Игрушка Верховного Мага - Светлана Волкова

— Матушка, я…

Лисия не успела договорить. Лорд взял Росинку под уздцы и повел к распахнутым воротам. Кобылка покорно слушалась, не пытаясь брыкаться. Вот уж кто умнее них с Матушкой — не сопротивляется чародею.

Эрдан подошел к конюшне, где битком теснились лошади гостей. Зашел внутрь и вернулся с большим серым жеребцом. Пружинисто вспрыгнул в седло, в очередной раз показав военную сноровку.

Похоже, он — боевой маг. Один из ближайших соратников Вергана, Верховного Мага королевства Дайгар. Может, он лично участвовал в войне против ведьм почти двадцать лет назад… и убивал их собственными руками.

— Следуй за мной, — приказал он. — Выдерживай дистанцию. У меня темпераментный жеребец. Если кобыла будет близко, может не устоять.

Лисия не удержалась, чтобы не съехидничать:

— А как же ваша магия? Только против женщин работает, усмирить жеребца не хватит сил?

— Не считаю нужным, — невозмутимо ответил Эрдан. — Жеребцы — вполне разумные создания, в отличие от женщин. Надеюсь, расстояние не спровоцирует тебя снова бежать. Лучше не проверяй, хватит ли мне сил усмирить тебя.

Лисия покраснела от уничижительной реплики аристократа. Но сдержалась и не стала огрызаться в ответ. Пропустила его жеребца вперед и пристроилась на почтительном расстоянии.

Обитель располагалась в окрестностях Лардоса — крупного портового города. Интересно, куда Эрдан ее привезет на ночь глядя. Впрочем, застенки ковена магов открыты круглосуточно для преступников. Особенно для ведьм, которые нарушили запрет.

Лисия несколько раз бывала в Лардосе. Раз в год девочкам устраивали экскурсию под строгим надзором сестер Обители и трех наемных охранников. Их проводили по центральной площади возле Ратуши, затем вели на рынок с изобилием товаров со всех концов света.

Рынок был главной радостью девочек. Будь их выбор, ничего другого они бы и не смотрели. Но пряник сменялся кнутом. После роскоши и многообразия торговых рядов их вели в ковен магов. Зловещее черное здание, окруженное высокой каменной стеной.

Во время экскурсии наставницы не напоминали о неминуемой каре для ведьм, которые посмеют использовать свою силу. Молча проводили девочек вокруг мрачной резиденции ковена. Черные стены, узкие зарешеченные окна говорили за себя без слов.

Иола рассказывала Лисии — только ей одной, не на общих занятиях, а в их секретных беседах — что когда-то то здание было не черным, а светло-зеленым. В цвет молодых листьев и свежей травы. Населяли его не маги, а ведьмы.

Они помогали людям в их бедах и хворях. Помогали каждому страждущему, кто приходил к ним. Мудро и беспристрастно решали споры и сомнения простых людей. Народ обожал ведьм, а король и все градоправители чтили и даже не думали притеснять их в чем-то.

Так длилось много веков в королевстве Дайгар. Пока не явился Верган — небывало одаренный для мужчины маг.

}Долгие годы он притворялся преданным слугой ведьм — все мужчины-маги в прошлом служили им. Верган втирался в доверие, подбирался к самой Верховной Ведьме. Очаровал ее родную сестру, влюбил в себя и заставил выдать важные секреты.}

}Оказалось, что все эти годы он собирал вокруг себя мужчин, недовольных властью женщин. Собственное положение казалось им убогим, они считали, что заслуживают быть у руля вместо ведьм.}

И когда Верган с приспешниками набрал силу, он развязал кровопролитную войну магов и ведьм. Закончилась она семнадцать лет назад, когда Лисия была младенцем.

В той войне погибла ее мать. И матери всех одаренных девочек. Истребив всех ведьм в Дайгаре, Верган собрал их дочерей и отправил в Обители.

Раньше Обители были школами для девочек-ведьм. Верган сделал из них сиротские приюты. Заставил принимать простых, неодаренных сирот, чтобы наследницы колдовского дара смешались с ними.

Наставницы в Обители сами были ведьмами. Теми, кто не пошел за Верховной сражаться с магами, а сразу отступился от нее. Таких Верган пощадил. Разрешил принять обет служения и заточить себя в Обители, посвятив жизнь воспитанию девочек.

Раньше наставницы в школах были свободны. Могли иметь семью или любовников. Но Верган сделал все, чтобы унизить и ущемить даже тех женщин, кто не стал воевать против него. Выжившие ведьмы больше не имели права заводить семью или даже предаваться плотским утехам. И конечно же, применять магию и учить магии девочек. За нарушение — смерть.

Иола рассказывала Лисии много о прошлом Дайгара. О величии ведьм, о войне с магами — и все не то, чему девочек официально учили. Но не показала ей ни одного магического приема. Не хотела подвергать любимицу риску. И все равно дар Лисии прорвался сам собой.

Она недоумевала — почему Эрдан спокойно оставил безнаказанным проступок самой Иолы. Словно и не заметил, что настоятельница толкнула его магией — точно так же, как сама Лисия до этого. Будто ему не было дело до преступления Иолы… А вот до Лисии очень даже было.

За раздумьями Лисия сама не заметила, как из ночной темноты показалась городская стена Лардоса. Они приехали.

Эрдан вызвал стражников, показал им блеснувшую в лунном свете сигну. Лисия не разобрала, что на ней выгравировано, а вот стражник тут же побледнел. Согнулся в три погибели, будто увидел самого короля Гаспара или Верховного Мага. Не задавая вопросов, лорда и его пленницу впустили в город.