Дегустаторы смерти - Вадим Филоненко

– Но это же глупо! – воскликнул Сало. – Ты можешь лишиться последнего шанса!

– Пусть так. Но по-другому я не хочу.

Несколько долгих минут Олег и Толя молчали, а потом Ким сказал:

– Коровник, значит, Коровник.

…Я сидел на поваленном дереве и, не отрываясь, смотрел на тропу. Именно по ней должны прийти Сало и Михаил Ершов. Ким ждал в роще поодаль.

Наконец послышались шаги. По тропинке топали двое. Они обогнули кусты и оказались передо мной.

– Чего так долго? – проворчал я.

– В переделку попали, Трын-трава. В Старых дачах накрыло. Еле выбрались, – ответил Сало и подтолкнул опешившего спутника ко мне: – Иди, чего встал.

Я готовился увидеть двойника и все же в первый момент обалдел. Да, он был постарше, и жизнь изрядно потрепала его. Лицо и одежда почему-то оказались перемазаны сажей. И все же не узнать меня в нем было невозможно. Я словно смотрелся в зеркало!

Нас пробрало обоих. Ершов вытаращил глаза и разинул рот, а потом затравленно заметался взглядом, пытаясь найти путь к бегству. Ну вот сейчас драпанет так, что не догонишь.

Я торопливо сделал шаг к нему:

– Погоди, Миша! Послушай! Это не ловушка и не подстава. Меня зовут Игорь. Игорь Сотник по прозвищу Трын-трава. Думаю, мы с тобой дальние родственники. Но главное не это… Садись вот тут, на дерево. Нам надо о многом поговорить…

Наш разговор продолжался долго. Он слушал молча и внимательно, иногда задавал короткие вопросы. Был спокоен, как камень. На лице не отражалось ни единой эмоции, словно передо мной сидел робот. Даже известие о том, что он несколько лет назад погиб в Зоне, не вызвало у Михаила и тени чувств, по крайней мере, внешне.

Наконец всё было сказано.

Воцарилось молчание. Оно длилось так долго, что Сало не выдержал:

– Миш, так ты пойдешь с нами на БЭМЗ? Ты поможешь?

Вместо ответа Ершов поднял голову и посмотрел мне в лицо. Внезапно его зрачки полыхнули зеленым – тем самым ядовитым змеиным цветом, который был у аномалии в цеху! Я уставился на него во все глаза. Мой красный рой, его зеленые зрачки – именно эти два цвета составляли основу той ловушки! Неужто мы с ним вдвоем и впрямь способны вернуть всё на круги своя?! Я смогу выйти из Зоны, вернуться домой! Правда, для этого он должен будет остаться здесь навсегда.

Михаил уже однажды погиб в Зоне. Захочет ли во второй?..

Он всё молчал и молчал, смотрел на меня, не отрываясь, а потом спросил:

– Ты понимаешь, что для нас обоих это может быть путь в один конец? Никто не вернется, ни ты, ни я?

– Но возможно и обратное. Мы оба останемся в живых… – Я смешался, торопливо поправился: – То есть ты уже… Но больше нет…

– Я понял. – Михаил усмехнулся. Впервые за время нашего разговора на его лице промелькнули человеческие эмоции. – Что ж… Говорят, двум смертям не бывать… Ладно, – он поднялся. – Пошли, проверим, так ли это.