В погоне за мечтой - Ольга Связина

Добежав до того места, где безвестный кладоискатель сделал свою странную находку, волчок подпрыгнул высоко в воздух, в полете ловко перекувыркнулся через голову (ему бы в цирке выступать!) и по другую сторону кучи листьев приземлился… Даже не знаю, как назвать – больше всего это существо напоминало Диснеевское чудовище, разве только без камзола: гуманоидное, прямо стоящее на двух ногах, выгнутых коленками назад, с непропорционально длинными – руками? передними лапами? – свисающими почти до земли, в плечах не то что косая сажень – верста! А морда… вообще ни на что не похожа. Лучше на такое перед сном не смотреть.

Охнув, я вскочила на ноги: рядом поднялась Орлетта и одним рывком достала меч из ножен.

– Вот он, подвиг! – с горящими глазами прошептала она, делая шаг вперед.

– Погоди! – Я повисла на рыцарском плече, надеясь если не удержать силой, то хотя бы обратить на себя внимание и воззвать к разуму. – Нельзя вот так вот рубить сплеча! Если бы в округе хозяйничал злобный волк-оборотень, неужели жители той деревни упустили бы шанс пожаловаться ведьме? Да и мне самой вчера он показался довольно мирным…

– Может, пришлый? – пожала плечами Орлетта, но оружие, поколебавшись, опустила.

– Тем более, надо сперва разобраться! Узнать, откуда он взялся, много ли там таких… Может, у нас уже целые провинции пропадают, вырезанные волколаками, а король и не в курсе!

– Хорошо – тогда сперва ты колданешь и допросишь его хорошенько, а уж потом я… разберусь.

Пока мы препирались, несчастный оборотень выл и катался по противоположному берегу, то когтями пытаясь содрать пушистый волчий мех, то вновь и вновь прыгая через кучу листьев – но обратного чуда не происходило: очевидно, похищение ножей нарушило какой-то тонкий колдовской механизм.

– Пошли! – Следующий шаг девушка-рыцарь сделала, уже крепко держа меня за руку. Неужели она собирается форсировать реку вброд?!

– Нет! – Я уперлась каблуками. – Я боюсь высоты! И начерпаю полные туфли воды!

Ни слова не говоря, Орлетта наклонилась, неожиданно подхватила меня под коленки и резко рванула вверх: я и взвизгнуть не успела, как оказалась висящей вниз головой на широком рыцарском плече, придерживаемая одной рукой – второй она так же ловко подхватила Найденку. Не слишком приятное чувство полета, в прошлой жизни хорошо знакомое мне по катанию на эскалаторе (вот только никогда прежде не доводилось ездить в качестве багажа), сменилось еще менее приятным – полет закончился, и при приземлении-приводнении всех нас хорошенько тряхнуло. Острое кольчужное плечо буквально воткнулось мне в живот.

После экстремального прыжка с четырехметровой высоты в реку с неизвестным рельефом дна Орлетта сумела удержать равновесие и, не задерживаясь, побежала вперед, на другой берег. Глубина в этом месте не превышала полуметра, но этого было достаточно, чтобы сильно замедлить скорость – к тому же человеку с грузом.

Очевидно, сидящий в кустах коварный похититель ножей принял нас за команду вызванных спасателей и, неожиданно почувствовав за спиной поддержку, с визгом выскочил из своего укрытия, чтобы напасть на оборотня. В руках мужика блеснула сталь – похоже, один из тех самых ножей.

Сама не знаю, как умудрилась заметить такие подробности, выглядывая из-под мышки бегущей девушки, но расклад мне очень не понравился. Напасть со спины, с ножом на безоружное, ничего не подозревающее чудовище?! Трюк, хорошо проявивший себя в лесу за разбойничьим лагерем, сработал и на этот раз:

– А ну, стой! Ой!.. – Лязгнув зубами, я больно прикусила язык – не стоит так кричать на ходу.

Приказ подействовал – «охотник» так и замер с занесенной рукой. Удивленно обернувшийся на шум оборотень вытаращил глаза на невесть откуда появившуюся за спиной живую статую, обошел вокруг, внимательно разглядывая и принюхиваясь, а увидев нож, зажатый в руке стоящего (как его парализовало от ужаса!), взревел нечеловеческим голосом и попытался вырвать из сведенных судорогой пальцев холодное оружие.

– Стой, чудище безродное! – вступила в диалог с «подозреваемым» моя спутница. Аккуратно поставив меня на ноги уже на берегу и торопливо сунув в руки ребенка, она все-таки достала свой обоюдоострый инструмент. – Не тронь человека!

– Почему это безродное? – уже знакомым нам голосом вчерашнего волка обиженно протянул оборотень, но руку с ножом отпустил. – Макар я, Филипенков сын… А что вы здесь делаете?

– Так, просто мимо проходили! – глупо хихикнула я. После прыжков и скачков меня все еще плохо держали ноги – хотя сама я и не сигала с обрыва, но адреналина получила предостаточно.

Только Орлетту невозможно было сбить с толку.

– Зачем ты напал на этого человека? – сурово сведя брови на переносице, вопросила она.

– Я на него не нападал! – открестился чудовищный Макар. – Это он сам украл мои ножи! Я всего лишь хочу вернуть их обратно!

– А зачем ему твои ножи?

– Да откуда ж мне знать! – всплеснул руками-лапами недопревращенный оборотень. – Только вот мне без них теперь совсем никуда, ни взад, ни вперед… Это что я за чудовище теперь получаюсь?!

– Гм!.. – Я покачала начавшего проявлять признаки неудовольствия младенца. – Как он доставал ножи, все мы видели. Но где доказательства, что они – твои?

– О господи! – Чудовище возвело морду к небу. – Я же их сам у кузнеца заказал, ровно дюжину, сам в землю втыкал, сам листьями присыпал…

– Надо полагать, очная ставка с кузнецом ничего не даст…

– Не даст. – Вряд ли оборотень прежде слышал такое выражение, но интуитивно догадался, что я имела в виду. – В таком виде кузнец меня точно не узнает. Надо ножи на место вернуть, тогда…

– Сперва надо выслушать противную сторону. Может, у него свои доказательства… Или уважительная причина: набрел на целую полянку грибов, а срезать нечем… – Я обернулась к стоящему в агрессивной позе мужичку и приказала: – Говори! Что ты здесь вообще делал, зачем взял чужие ножики?

Очевидно, звук моего голоса стряхнул овладевшее незнакомцем нервное оцепенение – он дернул головой, затем плечами, притопнул на месте, опустил руку с занесенным ножом, спрятал за спину и гнусаво затянул:

– Благодарствуем, отважные спасительницы! Не токмо за меня, убогого, но от всей деревни, коя стогном стонет, не знает, не ведает, как избавиться от этого горя-злочастия, зверя лютого в образе… зверином! Спасибо вам, сильномогучие богатырки! Вот только, по совести, шкура все-таки мне полагается, как поимщику. А голову, так и быть, себе забирайте.

– Какую голову? Чью шкуру? – в один голос воскликнули мы с Орлеттой.

– Оборотня злыдейского! – патетически воскликнул мужичок, с отмашкой указывая на застывшего столбом от изумления и возмущения Макара: – Сколько жизней невинных, гад, загубил, сколько кровушки выпил! Спасибо девицам-красавицам…

– Так красавицы или богатырки? – с трудом сдерживая смех, уточнила я.