Кибершторм - Мэтью Мэзер

– Эй, приятель, у тебя все нормально?

– Ага… – промямлил я. – Разъезд номер 18, за Гейнсвиллом.

Водитель повернулся и стал объяснять что-то тем, кто сидел в салоне.

Я стоял под дождем и ждал.

– Ты один? – спросил водитель, поворачиваясь ко мне и высовывая голову из окна, чтобы оглядеть шоссе.

Я кивнул.

– Один.

Он махнул большим пальцем в сторону кузова.

– Можем тебя подбросить. Внутри места нет, лезь назад. Будешь сидеть на голом железе вместе с другими, но по крайней мере под крышей. Нормально?

Я кивнул и сказал «спасибо», решив, что выбора у меня нет. Обойдя пикап, я увидел, что кто-то уже опустил задний борт, так что я сразу запрыгнул внутрь и закрыл его. Машина стала набирать скорость.

В глубине кузова сгрудились несколько человек. Я выбрал место подальше от всех, в углу. С самого начала я решил, что ничего не буду говорить, однако долго молчать не смог.

– Как давно сюда прибыли китайцы? Когда они захватили Вашингтон?

Никто не ответил.

В темноте я видел пять лиц. Люди сидели на грязных простынях и одежде. Один из них бросил мне одеяло, и я завернулся в него, дрожа от холода и бормоча слова благодарности.

Можно ли им доверять? Впрочем, выбора не было. Промерзший и промокший, в одиночку я погибну. Эта стальная коробка фактически меня спасла.

– Сколько они уже тут? – снова спросил я, стуча зубами.

Молчание.

Я отчаялся хоть что-нибудь узнать, когда вдруг мне ответил сидевший напротив белобрысый паренек в бейсболке.

– Несколько недель.

– Что случилось?

– Кибершторм, вот что, – сказал парень с ирокезом, который сидел рядом с блондином. – А ты где был все это время?

– В Нью-Йорке.

Пауза.

– Тяжело пришлось, да?

Я кивнул – одним движением подводя итог тому ужасу.

– Где наши войска? – спросил я. – Как они допустили, что к нам вторглись?

– А я рад, что они тут, – ответил «ирокез».

– Рад?! – завопил я. – Ты охренел, что ли?

Блондинчик выпрямился.

– Эй, мужик, остынь. Нам неприятности не нужны, понял?

Я покачал головой и завернулся в одеяло.

Эти дети – наше будущее? Еще несколько недель назад Америка казалась непобедимой, а сейчас…

Каким-то образом вышло так, что мы проиграли.

Оставалось только одно – найти и защитить свою семью.

Со вздохом я закрыл глаза и отвернулся, прижав лицо к холодному металлу. Рокот двигателя стал погружать меня все дальше во тьму…

Кто-то потыкал меня в плечо.

– Эй, друг, – сказал один из тех ковбоев, что сидели в салоне. Он опустил задний борт кузова и теперь стоял на обочине.

Меня решили высадить раньше?

– Твоя развязка.

Покачав головой, я понял, что все это время спал. В кузове уже никого не было. Меня всего закутали в одеяла, а одно даже подложили под голову. Внезапно мне стало стыдно за то, что я злился на ребят.

– Спасибо, – промычал я, освобождаясь от одеял, затем взял рюкзак и выскочил на дорогу. Дождь прошел, снова начало темнеть.

Человек заметил, что я смотрю на небо.

– Получилось дольше, чем я думал. Пришлось подвозить тех парней…

– Спасибо, – сказал я. – Очень вам благодарен.

Он поглядел в сторону горы.

– Идешь туда?

– Нет, – тихо ответил я и указал к подножию холмов. – Туда.

Я боялся, что они поедут за мной или, что еще хуже, меня опередят.

«Ковбой» странно посмотрел на меня, затем пожал плечами и сделал шаг навстречу. Я попятился, решив, что он хочет отобрать мой рюкзак. Но затем он потянулся и… обнял меня.

– Береги себя, слышишь? – сказал «ковбой», сжимая меня в объятиях.

Я просто застыл на месте, опустив руки. Он обнял меня еще раз.

– Ну ладно, бывай.

Потеряв дар речи, я смотрел, как он садится в кабину. Машина уехала.

Я и не заметил, что по моему лицу текут слезы.

Наступило новолуние, так что идти придется в темноте. Я зашагал обратно домой с тяжелым сердцем, однако радуясь скорой встрече с Лорен и Люком.

Было что-то еще, еще одна мысль, которую я пытался отогнать. Сегодня у Лорен день рождения – ей исполняется тридцать лет. Я отчаянно хотел принести ей какой-нибудь подарок – подарок в виде спасения, свободы от боли и страха, однако возвращался с пустыми руками. Даже хуже, чем с пустыми руками.

По крайней мере, я возвращался.

Надеюсь, с ними ничего не случилось.

Превозмогая боль, я ускорил шаг.