Стальная бабочка, острые крылья - Иван Константинов

– Ты вообще понимаешь, что натворила?! – закричал он еще шагах в десяти, под аккомпанемент пальбы. – Да тебя пристрелить мало!

Поняв, что прятаться от него бесполезно, Мириам отступила от стола. Еще одна игла, выпущенная со стороны Шипов, впилась в столешницу рядом, но это почему-то уже не страшило девушку. Краем глаза она все еще видела, как вдалеке встал Арго и зачем-то поднял круглый деревянный стол, за которым прятался, так легко, словно тот ничего не весил.

Только когда Картель схватился за револьвер, висящий на поясе, Мириам вспомнила о своем игольнике. Но сейчас этот делец и его телохранители были уже слишком близко, и она отступила от столика еще дальше, чтобы между ними не оказались дети.

– Я недооценил тебя. – Картель держал оружие уверенно, черный ствол смотрел в лицо Мириам, но она не видела его.

Цвета, мерцающие в этом человеке, захватили ее. Сомнение, ненависть, но больше всего страха.

Неужели перед ней?

– Мне сказали, что с праймом путешествует обычная девчонка, и я послушал. Зря. Тебя нужно было убирать с дороги первой, дальше стало бы гораздо легче.

Он говорил еще что-то, но Мириам вглядывалась в него и уже ничего не слышала. Далеко за ним, на площади, проступил новый цвет.

Очень хорошо знакомый.

Мириам улыбнулась, и револьвер дрогнул.

– Вы не собираетесь стрелять, – сказала она. – Вы вообще не любите убивать людей. Если бы вы хотели это сделать, то приказали бы другим, но не сейчас, когда все смотрят.

– Ты так уверена в этом? – спросил Картель удивленно.

– Да, – сказала Мириам настолько уверенно, насколько смогла. – Стрелять в нас сейчас очень глупо.

Маленькая черная фигурка возникла далеко за спиной Картеля, на краю площади. Она стремительно приближалась к шатру, мелькая в просветах между опорами и набирая скорость. В какой-то момент Мириам просто потеряла ее из виду за клубами дыма. В следующую секунду опоры шатра жалобно загудели, а плотная ткань купола затрещала. Би приземлилась среди обломков стойки. Она упала сверху, вдоль центральной опоры, и расшвыряла Шипов, прячущихся там. Картель не выдержал и оглянулся. Мириам не столько увидела, сколько почувствовала, как мимо пронеслось нечто большое. Круглая деревянная столешница, брошенная Арго, словно огромный метательный диск, ударила в телохранителей Картеля и сбила их с ног. Никто больше не стрелял. Би вышла из-за центральной опоры шатра, волоча за загривки двух наемников, и швырнула обоих в сторону остолбеневших Молотов.

Затем жуткая маска повернулась в сторону Картеля и Мириам.

– Это плохое решение, – сказал механический голос.

Картель отступил в сторону, за стол, не зная, в кого целиться – в Би или в Арго, медленно приближающегося с другой стороны и выразительно прокручивающего в руке ножку стола.

– Флай! – позвал он, и его голос сорвался. – Эй, ты живой?

– Будешь смеяться, шеф. – Флай показался из клубов дыма.

Теперь его ухмылка больше походила на оскал, лицо заливала кровь, текущая из пореза на лбу, а в груди справа торчала рукоять ножа.

– Это самые тупые переговоры, что я в жизни видел.

– Не умничай. – Картель отступил дальше за стол и пинком отшвырнул нищего, оказавшегося на его пути.

Прореагировав на это движение, Би выхватила игольник, а Мириам присела, обнимая детей.

– Ты должен меня охранять! – заявил делец.

– А что, есть проблемы? – Флай, сопровождаемый парой Молотов, оставшихся в живых, медленно шел к нему. – Тут сплошь друзья, разве нет?

– Опусти оружие, – сказала Би. – У меня цифровой спуск, ты не успеешь выстрелить.

– Ты бы ее послушал, шеф, – поддержал ее Флай. – С ней на пистолетах не тягаться.

– Это так ты меня защищаешь?!

– А если ты сам себе в голову стреляешь, мне что, свою башку подставлять? – закричал в ответ Флай, закашлялся и с удивлением покосился на нож, торчащий в его груди, словно только сейчас заметив его.

– Она сорвала нам переговоры. – Картель медленно опустил оружие. – Если бы не эта баба!..

– Кто? – Флай обошел Арго и встал рядом. – Ты сам-то понял, кого привел? С Шипами дела вести – это одно, с рейдерами – совсем другое.

– Об этом не тебе судить!

– Опаньки! А кому? Тут только что шесть моих парней легло, а этот гад ушел!

– Паук? – спросила Би.

– Да, – ответил Флай и снова закашлялся. – Он с Шипами был, из ихних, под Рэдом ходил.

– Давно?

– Недели три. Можно было бы у Рэда спросить, где он его взял, да только ему первому дырку проделали, когда заварушка началась.

– Кто-то из Шипов остался жив, расспросите их или шерифу отдайте. Понятно?

– Не распоряжайся моими людьми! – прошипел Картель и замер, обнаружив, что Би внезапно оказалась совсем близко и асимметричные линзы, не выражающие совершенно ничего, смотрят на него снизу вверх, в упор.

– Ты мог не знать, – сказал механический голос. – Но если был в курсе, я лично тебя убью, купец.

– Угрожаешь мне? – спросил Картель, но Би уже отвернулась, подойдя к Мириам и детям.

– Глупо с праймами шутить, – сказал Флай, поймав его взгляд – А с рейдерами дружить и того тупее.

– Заткнись!

– Так и сделаю, когда все слова из меня выйдут. Она права. Если ты знал, то моим ребятам на глаза лучше не попадайся.

– Что?

– Что слышал! – Несколько секунд Флай и Картель стояли, сверля друг друга взглядами, затем делец отвернулся и пошел в ближайший переулок.

– Добились своего? – тихо спросил Флай, глядя вслед ему и телохранителям, спешащим за ним. – С Шипами и договориться можно было. Пацанов моих жалко. Поздно ты сказала.

– Как только увидела. – Мириам встала, все еще обнимая Таню.

– И с Седым поссорился рановато, – сказал Флай и снова закашлялся.

Би быстро оглядела Мириам и детей, повернулась к нему и проговорила:

– Тебе нужно в госпиталь, у тебя пробито легкое.

– Сам знаю. Залатают меня, не волнуйся, не в первый раз. – Флай оглянулся на Молотов, обыскивающих трупы среди обломков мебели, и трех живых Шипов, стоящих на коленях у центральной опоры шатра. – Мы этих слегка расспросим, сколько их и прочее.

– Мне нужно будет знать все, что они скажут. – Би склонилась над нищим, который так и не поднялся после пинка Картеля. – До последнего слова.

– Как скажешь, баронесса.

– Это шутка?

– Да как посмотреть. Я вроде не смеюсь. Мы пойдем, пожалуй. Нам с гвардией делить нечего. Ты бы…

– Я объяснюсь с шерифом, а тебя жду вечером.