина, а как представишь, на что они все способны… Забава тут же пропадает.

— Свадьбу детям мы не портим, после свадьбы стараемся не пересекаться. — Бабуля у меня наимудрейшая. — Согласны?

Единственное, что сказала леди Виктори, было:

— Разумеется.

У меня сердце из пяток выбралось и на место вернулось. Я уж думала бойни не избежать, а потом еще война родов через три поколения… Кому оно надо, верно?

В общем, все решили съесть по кусочку примирительного пирога, Эли обновила кружки…

Признаться, не знаю, что она подмешала в чай, но «окосели» все быстро. Причем все без исключения. А я ведь четко круг лиц обозначила.

Всем известно — у пьяных язык развязывается дальше некуда. Так никто не исключение.

Бабуля с мамой и леди Виктори начали разговаривать о жизни, любви, семье, плакать украдкой, что детей своих женят, и все прочее. Со стороны отцов только и слышалось: «Мужик, уважаю».

Чай им Эли периодически обновляла, потому ночью эта честная компания решила выбраться в город. Праздник же у них, детей женят! Одних мы, конечно, не отпустили, пошли с Вилмаром за ними.

Побывали мы за ночь… везде, куда только пускали. Оказалось, что у наших родителей много общего, и они это общее активно обсуждали.

Наутро у всех болела голова, было похмелье и осознание того факта, что они все реально сдружились. Потому что за эту ночь были и стражи, и погони, и даже кражи, правда ботанического сада, но не суть. Эта компания любой молодежи могла дать практические уроки того, как пить не надо. Вернее, как не надо гулять в таком состоянии. Короче, контролировать себя надо.

— Подружились же, — мы сидели с Вилмаром на траве в саду, — это главное.

Ну да, ну да… Эта дружба втройне опасна. Пара таких посиделок — и посадят их за решетку за массовые беспорядки.

Посмотреть бы сейчас кристалл памяти с нашим походом. Кристалл памяти.

— Вилмар, — я вспомнила одно невыясненное обстоятельство, — покажи-ка мне кристалл памяти нашего с Котэном похода.

Вилмар напрягся.

— Зачем? — Действительно, зачем?

— Хочу знать, кто меня в комнату принес и переодевал. — Вилмар замялся. — Неси, неси.

А то ишь, показывать не хочет. Думал, я забуду. Вообще забыла, но ведь вспомнила.

Жених с балкона своего кабинета выглянул:

— Поднимайся наверх. — Наверх так наверх. Мне разницы нет, где смотреть. Главное, посмотреть.

А посмотреть было на что.

Мы с Котэном, шатаясь из стороны в сторону, горланим песню, я пытаюсь что-то наколдовать, затем я хочу пнуть Вилмара, падаю, он меня ловит и несет на руках в башню.

— Так это ты меня переодел! — А я все голову ломала, какой такой негодяй переодевал меня, беззащитную.

— Сама ты была не в состоянии. — И смеется.