Маруся. Книга 1. Талисман бессмертия - Евгений Кульков

Сам о себе не позаботишься — никто не позаботится.

Маруся дождалась, когда папа отъедет от подъезда, и взялакоммуникатор.

— Я бы хотела отменить вызов…

О том, как разблокировать машину, Маруся прочитала винтернете и даже пару раз пробовала — все как по маслу.

— Солянка дом один. Да, спасибо.

Не поехать в лагерь она не могла — нарываться на еще одинскандал было некстати, но добраться туда на своей машине показалось не таким ужбольшим проступком.

— Извините еще раз.

Маруся положила трубку и оглядела комнату. Какие вещи могутпонадобиться в научном лагере? Большой вопрос. Обычно Маруся путешествоваланалегке — все необходимое можно было купить в магазинах, но есть ли нужныемагазины в городе ученых, оставалось непонятным — воображение рисовалогигантские супермаркеты, заполненные белыми халатами, резиновыми перчатками,колбами, горелками, микроскопами и подопытными кроликами. Поэтому, на всякийслучай, Маруся закинула в сумку пару футболок, шорты, джинсы, трусики и носкииз ящика письменного стола, те самые. К счастью, Маруся была из тех редкихдевочек, которым было абсолютно наплевать во что одеваться — и так красивая.Как говорил папа, «подлецу все к лицу». Абсолютная правда.

На подземную стоянку можно было попасть на лифте прямо изквартиры, и тогда папа получил бы сообщение, что во столько-то и во столько-токто-то проник туда. Фиговая история. Маруся вышла из квартиры и позвонила всоседнюю дверь. Через минуту дверь открылась.

— Клавдия Степановна…

Клавдия Степановна была учительницей. В свои сто лет она былаеще о-го-го, выпивала по двадцать чашек эспрессо в день и замечательноуправляла электромобилем. Всю жизнь соседка прожила одна, семьи у нее не было,как и все учителя — она ненавидела детей, однако почему-то обожала Марусю.

— Можно я пройду?

Для людей непосвященных это прозвучало бы, как просьбапройти в квартиру, но Клавдия Степановна отлично понимала, куда и зачем нужнопройти Марусе.

— Вот вроде папа твой неглупый человек, а до сих пор недогадался, как ты проникаешь на стоянку?

— Он слишком умный, чтобы думать о таких глупостях.

— Кофейку выпьешь?

Маруся искренне любила Клаву, как ее называли дома, ноболтать с древней старушкой было как-то… да чего уж там — это было скучно!Однако хорошее воспитание взяло свое, поэтому она улыбнулась и прошла на кухню.

— Вчера привезли новый сорт…

Иногда Маруся завидовала другим детям, которые плевали навсякие правила приличия.

— Сердце от него так и прыгает!

Не помогать взрослым, не поддерживать скучные разговоры сдальними родственниками, не благодарить за дурацкие подарки и даже не убиратьза собой тарелки после еды.

— Тебе с молоком?

— И побольше!

Ну ладно, если ты какой-то воспитанный ботан, а если воттакой балбес-непоседа? Единственный, кого Маруся постоянно ослушивалась — былпапа. Из-за этого папа огорчался. Почему у Маруси получалось огорчать самоголюбимого человека — непонятно, но потом она прочитала, что людям свойственнопричинять боль самым близким, и успокоилась. Ей показалось, что это что-то изобласти безусловных рефлексов, а с биологией не поспоришь.

— Сахар положишь сама.

Маруся осторожно открыла стеклянную банку, выловила парупрозрачных кубиков и бросила в чашку. Кубики зашипели, как растворимыетаблетки, и превратились в густую ароматную пенку.

— Отец уже уехал?

Маруся кивнула.

— А ты как долетела?

— Я, ну… нормально. Как обычно.

— Без приключений?

Маруся отхлебнула кофе, быстро соображая, что именно стоитрассказать для поддержания беседы, но так, чтобы она не переросла вмногочасовые расспросы.

— Да, в общем-то, без приключений, если не считатьнебольшой задержки. Там этот прилетел, ну, как его… целитель…

— Нестор?

Клава неожиданно оживилась и даже присела поближе.

— Да, точно. Он зачем-то летел обычным рейсом и вышелвместе со всеми, и там собралась толпа. Ну, в общем…

— Он что, вышел к людям?

— Ага. Такое столпотворение, аэропорт простопарализовало.

— И ты его видела?

Маруся смутилась. Она никак не ожидала от Клавы такогоинтереса.

— Я, нет. Я там, ну просто.… А вы что, как-то… Вы егознаете?

— Нестор — великий человек.

— Клавдия Степановна! — Маруся даже поставилачашку на стол от удивления. — Вы ли это? Вы ведь всегда были против всякихшарлатанов.

— Но он не шарлатан. Я видела, что он делает…

— Где вы видели?

— В воскресном шоу…

— По телику? Но ведь это монтаж.

— Это прямой эфир!

— Да в телике не бывает никаких прямых эфиров. Это всеобман. Я не знаю, как вообще в это можно верить?!

Клава поджала губы и замолчала. Маруся поняла, что сболтнулалишнего и, видимо, не на шутку обидела старушку.

— Я просто понимаю, что… ну… то, что он делает, этопсевдонаука, это невозможно.

Клава встала из-за стола и бросила свою чашку в мойку.

— Ну, может быть, это сила внушения, я не знаю.… Тоесть, может, он и правда приносит какую-то пользу, но…

Казалось, что с каждым следующим словом Маруся толькоусугубляла ситуацию и, значит, надо было либо замолчать, либо уже, наконец,уйти и не раздражать пожилого человека своим подростковым цинизмом.