Четвертое крыло - Ребекка Яррос

«Упрямый серебряный человечек»,— пробормотал Тэйрн и ушел следом заКаори в крутое пике.

Я упала снова.

И снова.

И снова.

* * *

Вечером, после ужина, я отправилась в спортивный зал. Все болело после того, как я бессчетное количество раз соскользнула со спины Тэйрна, и я была почти уверена, что под мышками расцвели громадные синяки — после того, как он столько же раз поймал меня.

Я проходила через ротонду по пути в учебное крыло, когда услышала, как Даин зовет меня по имени. Оглянувшись, я увидела, как он бежит следом.

Я ожидала знакомого прилива тепла и счастья, оттого что мы можем побыть наедине, но его не было. Вместо этого меня затопило целое море неловкости, и я не знала, как в нем ориентироваться.

Что, блин, со мной не так? Даин привлекательный, добрый и очень, очень хороший человек. Он благородный, и он мой лучший друг. Так почему у нас не было никакой химии?

—Рианнон сказала, что ты пошла сюда,— сказал он, как только догнал меня, и тут же озабоченно нахмурил брови.

—Я иду на тренировку.— Я заставила себя улыбнуться, когда мы повернули за угол, где прямо перед нами находился спортзал.

Большие арочные двери были распахнуты.

—Тебе сегодняшней летной тренировки не хватило?— Он коснулся моего плеча и остановился, и я тоже остановилась в пустом коридоре, повернувшись лицом к нему.

—Мне определенно хватило полетов вниз.— Я проверила повязку на руке.

По крайней мере, швы не разошлись, и на том спасибо.

Даин задумчиво пожевал губами.

—Я искренне надеялся, что с тобой все будет хорошо, раз Тэйрн выбрал тебя.

—Будет,— заверила я его, чуть повысив голос.— Мне просто нужно укрепить мышцы, чтобы не падать во время маневров, аТэйрн настаивает на том, чтобы совершать маневры сложнее, чем те, что показывает Каори.

«Для твоего же блага».

«Ты всегда рядом?» — мысленно огрызнулась я.

«Да. Привыкай к этому».

Я боролась с желанием зарычать на этого навязчивого, властного…

«Я все еще здесь».

—Вайолет?— спросил Даин.

—Прости, я пока не привыкла, что Тэйрн вмешивается в мои мысли.

—Это хороший знак. Значит, ваша связь укрепляется. И, честно говоря, я не понимаю, зачем он усложняет. Кроме грифонов, здесь нет никакой воздушной угрозы, а мы все знаем, что один плевок огнем — и птичкам конец. Скажи ему, чтобы сбавил обороты.

«Скажи ему, чтобы не лез не в свое дело».

—Э… кхм… так и сделаю.— Я едва сдерживала смех.

«Полегче. Он мой лучший друг».

Тэйрн фыркнул.

Вздох сорвался с губ Даина, и он нежно коснулся моего лица ладонью, его взгляд опустился к моим губам на мгновение, прежде чем он отступил назад.

—Послушай. О прошлой ночи…

—О той ее части, где ты сказал мне, что Ксейден убьет меня, если я свяжусь сТэйрном? Или о той, где ты меня поцеловал?— Я сложила руки на груди, осторожно придерживая правую.

—О поцелуе,— признался он, понизив голос.— Этого… этого не должно было случиться.

Меня затопило чувство облегчения.

—Правда?— Я улыбнулась. Слава богам, он чувствует то же самое.— Но мы же все еще друзья?

—Лучшие друзья,— согласился он, но в его глазах клубилась непонятная мне грусть.— И дело не в том, что я не хочу тебя…

—Что?— я подняла брови.— Что ты хочешь сказать?

Кажется, мы поменялись ролями.

—То же самое, что и ты.— Между его бровями пролегли две линии.— У нас в квадранте очень неодобрительно относятся к близости с кем-то из непосредственных подчиненных.

—О…— Нет, это определенно не то, что я хотела сказать.

—И ты же знаешь, как усердно я работал, чтобы стать командиром отряда. Я твердо намерен стать лидером крыла в следующем году, и как бы много ты для меня ни значила…— Он покачал головой.

О. Так для него все дело в политике.

—Верно.— Я медленно кивнула.— Я поняла.

Наверно, важно было то, что он не будет меня добиваться, а вовсе не то, что единственной причиной для этого стала субординация. Но это определенно заставило меня слегка потерять уважение кДаину, чего я никак не ожидала.

—Может быть, в следующем году, если ты будешь в другом крыле, или даже после выпуска…— начал говорить он, и надежда засветилась в его глазах.

—Сорренгейл, пошли уже. Я не собираюсь торчать здесь всю ночь,— крикнула мне Имоджен с порога зала. Она, оказывается, вышла и скептически смотрела на нас, сложив руки на груди.— То есть, конечно, если наш командир отряда уже закончил говорить с тобой.

Даин отпрянул, бросив взгляд наИмоджен. Потом посмотрел на меня:

—Она тренирует тебя?

—Это она предложила,— я пожала плечами.

—Преданность отряду и все такое. Бла-бла-бла.— Имоджен улыбнулась, но глаза ее остались холодными.— Не волнуйся. Я позабочусь о ней. Пока, Аэтос.

Я коротко улыбнулась Даину и ушла, даже не желая оглядываться, чтобы посмотреть, как он там. Имоджен быстро пошла за мной, а затем отвела в левый угол зала. Там, где стекло встречалось с камнем, в стене виднелась дверь, которую я раньше никогда не замечала.

Эта комната была освещена магическими светильниками и полна разными деревянными механизмами со стойками, канатами и шкивами, скамьями с рычагами и брусьями, прикрепленными к стене.

А на другой стороне комнаты на коврике отжималась Тирс, одна из первокурсниц, которую я видела в лесу той ночью; рядом с ней присел Гаррик, подбадривая ее.

—Не волнуйся, Сорренгейл,— пропела Имоджен сладким, как сахар, голосом.— Нас здесь только трое. Ты в полной безопасности.

Гаррик обернулся и, продолжая отсчитывать повторения для первокурсницы, посмотрел на меня долгим взглядом. Он кивнул, а потом вернулся к своему занятию.

—Я из-за тебя и волнуюсь,— сказала я, когда она подвела меня к станку с полированным деревянным сиденьем и двумя мягкими блоками, которые сходились перед ним на уровне колен.

Она засмеялась, и я подумала, что это первое искреннее выражение чувств, которое я услышала от нее.

—Справедливо. Поскольку мы не можем работать с твоей лодыжкой или руками, пока они не заживут, то начнем с самых важных мышц, которые помогут тебе удержаться на драконе.— Она скользнула взглядом по моему телу и вздохнула с явным отвращением.— О, эта слабая внутренняя поверхность бедра.

—Ты делаешь это только потому, что Ксейден заставляет тебя, верно?— спросила я, устраиваясь на сиденье с деревянными подушечками между колен, пока Имоджен настраивала механизм.