Как отдраконить ректора, или Зелье ведьме не игрушка - Татия Суботина

Стефан откровенно следил за каждым моим движением, точно ждал от меня какой-то подлянки. Но я не собиралась ничего вытворять. Дознаватель в союзниках мне был нужен намного больше, чем во врагах.

Буквально через двадцать минут мы с оборотнем дали друг другу клятву, оговорив все условия и запечатав их в кристалле сделок. Оригинал я оставила себе, а копию отдала Стефану.

Дознаватель спрятал его во внутренний карман жилета.

Теперь, если кто-то из сторон решит нарушить договор, кристалл лопнет, а его вырвавшаяся наружу магия покарает виновного.

— Я рада, что не ошиблась. Вы сделали правильный выбор, — улыбнулась я мужчине, как только мы завершили.

— При таком раскладе он был очевиден, — без тени радости выдал оборотень.

— Утолите же мое женское любопытство, господин дознаватель.

— Ива?

— Вы же знаете, кто вас заказал и лишил плотской радости? — не смогла не спросить я.

Стефан не стал юлить.

— Мелисса Даль Ргарн, — прямо ответил он, удивив меня откровенностью. — Супруга нового ректора академии.

— А… — не успела я задать следующий вопрос, как оборотень уже поспешил с ответом.

— Давно знаю, Ива.

Спокойствие дознавателя в этом вопросе выбило меня из колеи.

— Но-о… Почему тогда?

— К этой рогатой твари не так просто подобраться, — с полуслова понял он причину моего недоумения. — Слишком серьезные покровители. Я же, как вы помните, собираюсь жить долго и полноценно, а не гнить в темнице.

— Разумно.

— С удовольствием сверну ее тонкую шейку, как только девица лишится протекции своего дядюшки, — потер руки Стефан.

Его глаза загорелись загадочным блеском, а на губах заиграла предвкушающая улыбка. Судя по всему, от этой мести Паулм точно не откажется, даже если его попытаются подкупить сотней редких зелий.

— Вот как, — протянула я. — За что же вы так пострадали, если не секрет?

Паулм двумя пальцами сжал переносицу, словно давал понять, насколько его утомили мои расспросы.

— Мы будем действовать или разговаривать? — стрельнул в меня раздраженным взглядом мужчина.

— Одно другому не мешает, — развела я руками.

Не отступая от собственного громкого заявления, я уже налила в граненый стакан воду и добавила туда несколько капель антидота. Жидкость окрасилась ярко-бирюзовым цветом.

Стефан выхватил у меня стакан и залпом опрокинул его содержимое. Я даже не успела предупредить, что эту порцию нужно разделить на три раза и выпить за сегодня маленькими глотками.

— Э-э-э… — протянула я, внимательно следя за скривившимся оборотнем.

— Горькая дрянь, — встряхнулся он.

— Лекарство вкусным не бывает.

Паулм опять передернулся, зажмурился.

— Бр-р! — выдал мужчина.

— Не преувеличивайте, господин дознаватель.

— Помимо прочего, у Мелиссы есть навязчивая идея собственной неотразимости, — вдруг сказал он, когда я уже и надеяться перестала на ответ. — Эта демоница считает, что каждый мужчина обязан пасть ей в ноги и лобызать пятки, едва она поманит пальчиком.

— Пф!

— Меня связывали дружеские отношения с ее будущим супругом. Поэтому я имел смелость отказаться удовлетворять похоть дальней родственницы императора, а она затаила обиду и решила навсегда лишить меня возможности испытывать наслаждение с другими женщинами.

— О…

Мастеру же, помнится, загадочная заказчица подала все совершенно под другим соусом. Но в этой ситуации я склонялась верить версии оборотня.

— И вы ей в этом помогли, Ива.

— О чем я на самом деле искренне жалею, Стефан.

— Правда? — удивился мужчина.

Я кивнула, не став кривить душой. За едкими словечками и наглостью всегда скрывалась чуткая натура. Тем более что помогать женушке Лейва было для меня последним делом.

— В то время у меня не оставалось другого выбора, — призналась я Паулму. — Но это меня, конечно же, не оправдывает.

— Зато делает более понятной для меня, — вдруг искренне улыбнулся оборотень, сразу став еще красивее. — Я ведь знаю, как род Даль Ргарнов любит всяческие хитрые сделки… Мелисса даже замуж выйти умудрилась именно так.

— Да? — заинтересованно подалась вперед я. — И как же?

— Империя слухами полнится, — развел руками Стефан, к моему сожалению не став разглашать подробностей. — Антидот?

— Пока побудет у меня, — объяснила я свои действия, когда спрятала флакончик в сейф. — Я должна была вас предупредить, что он экспериментальный, поэтому я не знаю, сколько еще доз может понадобиться до полного излечения. Лучше, чтобы процесс приема проходил под моим присмотром.

— Я так и знал, что есть подвох, — хмыкнул Паулм, но уже совершенно не зло.

— Скорее маленький нюанс, чем подвох, — поправила его я, на что оборотень ничего не ответил. Лишь сокрушенно головой покачал, словно смирился с подводными камнями лечения.

Мне же оставалось надеяться, что все пройдет гладко. Пока никаких внешних изменений в Стефане я не видела. Это радовало.

— Не знала, что вы с Ранном друзья, — сама нарушила я неловкую паузу, попытавшись вернуть наш разговор в интересующее меня русло.

— Были до того, как он заключил брак с девицей Даль Ргарнов, — поморщился Паулм. — Мы с Лейвом выросли вместе, наши семьи давно знакомы и живут недалеко друг от друга. Он поступил в АМС, я же выбрал военную академию. Так наши пути и разошлись, а потом и дружба превратилась во вражду…

— Настоящая дружба не может перерасти в ненависть, — заметила я. — Либо ее не было никогда, либо ваша неприязнь основана на банальном упрямстве и желании помериться собственным превосходством.

— Вы слишком умны, как для ведьмы, Ива, — склонил голову набок Стефан. — И слишком мудры для вашего возраста.

— А вы слишком недальновидны, как для дознавателя, Паулм, — едко заметила я. — Не возраст определяет мудрость.

— Что же, по-вашему?

— Испытания, которые посылают нам боги.

— Пожалуй, раз уж я согласился забыть ваши преступления, Ива, то могу признаться, — загадочно заявил мужчина, приблизившись ко мне едва ли не вплотную. — Я сражен вашей красотой.

— Давно? — и бровью не повела я.

— С первой встречи, — улыбнулся он и притронулся к моему плечу, нежно поглаживая его. — А чем дольше общаюсь с вами, чем лучше узнаю, тем сильнее растет мое восхищение…

— Похоже, не только оно растет, — заметила я, указав головой на явное доказательство собственных слов. — Мой антидот действует?