Секретарь демона, или Брак заключается в аду - Марина Комарова

День выдался чудесный. Солнце заливало улицу, играло на бирюзовых волнах залива. Возле окна рос гранат, плоды краснели кожистыми боками, так и норовя шлепнуться на бутоны плотоядней. Впрочем, самих плотоядней это ни капельки не смущало, потому что компания в разноцветных горшках вытянулась на всю длину стебля и с пристальным вниманием следила, как я жарю оладьи на завтрак.

Тетушка Сарабунда тем временем выбирала, какое платье надеть: малиновое, ядерно-оранжевое или кислотно-салатовое. К платью непременно прилагались кокетливая шляпка и ворох пестрых побрякушек, которые, по ее мнению, завершали образ. Выйти без украшений – все равно что в неглиже, милочка, да-да.

Вот она и отрывалась как могла. Я, наверно, за всю жизнь не переносила столько побрякушек, сколько увидела на Сарабунде с момента своего пребывания здесь.

– Ничего им не давай! – крикнула тетушка из комнаты. – Цветы уже завтракали!

Плотоядни тут же обиженно засопели. Вообще-то, прозвучи эта фраза у меня на родине, сказавшую ее посчитали бы клиенткой психиатрической клиники. А здесь… нет, здесь все в порядке.

– Извините, ребята, не могу идти против хозяйки. Сами понимаете, – развела я руками.

Цветы возражать не стали, зато бесенок постарался цапнуть лопатку, которой я переворачивала оладьи. Пришлось несильно хлопнуть его по мохнатой попе. В отличие от плотоядней, он даже ворчать не стал, а только сделал умильные глазки и скорчил мордочку. При этом вышло настолько мило, что устоять оказалось невозможно – пришлось делиться.

Тут же раздались довольное урчание и чавканье.

Я вздохнула, переложила оладьи на тарелки и поставила на стол. Сегодня идем в Центр помощи рухнувшим, пора получать мои документы и содержание. Тетушка Сарабунда собиралась, словно на парад, а я… я нервничала. Все же не каждый день ходишь по адским конторам, даже если они не совсем адские!

А потом еще планировался мой поход по магазинам с Мудофелем, то есть Мефом. После вчерашнего первое прозвище ему пока куда больше подходило, чем второе. Поэтому мысленно так и тянуло обозвать несчастного родственника Циры не совсем цензурно, зато подходяще.

Тетушка Сарабунда показалась на кухне в ярко-желтом сарафане с крупными синими цветами. Заметив мой озадаченный взгляд, она кратко пояснила:

– Мне к лицу.

Ну, в общем-то да. Выбирать из трех платьев, чтобы выбрать четвертое… Ничем иным это не объяснить. Прекрасная женщина.

Усевшись за стол, она погрозила пальцем разомлевшему бесу и принялась за еду.

– Центр помощи рухнувшим – это та еще песня: слова через раз, в ноты не попадает, мотив никакой. Зато душа нараспашку. Поэтому принимают радостно, долго, но все не туда. Только не расстраивайся, у тебя все будет хорошо.

Я подозрительно покосилась на нее и задумчиво зачерпнула чайной ложкой сметану из пиалки. Вообще, мысли пока теснятся в голове и упорно не желают выстраиваться как положено. Я осознаю, где я и что здесь делаю в данный момент. Но при этом совершенно не могу осознать, что назад не вернуться. Хорошо хоть, так сложилось, что в моем мире никакой родни не осталось, а значит, никто не поседеет от беспокойства, куда пропала непутевая Ада. Имелись дальние родственники на Урале, но они вряд ли вспомнят мои имя и лицо.

Жалко только Жанку. Она-то как раз меня и будет искать. И еще Мать Песца может, тьфу, Алиска.

Ощутив приступ дикой тоски по девчонкам, я не заметила, как в расстройстве смела все, что было на тарелке. Тетушка Сарабунда посмотрела на меня, цокнула языком.

– Молодо-зелено, – изрекла она. – Пока что все на пользу, и даже если твой экватор станет больше, это тоже хорошо – мужчине хоть будет за что ухватиться, я говорю.

– Вы про какой экватор? – осторожно поинтересовалась я.

– Про тот, что ниже талии, – хмыкнула она, и я почувствовала себя неловко. Ну, самую малость.

– Ладно, заканчиваем трапезу и едем, – тут же, развеселившись, добавила она. – Наденешь пока платье моей внучки. Чем больше вызовешь жалости у инспекторов, тем лучше.

– У вас есть внучка? – изумилась я.

– Да что ж я, не люди? – уперла руки в бока тетушка Сарабунда. – Конечно есть, охламонка еще та! Художница будет. Ой, я тебе скажу, такие художества вытворяла еще в школе, что словами не передать!

Впрочем, передавать их моя хозяйка и не стала. Вместо этого я живо убрала со стола и вымыла посуду, а тетушка Сарабунда предоставила мне серенькое короткое платьице. В целом оно выглядело прилично, правда, длина оставляла желать лучшего.

Однако особо страдать не было времени, поэтому, быстро облачившись и заплетя непослушные волнистые волосы в косу, я была готова в кратчайшие сроки.

– Идем, – скомандовала Сарабунда и распахнула дверь.

В коридор ворвался раскаленный знойный воздух. Но жара меня не изумила, так как у порога лежало нечто куда более интересное. Огромный букет из алых роз, от которых исходило рубиновое сияние.