Бессмертный - Андрей Плеханов

Ленечка и вправду был там. Он отстраненно улыбался, и Лека успела осознать, что что-то она сделала неправильно. Но исправить ничего уже было невозможно. Леня мягким, накрывающим движением коснулся ее летящей ноги, и вся сила удара пропала, растворилась в воздухе. Голень словно прилипла к ладошкам Лени, он сделал плавное движение, уходя в сторону, и Лека почувствовала, что летит затылком на пол...

Молодец все-таки был этот Леня! Не дал ей шмякнуться со всей дури. Лека приземлилась мягко и обнаружила, что противник уже сидит у нее на груди и сжимает железными пальчиками ее горло. Лека попыталась пошевелиться, но не тут-то было! Ноги противника охватили ее жестким обручем так, что она едва могла вздохнуть.

– Вы убиты, мадам, – объяснил Леня и нехотя покинул поверженную соперницу.

Лека обалдело села на пол.

Леня поклонился и ретировался в свой угол. Дема издевательски улыбался:

– Ну, теперь довольна? Что скажешь?

– Ничего. Конечно, он тренируется уже, наверно, лет сто. Техника у него будь здоров!

– Техника, конечно, дело важное. Но это только первая ступень мастерства, пойми. Это как для писателя научиться писать без орфографических ошибок. Если ты хочешь двигаться дальше, тебе нужно привести в порядок свое внутреннее состояние. Посмотри на Ленечку – он выглядит как растерявшийся подросток. Он дезориентирует тебя одним своим видом. Ты никогда не угадаешь, что он может выкинуть в следующую минуту. А он может сделать с тобой все, что хочешь. Ты вся – в его власти. Он может одним прикосновением высосать из тебя всю внутреннюю энергию, и ты будешь чувствовать себя как выжатая тряпка. Он свободно перемещается вокруг противника, и его совершенно не волнует, пропустит он удар или нет. Он умеет отключаться – и это самое главное!

Позволь, я расскажу тебе несколько очень важных правил. Я не знаю, насколько они объективны, но на твоей стадии обучения я бы их придерживался.

Ну, первое я тебе уже сказал. Не закрепощайся. Не бойся, что тебя ударят – в конце концов, ты уже достаточно работала над тем, чтобы принимать удары. Чувствуй себя легко и свободно. Не старайся применять всю сотню приемов, которые ты знаешь. У тебя в арсенале должен быть пяток ударов, а поначалу, может быть, даже два или три. Но это должны быть не просто приемы – это должны быть твои лучшие друзья, надежные и безотказные. Они должны получаться у тебя автоматически, оставлять место в твоем сознании для других мыслей.

Второе. Не начинай нападение первой. Помнишь, я говорил тебе золотое правило джиу-джитсу: наивысшее искусство боя состоит в том, чтобы вообще избежать схватки. Ты ведь не на профессиональном ринге. Никто не кидает в тебя окурками и не кричит: "А ну, чувиха, наподдай ему!" Подожди, когда противник сам пойдет в наступление и раскроет свои слабые стороны. Он просто подставляется тебе, и его положение в этот момент гораздо менее выгодное. Стоит тебе в это мгновение уйти с линии атаки, глянуть на него со стороны, и ты сразу поймешь, чего он стоит.

– А если оба противника так и не нападут друг на друга?

– Что ж, тогда жму обоим руки. Они достигли высокой степени если не мастерства, то хотя бы познания жизни. Хотя в жизни именно так и не бывает. Если ты не нападаешь, это само провоцирует противника начать атаку. Особенно если ты выглядишь растерянной, неловкой, кажется, что разделаться с тобой ничего не стоит. Вот посмотри на Леню. С виду – лох лохом. А результат?

Третье. Двигайся. Все спрашивают: "А какая стойка лучше – фудо или кокутцу-дачи? Правая или левая?" Любая стойка хороша, когда она к месту. Но если ты встала как бычок, уперлась обеими ногами и боишься пропустить удар, ты пропустишь его обязательно. Передвигайся. Пританцовывай. Запутай противника, постарайся оказаться сбоку или даже сзади от него.

Четвертое. Не настраивайся на длительный поединок. Знай: ты должна вырубить врага одним-двумя точными попаданиями. Только в кино соперники лупят друг друга по полчаса и при этом умудряются оставаться живыми. На самом деле одного правильного удара достаточно, чтобы отправить человека в нокаут.

Не надейся на свою физическую силу. Противник всегда будет сильнее тебя – ты все-таки девчонка, и как бы ты ни тренировалась, любой средней руки мужичонка положит тебя на лопатки, если сумеет как следует облапить. Твои союзники – скорость, подвижность и инерция. Удары у тебя слабые – бей по болевым точкам, это усилит их в десятки раз...

Все эти советы Демида вспоминала сейчас Лека. А учитель ее сидел на полу и хлюпал разбитым носом.

– Дем, тебе не больно?

– Нет. Меня и сильнее били. – Демид медленно поднялся на ноги, кровь уже перестала течь. – Слушай, Лека. О чем ты думала сейчас, когда у тебя получился удар?

– Да так, ни о чем... – Лека покраснела. Во время боя она залюбовалась Демидом, и вместо сосредоточения в голову полезли всякие неправильные мысли. А в результате чуть не сломала своему-предмету обожания нос.

– Понимаешь, я вдруг перестал предугадывать, что ты собираешься сделать в следующий момент. Ты отключилась. Вокруг тебя повисла какая-то туманная дымка, словно ты не в спортзале, а в цветочном магазине на Сен-Рошель находишься. Молодец. Ты начинаешь мне нравиться.

Он стоял и улыбался – едва заметно. Капли пота текли по его коже, мокрые пряди волос прилипли ко лбу. Лека не выдержала, сделала шажок к Демиду, обняла его и уткнулась носом ему в шею. Она не видела выражения лица Демида, но знала, что он смотрит сейчас на нее спокойными глазами, без малейшего признака страсти и волнения. Рука его легла ей на спину и легко побежала вдоль позвоночника.

– Демка, ну почему ты такой? Что во мне тебе нравится? Умение драться? Но это же совсем не то! Я же девушка, Дем. Неужели ты об этом забыл? Неужели ты не чувствуешь, как я к тебе отношусь?

Лека прижалась к Дику изо всех сил. Она хотела срастись с ним, стать единым целым. Она вдруг почувствовала в нем энергию – странную, свернутую как пружина, пробивающуюся сквозь все поры его тела. Она сделала глубокий вдох и всосала часть этой избыточной Силы в себя. Лека почувствовала, как тело Демида расслабилось, словно из него ушла застарелая боль, привычная, как одежда. Леке же эта энергия на пользу не пошла. Голова ее налилась тяжестью, глаза и нос защипало. Она неожиданно громко чихнула.

– Потряси руками, – сказал Демид. Лека встряхнула кистями и почувствовала, как искры со щелканьем срываются с ее пальцев. – И больше так не делай. Это блюдо – не для тебя. Это опасная игрушка.

Он взял Леку за плечи и внимательно посмотрел ей в глаза.

– Бедная девочка. Я все прекрасно понимаю. Я знаю, чего ты хочешь. Ты хочешь! И это вполне естественно. Может быть, тебе найти какого-нибудь парня? Для этого. Я не буду возражать.

Демид говорил неправду. Она знала, что ему будет больно, если она будет спать с кем-то на стороне. Да и не хотела она никого, кроме Демида.

– Нет, Дем. Если ты не хочешь, тогда уж я потерплю. Почему ты так сопротивляешься своим нормальным, человеческим желаниям?