Ловушки памяти - Юлия Басова

– Ну что, договорились? – поинтересовалась я, возвращаясь к Николаю.

– Да, на вторник, – спокойно ответил он и отхлебнул виски из прозрачного бокала с толстым дном. Поморщился и добавил туда пару кубиков льда.

– Тебе правда не трудно? – больше из вежливости, нежели из интереса, спросила я.

– Услуга за услугу, – напомнил Николай. – Может, обсудим твои обязанности?

– Давай, – охотно согласилась я, откидываясь на стуле.

– В общем, слушай. Я тут собрался снимать фильм по книге одной очень талантливой писательницы. Знаешь, обычно мне в руки попадают сценарии. А тут вдруг в самолёте, направляясь в Лос-Анджелес, увлёкся этой книгой. В ней много чего намешано, скажу я тебе, но вообще это мистическая мелодрама. Прочитал её взахлёб, не отрываясь, и сразу захотел экранизировать. Меня поразила история любви. Конечно, тут же встал вопрос о финансировании. Разумеется, всё дело в жанре. Снять этот фильм будет недёшево, он потребует больших вложений, потому что спецэффекты дорогие, компьютер, графика… Ну, ты понимаешь.

Я кивнула в знак согласия, и Лавровский продолжил свою речь:

– В общем, учитывая предыдущий неудачный опыт, я больше не стал выпрашивать деньги у наших и сразу обратился к американским продюсерам. Там моя идея понравилась, и после непродолжительных дебатов бюджет утвердили.

– Но это же прекрасно! – не удержалась я.

– Прекрасно, не спорю. Только мне поставили несколько условий. Одно из них – я снимаю только американских актёров, а не наших, российских. Сколько я не доказывал им, что русская академическая школа – самая сильная в мире и что любой наш актёр даст сто очков вперёд остальным, продюсеры были непреклонны.

– Ну и что? – флегматично отозвалась я. – А мне кажется, что в Голливуде очень много талантливых людей. И красивых. Почему нет?

– Вопрос не только в этом. В главных ролях продюсеры пожелали видеть двоих: молодую девчонку, Ребекку, и англичанина, который очень популярен в Америке, Роберта Стронга. Ты наверняка знаешь его. Так вот. С актрисой проблем не возникло. Ребекка мало где играла и не так знаменита, как Стронг. В силу возраста, наверное… Ей едва стукнуло семнадцать, но она имеет очень большой потенциал и рвение. Девчонка с радостью согласилась на моё предложение. А вот с этим англичанином мы пока никак не можем договориться. Видишь ли, он уже сыграл много ролей и очень придирчиво отбирает сценарии. Стронг стал популярен благодаря образу эдакого мистического воина. На экраны вышло множество фантастических боевиков с его участием, где он наповал разит противника, машет мечом, стреляет из всех видов оружия, и так далее. Теперь ему хочется других ролей. Более сложных, что ли… Более… Реальных. Где можно показать многогранность человеческого характера. А я снова предлагаю ему фантастику со светящимися мечами и прочими атрибутами придуманной жизни. Конечно, его отказ сниматься у меня вполне обоснован.

Лавровский нервно отхлебнул из бокала виски и, не дожидаясь официанта, подлил себе ещё.

– Подожди, как-то странно получается, – вмешалась я, – ну, не хочет этот Стронг участвовать в проекте. Ну и что? Скажи об этом продюсерам, и они предложат другую кандидатуру на главную роль. Почему ты должен бегать за этим парнем и уговаривать его сняться у тебя?

– Потому что такой огромный бюджет выделяют только под Роберта Стронга, и ни под кого больше, – с горечью сказал Лавровский. – На студии считают, что лишь его участие обеспечит фильму достойные кассовые сборы. Этот англичанин сейчас в Голливуде – номер один. Нет никого, кто бы был круче, чем этот Стронг.

– Ну, вот раз они так считают, эти продюсеры, так пусть сами и уговаривают красавца.

– Они уже пытались, но он им ответил, что больше в таких фильмах не участвует. На нём, видите ли, уже и так ярлык супергероя! Он лучше снимется в малобюджетном авторском кино, нежели в блокбастере с миллионным гонораром. Вот так!

– Но ты пытался договориться с этим Стронгом? – Я уже почти начала ненавидеть актёра за такой неуместный снобизм.

– Два раза я посылал агентов. Один раз летал к нему сам. Он тогда снимался в Пуэрто-Рико. Объяснял ему, втолковывал, что этот проект совсем не похож на те, в которых он принимал участие раньше.

– И что?

– Да ничего. Ничего дельного. Стронг сказал, что если и будет снова сниматься в фантастическом боевике, то это должна быть идеальная история. Он прочитал сценарий, обсудил со мной и высказал одно-единственное замечание: его не убедила любовная линия. По его мнению, ничто не заставит зрителя сопереживать главным героям.

– Так, может, переписать сценарий? – воодушевлённо предложила я.

– Думаешь, не пытались? – устало ответил Николай. – Только всё без толку. Наверное, чтобы почувствовать, поверить в любовь на экране, нужно знать, что это такое. А английский чурбан, при всём моём к нему уважении, вряд ли испытывал когда-нибудь подобные эмоции. Несмотря на то что вся пресса буквально кишит сплетнями о его бурных романах с самыми красивыми девушками Голливуда.

– Ну, а я-то тебе зачем?