Жатва восточного ветра - Глен Кук

– Зря мы их не израсходуем. Приступим. Охраняй меня.

Он оборвал связи со своим телом и полетел в город. Лиоантунг являл собой лабиринт кривых улиц с домами странной архитектуры. Многие квартала города совершенно опустели. Что же, тем лучше. Он поставит себе на службу брошенных животных…

Противник изо всех сил готовился отбить штурм. У солдат врага не было страха. Битва в лесу вернула им веру в себя. Лишь у тервола ощущалась какая-то неуверенность.

Они вели спор, как быть с животными.

Этриан, пролетев по темной улице, нашел конюшню. Он нащупал убогий мозг лошади. Животное поднялось на дыбы, сломало ограждение стойла и пригвоздила помощника конюха к земле.

Этриан поставил труп под свой контроль и вооружил его валявшимися рядом вилами для погрузки сена. Покончив с этим, он снова вылетел в ночь. Вскоре ему удалось овладеть и легионером…

Так продолжалось много часов. Враги нашли ответ, и к рассвету они перестали появляться на улицах в одиночку. Утром Ших-кай отдал приказ об истреблении всех животных. Этриан вернулся в свое тело.

– Ты совершенно обессилел, – сказала Сахманан.

– Да, пожалуй, я действительно немного устал. А они хорошо поработали?

Широким движением руки она обвела окружающее пространство. Земля кругом была опалена, а его роскошное кресло превратилось в горку обгорелых зубочисток.

– Я решила, что на этот раз они нас достали. Мне едва удалось защититься.

– Они собираются убивать животных. Настало время посылать мертвецов.

– Ты не хочешь передохнуть?

– У меня нет на это времени.

– Этриан…

– Помолчи.

Он напряг волю и двинул вперед остатки своего воинства. Трупы, едва волоча ноги, заковыляли к стенам города. В воздухе появились драконы. Некоторые из них несли по несколько наездников, а иные, без всадников, помогали штурмовать город. Легионеры, бросив истребление живности, заспешили на стены.

Этриан продолжал штурм до тех пор, пока от его армии почти ничего не осталось. За пределами городских стен в живых остались лишь он да Сахманан. Однако в городе, в его заброшенных кварталах, Этриан сумел укрыть примерно тысячу нежитей.

Он поплыл в город в своем бестелесном состоянии, время от времени проникая в тело какого-нибудь животного, чтобы услышать разговоры. Его враги устали так же, как и он.

Часть солдат, едва шевелясь, возобновила убой зверья. А некоторые принялись обходить дом за домом в поисках мертвецов.

Этриан возвратился к Сахманан.

– Отдохни, Этриан, – сказал она, – ты себя убиваешь.

– Надо сделать ещё одну вещь, чтобы задать им ещё работы. После этого я обязательно отдохну.

Он вернулся в Лиоантунг и принялся искать крыс. В этом деле он, естественно, преуспел, так как Лиоантунг, являясь городом древним, был весьма плотно заселен грызунами.

Поиск он начал с расположенного в цитадели штаба лорда Ссу-ма. Сотни крыс, разом выскочив из укромных углов, принялись опрокидывать лампы. Большая часть пожаров была потушена сразу, но некоторые вспыхнули в местах, где людей не оказалось.

Этриан вернулся в свою телесную оболочку.

– Это займет их на некоторое время, – сказал он. – Разбуди меня, если случится что-нибудь важное.

Он проспал четырнадцать часов, но полностью так и не отдохнул.

– Что произошло? – спросил он.

– Ничего. Они занимались лишь тем, что тушили пожары.

Этриан снова отправился в город. Последние очаги огня уже находились под контролем. Обессиленные легионеры разбредались по казармам, проклиная его и моля небеса об отдыхе. Но Этриан не дал им передышки.

То там, то здесь он заставлял крыс перегрызать яремные вены спящих. Без устали перелетая от казармы к казарме, Этриан поднимал мертвяков на борьбу с живыми. Тервола установили в казармах постоянные дежурства. Тогда он переключил все внимание на помещение штаба, а затем – на городские стены, натравливая на часовых одно животное за другим. Послав мертвецов открыть ворота, он призвал в город животных из леса и с полей. «Замешательство и испуг. Испуг и замешательство», – бормотал он про себя.

Покончив с этим, он бросил в бой солдат, заранее укрытых в брошенных домах. Медленно, очень медленно нежити стали продвигаться к штабу лорда Ссу-ма…

В городе крупных животных не осталось, а на то, чтобы привести их из леса, у Этриана не было времени. Тервола обратили свое магическое искусство на борьбу с мышами, крысами и белками.

– Мы вступили в гонку со временем, – сказал он Сахманан. – Впрочем, мне удалось их отвлечь. Остается надеяться, что в следующей атаке мы уничтожим столько тервола, что оставшиеся в живых не смогут оказать нам сопротивления.

Атака продолжалась три часа. Вернувшись к Сахманан он объявил:

– Все получилось. Мы покончим с ними после того, как я отдохну.

– Этриан, что-то случилось с Величайшим?

– Что?

– Не знаю. Но я перестала ощущать его присутствие, и это меня беспокоит.

– Это важно?

– Не знаю. Но нам может понадобиться его помощь.

– Может быть, он что-то опять затеял?

– Не знаю.

– Разберемся, закончив здесь.

– Ничего не выйдет. Драконы ушли.

Этриан бросил на неё настороженный взгляд. Ему не нравился тон, которым говорила женщина.

– Ты хочешь мне что-то сказать?

– Нет… Впрочем, да… Ты стал таким, какой когда-то была Нахаман. Также, как и она, ты потерял способность здраво мыслить. Тобой руководят лишь ненависть и злоба.

– Успокойся. Мне надо поспать. Мы покончим с ними после того, как я проснусь.

Огромный красный диск утреннего солнца висел над самой линией горизонта, и Этриан лишь с большим трудом сумел выбраться из своих навязчивых ночных видений.

– Что?.. – пробормотал он.

– Проснись! Они что-то затеяли. Взгляни. – Сахманан показала в сторону города.

Первыми из ворот появились солдаты. За ними, с белым флагом в руках, шел приземистый, широкоплечий тервола. Его телохранители тут же заняли посты у ворот. Рядом с тервола возникли какие-то люди, и среди них две женщины. Когда процессия двинулась дальше, женщины пошли рядом с тервола, а двое мужчин заняли места рядом с дамами.

– Боже, – произнес пораженный Этриан, – только не это!

– В чем дело, Этриан? Что случилось?

Дыхание молодого человека вдруг стало прерывистым. В глубине его души шевельнулись какие-то воспоминания, и на него опустилась тень. Молодой человек вскрикнул, и мир вокруг него погрузился во тьму.