Целительница будущего короля - Любовь Свадьбина

На миг я застыла от ужаса: Кайден в опасности, я должна ему помочь!

Потом мелькнула мысль: это может быть ловушка.

А следом пришло осознание: если меня арестуют, меня к Кайдену не подпустят, я просто не смогу ничего сделать.

Надо бежать.

В дверь снова забарабанили.

Когда мы с Кайденом сюда приехали, я слишком устала, чтобы изучать резиденцию, выделенные мне комнаты осмотрела краем глаза, но кроме двери для слуг другой не было, и наверняка рядом с ней тоже ждали стражники. Тогда было немного за полдень, сейчас я ощущала себя выспавшейся, значит, прошло несколько часов, возможно, уже ночь, темно, и тогда я могу попытаться выскользнуть в окно, спрятаться…

Я рванула к окну, дёрнула тяжёлые портьеры. Несколько слоёв ткани в спешке показались непреодолимыми, но я раздёрнула их, и в глаза ударил яркий свет. Багровое сияние на мгновенно зажмуренных веках не оставляло сомнений, что сейчас – день. Я проспала всю ночь, и за это время с Кайденом что-то случилось! Рахра или иной яд!

Двери хрустнули и распахнулись, пропуская в комнату гремящих бронёй мужчин. Сразу стало душно.

Черныш встал между мной и этими людьми, зарычал грозно. Они с металлическим шелестом вынули мечи, налившиеся красным светом магии.

Глаза отошли после яркого света, и я рассмотрела на накидках мужчин нашивки герба с фениксом.

Королевская стража.

– Эйна из Ламара! – грозно произнёс старший из них. – Вы арестованы, следуйте за мной.

– Разрешите мне одеться, – попросила неожиданно ровно. – Черныш, ко мне.

Черныш неохотно попятился, прижался ко мне горячим боком. Стража жадно оглядела мою сорочку, но старший, подумав, кивнул.

– Но мы не покинем комнату, – предупредил он.

Мне нужно было только накинуть платье и сюрко, а в сорочке они меня уже видели. Так что, не возразив, я направилась к стулу, на котором лежало свежее платье.

– Что с герцогом Кайденом? – глухо спросила я.

– Он сейчас под присмотром придворной целительницы Реи, – пояснил стражник.

Он был слишком любезен, но я об этом почти не задумывалась, поглощённая тревогой за Кайдена.

***

Я ожидала, что у резиденции Кайдена меня будет ожидать клетка – в таких обычно возят преступников, позволяя прохожим швырять в провинившихся чем попало, но меня ожидала лишь телега с подстилкой из соломы, и никаких табличек, позорных столбов или иных указаний на перевоз подозреваемой в преступлении. Только когда я села, на лодыжки накинули затягивающуюся петлю, да закрепили её конец за крючок на борту телеги, позволив всё это прикрыть подолом.

Из-за ворот резиденции доносился испуганный вой Черныша, которого пришлось оставить там, чтобы его не обидели.

Дюжина конных стражников окружила телегу, исключая малейшую возможность к побегу, и мы неспешно двинулись в путь.

Всё происходило слишком мягко и деликатно – совершенно не в манере Венанции, хотя это она должна стоять за всем. Или нет?

Телега ползла неспешно и в сторону от дворца.

– Куда мы едем? – спросила я, ощущая, как всё внутри сковывает холодом от этой слишком непонятной ситуации.

– В ратушу, на суд, – объяснил кучер. – Тут езды полчаса всего. Это если ты хотела спросить, сколько ехать.

– Хотела, – тихо подтвердила я в ещё большем недоумении.

Оглядела стражников. Они больше смотрели по сторонам, чем на меня. Впрочем, это логично: я-то никуда не денусь.

На как же всё странно. Мысли посещали самые разные: и что Кайден на самом деле не отравлен, а это какой-то спектакль, и что Венанцию сместили, или она, наоборот, хочет, чтобы я расслабилась, а потом ударить побольнее. Или она просто хотела казаться справедливой перед другими герцогами, всё равно за отравление мне грозит смертная казнь? И что с Кайденом? С одной стороны, у меня не было причин не доверять навыкам придворной целительницы, в ядах она могла разбираться получше моего, но мне так хотелось самой увериться, что жизни Кайдена ничего не угрожает. Так хотелось самой заниматься его исцелением, чтобы точно знать – сделано всё возможное.

Неопределённость сводила с ума, ужас рвал сердце. Эти полчаса езды на трясущейся телеге казались мне вечностью, я когда в конце улицы появилась площадь с возвышающееся над ней ратушей, я от нетерпения приподнялась. Массивное серое здание ратуши одним своим видом внушало ощущение мощи и величия. Обычно у нас в дни судов возле ратуши собирался народ, чтобы сразу узнать о результатах слушаний, но здесь толпы не было, хотя собирались рассматривать дело об отравлении герцога! Люди просто спешили по своим делам.