Не выбирай меня! - Ниизла Холлей

— Мы знакомы? — На всякий случай уточняю я. — Да. Конечно. Подходите. Вы же меня не съесть собираетесь.

Это ятак шучу.

Ага. Явно шутка не удалась.

Потому что крылатый красавчик укоризненно смотрит на меня и тяжко вздыхает:

— Милая, ну зачем ты так язвишь?! Идэн же объяснял — такое может произойти только в горячке боя!

И тут мои мозги окончательно отказываются воспринимать что-либо!

"Я — милая?! Душа чья-то там?! Обалдеть! Не спятить бы. Три брутальных мужика! И все меня "клеят""?! А где-то ещё и Сашка! Ой, что сейчас буууудет! если он придёт ко мне и встретит… всех…."

— Спасибо вам за галантность. уверена, что вы это делаете чтобы поддержать меня. Но у меня есть муж и потому — извините! — Бормочу я, с каждым словом всё сильнее пугаясь.

Чего?! Спросите вы?

А того!

У того, что "Душой" назвал, опасно потемнели м сузились глаза. Дыхание стало неровным и… на висках, шее и кистях проступила ЧЕШУЯ!

Перевожу взгляд на тго, что Идэн. Картина очень похожая.

А крылатик?!

Крылатик, словно Ангел! Смотрит печально и с… нежностью?!

Так! Стоп-стоп!

Я сейчас понимаю, что ничего не понимаю! Эти трое — как бы соперники?! Но они какие-то неправильные соперники. Вон как друг друга с полуслова понимают и поддерживают.

— Простите, если чем-то оскорбила вас. Это просто по незнанию. — Лепечу я, всё сильнее ощущая нереальность происходящего.

Я прошу прощения у крылатого и чешуйчатых мужчин. Не задумываясь о том, что их в принципе не СУЩЕСТВУЕТ!

Всё! Я свихнулась и у меня шизофрения! А это — просто галлюцинации!

Фух! Прямо легче стало!

Ой! Нет! Не стало! Меня сейчас галюцинации будут бить!

Зажмуриваюсь и невольно сжимаюсь в комок.

Порыв воздуха. И меня подхватывают чьи-то руки. Над ухом шипение. А совсем рядом слышу голос крылатика:

— Милая, не пугай нас так. Верн вот уже почти не в силах себя контролировать. Неужели ты ничего не помнишь?

Отрицательно качаю головой, от чего из груди Первого вырывается мучительный стон.

— Я помогу тебе. — Шепчет крылатый искуситель. И командует. — Верн, неси её в наш челнок!

Потом снова шепчет мне на ушко:

— Понимаешь, ты забыла всё из-за того, что впустила в себя эйра. Ты вспомнишь! Только ничего не бойся. мы рядом. Только Хорха спасать надо. Он уже сорвался. Хорошо, что его успел Идэн вывезти к Диким территориям. Он там пар спустил. Но, если ты будешь продолжать отрицать свою связь с ним, с нами… нас всех будут вынуждены ликвидировать. Мы станем опасны для мирных граждан. Пойми… почувствуй… как это невыносимо… Когда твоя любимая жена, твоя Единственная… тебя не помнит и отказывается от тебя! Когда она зовёт и помнит того, кто её продал и предал!

В голове от этих слов — взбитые яйца для омлета.

Что же это получается?! Это не галлюцинации?! Не приступ шизофрении?! Не кома?!

Меня правда держит на руках брутальный мужчина, местами покрытый чешуёй?! А крылатый дипломат пытается мне быстренько объяснить суть проблемы, чтобы я совсем не вывихнула себе мозги, а остальные чтобы не стали угрозой обществу?!

Вот это я понимаю — экшен!

И что делать?!

А! Была-небыла! Я женщина современная. И… что он там сказал про Сашу?! Предал и продал?! Ну-ну…

Открываю глаза и, поражаясь своей наглости и бесстыдству, обнимаю рукой за шею того, который Верн.

— Я правда ничего не помню. — Смотрю в наполненные болью и мукой глаза и осторожно целую в уголок окаменевшего рта. — Я верю вам. Меня тянет к вам, хоть я и не узнаю никого и ничего. Расскажите — кто вы для меня?!

— Мы — твои мужья! — Радует меня крылатик.

— Все? — Уточняю спокойно. Паниковать уже поздно.

— Нет. — "Радует" меня снова говорливый переговорщик, — Ещё один отказался консумировать брак, а Земного супруга-консорта, за преступления против тебя и Закона сослали в ссылку!

Поворачиваюсь к самому немногословному и сдержанному в нашем неномальном квартете:

— Это правда?!

— Да. — Отвечает тот. — Ты очень милосердна. И позволила сэйбу жить как он захочет.

— Не совсем поняла. Но спасибо за пояснения. — Вежливость — наше всё!

Снова поворачиваюсь к нервному супругу:

— Что надо сделать, чтобы вы не сорвались?

О том, что я оказалась непонятно где и являюсь обладательницей аж пяти мужей — подумаю немного позже.

— Милая, — Тут даже крылатый супруг напрягся от моих слов, — Ты… - Он замялся, подбирая слова помягче. — Ты не играй так с… с ним… с нами.

А вот тут уже я собиралась обидеться. Но меня опередил Верн:

— Не слушай его! Пусть… что хочешь делай. Только позволь побыть с тобой. Подышать… — Тонкие ноздри аристократичного носа трепетали, вдыхая воздух.

— Я не играю. Это обидно и неприятно слышать. Есть что-то кардинальное, что можно сделать?! Нужно сделать? Чтобы никто из вас не сорвался?

Руки Верна так стиснули меня, что я ахнула.

— Прости-просссти… — Как-бы-супруг стал белым, как мел.

— Ничего. Так даже приятно. В чём-то…

— Чтобы нас не тронули, надо провести обряд и консумировать брак. — Четко сформулировал ответ молчаливый Идэн.

— Где это можно сделать? Побыстрее! — В лаконичности я от него не отстала.

— Можно прямо тут. На планете есть Центр. Мы сможем прибыть туда через полчаса.

— Тогда — поехали скорее.

— В этом? — Идэн скептически поднял красивую бровь, окидывая меня взглядом.

— Я вам в этой одежде неприятна?

— Мне ты нравишься даже вымазанная кишками и дерьмом эйров.

Такого комплимента я никогда не получала!

— Тогда — в путь! А кому не нравится мой внешний вид — может не смотреть. Я разрешаю!

* * *

В административное здание, где находился Центр по регистрации, мы попали довольно быстро. Но для этого, для начала, прорвали кордон из возмущённых сотрудников Медцентра. Потом, за несколько секунд погрузившись в милую крылатую машину, которую Идэн назвал межпланетным челноком, красиво стартовали. Уходя на форсаже от условной погони.

Опустившись на стоянке, сделали марш-бросок до дверей нужного чиновника.

Который был шокироан столь экстравагантным нарядом невесты.

Я бы на его месте тоже усомнилась в моей адекватности.

Представляю… в дверь вламывается троица не самых миролюбивых разумных, у одного из которых, на руках — всклокоченная девица с чернильными кругами вокруг глаз и в белом больничном балахоне.