Закон меча - Валерий Большаков

– С дороги!

Распихав заторможенных аграриев, Олег рванул дальше, а ошеломленные аграрии, придя в себя и сильно обидевшись, излили свою злость на «морских братьев», догонявших Олега, встретили тех пинками, тумаками и нехорошими словами. Разъяренные пираты раскидали земледельцев, но время было упущено. Беглецы скрылись. Поорав, помахав руками, «морские братья» припустили обратно к кнорру, видимо опасаясь, что ценный груз поделят без них.

– Ото… рвались… – сказал со всхлипом Пончик.

Олег глянул в щель дровяного сарайчика, который стал им убежищем, и кивнул.

– Ушли вроде…

– Сюда кто-то идет!

Дверь сарайчика резко отворилась, и внутрь зашел огромный мужик, широкоплечий, с косматой головой. Рукава его были закатаны, оголяя могучие конечности с въевшейся угольной пылью.

– Ну? – прогудел он. – И что все это значит?

Олег подумал и решил не темнить.

– Удо, сына Онева знаешь? – спросил он.

– Да кто ж его не знает… – усмехнулся мужик.

– Я убил его!

Мужик крякнул и почесал в затылке. Хмуро осмотрел цепь, которую Олег держал в руке, и кивнул.

– Пошли в кузню, – пробурчал он.

Они вышли во двор, заросший травой. Раздвигая стебельки и соцветия, двигалась гусиная вереница. Справа горбатились сараи, белела березовая поленница. Слева кривился колодезный сруб, валялось тележное колесо. А прямо по центру торчала кузня.

В кузне было сухо и жарко. Горн пылал, наполняя воздух запахом горящего угля, заготовка краснела накалом.

– Ты коваль? – спросил Олег.

– Да вроде… – проворчал кузнец. – Зовут Кадимом.

– А я Олег.

– А меня Пончиком кличут!

Кадим покивал космами и сказал:

– Ногу сюда!

Взяв зубило и молот, кузнец в два счета расковал Олега, растянул руками кольцо и бросил цепь в угол, где валялась целая груда металлолома.

– И куда путь держите?

– Нам надо в город, – сказал Пончик. – Очень.

– Ищите кого? – прищурился Кадим.

– Рорика сына Регинхери! – раздельно произнес Олег.

Кузнец только глаза выпучил.

– Серьезно?

Сухов кивнул:

– Нас послали к нему. Поможешь в город пробраться?

– А дело доброе? – все еще сомневаясь, спросил Кадим.

– Самое что ни на есть!

– Ладно – что с вами делать… Только запомните одну вещь: убив Удо, вы нажили себе врага.

– То есть?

– У старого Онева было два сына – младший Удо и старший Пирагаст. И старшенький не успокоится, пока не покарает убийц брата. И наверняка вас уже ждут у городских ворот.

– Цепь была особой приметой, – улыбнулся Олег, – ты ее снял…

Кадим кивнул понятливо.

– Бородами заросли вы, – сказал он в раздумье. – Ну, это мы сбреем… И переоденем! Пошли.

Солнце окрасило небо на западе в багряные тона, когда Олег и Пончик покинули гостеприимный дом Кадима. Подбородки бритые, волосы подравнены, в новых рубахах и при плащах – друзей стало не узнать. Хозяин вызвался их проводить.

– Города вы не знаете, – сказал он, – я проведу…

– Когда ж я тебе долг верну? – сказал Олег, улыбаясь.

Кадим усмехнулся:

– Дороги, бывает, и сходятся…

Путь до города был неблизок – верст пять. Олег и иже с ним спешили, ступая торопливо и широко, но не выделялись в толпе. В этот поздний час торопились все, а то закроют ворота городские – и жди утра!

Старигард выстроили на плоском холме. Он был окружен по кругу рвом, соединенным с каналом. Судов в канале было, что мусору. За рвом был насыпан вал, облицованный камнем, а на валу кругом шла городская стена, укрепленная башнями. С обоих берегов канала в город вели мосты.

Когда бревна моста загудели под ногами Олега, Кадим сзади сказал негромко:

– Видишь в воротах верзилу с хвостом? Это Пирагаст!

Сухов лениво пошарил глазами по башням, фланкировавшим ворота, и выхватил взглядом рослого здоровяка с длинными волосами, стянутыми на затылке в хвост. За Пирагастом стояли дюжие молодцы, готовые по первому знаку вожака кинуться и учинить расправу.

Олег миновал ворота, скользнув равнодушным взглядом по напряженному лицу братца Удо. Тут его сердце екнуло – он заметил за спиной Пирагасха Бооса, держащего над головой факел. Боос подносил огонь поближе к лицам шарахавшихся «гостей города» и всматривался в них. Сухов собрался внутренне. Тепло близкого факела коснулось его щеки, он недовольно отстранился. И пошел дальше. Боос не узнал его! Пончик тоже миновал заставу.

– Пронесло… – выдохнул он.

– Пошли! – сказал Кадим.

Они направились к центру города. Улицы Старигарда не были мощены и пылили изрядно, а уж какая тут слякоть бывает в дождь, можно себе представить. Дома вокруг стояли непривычного виду. Стены – каркасы из дубовых брусьев с заделанными глиной промежутками. Крыши тесовые, а двери резные.

– Дворец рейкса на площади, – сказал Кадим, – сейчас выйдем…

– Так у вас Рорик правит? – поинтересовался Олег.

– Молод больно, – ухмыльнулся кузнец. – Дядька его на троне, Ингорь Косой.

– Понятно…

Центральная площадь была не слишком большой, и почти всю ее занимал храм все того же Свентовита, круглый, под конической крышей, и весь покрытый резьбой. Каждый столб, доска, перекладина – все резное и расписанное красками. Площадь окружали бревенчатые или обшитые досками дома в два-три этажа, украшенные резьбой.

– Пришли! – Кадим указал на большой терем с лестницей, выходившей в маленький дворик. На ступенях дежурили стражники, вооруженные копьями и щитами.

– Куды? – лениво поинтересовался страж, опуская копье.

– Мы к Рорику! – объявил Олег. – С посланием от Улеба конунга, верховного князя Гардарики!

Страж очень удивился. Копье его заколебалось, словно повторяя раздумья хозяина: пропустить – не пропустить?

– Хватай убийцу! – заорали вдруг несколько грубых голосов. – Держи его!

Олег резко обернулся – на площадь выбегали «морские братья». Боос, Борис, Пирагаст, и еще кто-то, и еще…

– Ты, что ли, убивец? – поинтересовался страж.

– Я не убил, – зло ответил Олег, лихорадочно соображая, куда ему пробиваться, – я наказал сволочь Удо!

– Удо, сына Онева? – уточнил страж.