Его Тьма - Екатерина Флат

Я к тому моменту уже проснулась. Чувствовала себя не намного лучше, чем вчера. Еще один глоток воды дался с трудом, и если бы Ивор не настаивал, то и пить бы не стала.

— Я еще жив? — не слишком уверенно прошептал Клеон, едва открыв глаза.

Я закусила губу, чтобы снова не разреветься, и быстро кивнула.

Он несколько секунд не сводил с меня чуть замутненного взгляда, потом перевел его на мрачного Ивора.

— Как ты себя чувствуешь? — робко спросила я.

— Терпимо, — он перевел дыхание. — Далеко до башни?

— Весь день идти, — я помогла Клеону сделать глоток из фляжки, он тут же закашлялся.

— Ты сможешь удерживать Дош это время? — Ивор не сводил с него глаз.

Тот на мгновение задумался и кивнул.

— Но что потом? — мой голос дрогнул. — Когда мы доберемся до башни, что тогда?

— Не бойся, — Клеон ободряюще мне улыбнулся, — я знаю, как справиться с Дош.

— Ты в состоянии идти сам? — спросил Ивор, помогая ему подняться на ноги.

— Да. Но быстрого бега от меня не ждите.

— Ничего, мы пойдем потихоньку, — я взяла его за руку и как можно уверенней добавила: — Уже к вечеру этот кошмар закончится.

— Не сомневаюсь, — с улыбкой кивнул Клеон.

Они с Ивором обменялись быстрыми взглядами, в которых ясно читалась неприкрытая ненависть друг к другу и, что меня очень изумило и насторожило, понимание, будто бы некая негласная договоренность о чем-то.

И мы двинулись в путь. Судя по всему, нам предстояло двигаться в гору по мокрой от вчерашнего ливня скальной насыпи. Скользкие камни совсем не способствовали быстрому продвижению, и меня не покидала уверенность, что это будет самый длительный и тяжелый день в моей жизни.

Ивор шел чуть впереди по ему одному ведомой дороге. Он не оглядывался, но я не сомневалась, что в любое мгновение при необходимости был готов атаковать. Быть может, он жалел уже о данной мне клятве, но все же я была бесконечно ему благодарна за эту уступку.

Клеон хоть и старался не показывать вида, но каждый шаг ему явно давался с неимоверным трудом. Я не сомневалась, что Дош истязает его изнутри, не останавливаясь ни на мгновение. От собственного бессилия хоть как-то унять эту боль глаза щипали подкатывающие слезы. Но я не плакала. Крепко держала Клеона за руку. Улыбалась и даже порой смеялась.

— Ой, так ты ни разу не бывал в саду у тетушки Иллы? Ну и как я тогда тебе смогу объяснить?.. — я на мгновение задумалась. — Вот представь, клумбы расположены с двух сторон дорожки кругами. Наподобие бусин ожерелья. Знаешь, как красиво! Мы с тобой тоже так сделаем. Я попрошу у тетушки Иллы рассаду самых красивых ее цветов, и сад у нас получится замечательный! Только тебе непременно нужно будет сделать беседку! Небольшую, уютную, с резными перилами. Будем летними вечерами сидеть там, смотреть на цветы и пить чай с пирожками. Ты ведь любишь пирожки?

— Люблю, — Клеон кивнул, глядя на меня с печальной улыбкой.

— Я непременно научусь их готовить, честное слово! Вот зря я не слушала Валесию все это время, эх… Но ничего, не сомневаюсь, пока мы будем добираться домой, она снова непременно начнет просвещать меня на тему приправ и прочих тонкостей. Только учти, — я демонстративно нахмурилась, — тебе придется есть все, что я приготовлю. Но ты не переживай, Одвар ведь как-то выжил… Ну что ты смеешься? Я же серьезно! — я обиженно поджала губы и пробурчала: — Ну хорошо, раз уж тебе настолько дорого твое здоровье, то будем ходить на обед к моим родителям. Мама, не сомневаюсь, только обрадуется.

И я продолжала расписывать нашу будущую жизнь, отчаянно желая верить, что именно так все и будет. Я, конечно, понимала, что борьба с Дош не пройдет для Клеона бесследно, но не сомневалась, что со временем воспоминания об этом хоть чуточку поблекнут. И я непременно буду рядом с ним. Каждый день. Не допущу и мысли об Иворе. Я сделаю все, чтобы Клеон был счастлив. Повторяла это мысленно как клятву, умоляя Лий хоть как-то помочь. Я просто больше не знала, кого просить. Готова была пообещать равнодушному богу все, что угодно, лишь бы противостояние с Дош закончилось благополучно для Клеона. В том, что с Ивором будет все в порядке, не сомневалась ни мгновения. Казалось, его вообще ничто не способно одолеть. Раньше я то же самое могла сказать и о Клеоне, но слишком силен был истязающий его Дош. Да и разве можно вообще сравнивать силы человека и божества…

Мы чуть ли не через каждые полчаса делали привал. Стоило мне заметить, что Клеону чуть хуже, я тут же громогласно, на манер капризной Валесии, заявляла, что жутко устала. Никто не возражал. Они оба принимали мою игру, и столько безысходности таилось в этом молчаливом понимании, что я едва сдерживала острое желание упасть на каменную насыпь и горько разреветься. Держалась лишь верой, что только из-за меня все еще борется Клеон.

Несмотря на медленный темп, к вечеру мы действительно добрались до башни. Вот только без Ивора ее бы никто не нашел. Сорвавшиеся с его пальцев ярко-синие сполохи рванули к вершине холма, завертелись там разрастающимся вихрем, буквально чуть ли не из воздуха создавая вполне материальную каменную кладку. Башня и вправду оказалась точно такой же, как и в Тарисе, только без ряда стен с искрящейся магической защитой и прозрачного купола на крыше.

— Ну вот, — я радостно улыбнулась Клеону, — еще немного, и этот кошмар окажется позади.

Он кивнул. Они с Ивором снова переглянулись.

Уже знакомая винтовая лестница вывела на открытую площадку с каменным постаментом.

— Просто помести Сердце в углубление, — ответил Ивор на мой вопрошающий взгляд.

Я впервые за весь день отпустила руку Клеона, он ободряюще мне улыбнулся. Подошла к широкому постаменту и достала из кармана равнодушно-холодный кристалл с алым вихрем внутри.

— Погодите, — я настороженно обернулась, — а что потом?

— Потом все произойдет само собой, не волнуйся, — очень серьезно произнес Клеон. И такая уверенность прозвучала в его голосе, что я уже ни капли не сомневалась.

Едва я вложила Сердце в углубление на постаменте, как каменная кладка весьма ощутимо начала дрожать. Хотя, скорее всего, подрагивал сам остров.

— Все? Теперь точно все? — с робкой надеждой спросила я.

— Все, — по-прежнему мрачный Ивор кивнул и почему-то отвернулся.

А вот Клеон улыбался. И теперь в его улыбке не таилось ни скрытой печали, ни безграничной усталости. Она стала такой же, как раньше, еще в Тарисе, в те сейчас будто бы из другой жизни дни, когда не возникало и тени сомнения в счастливом будущем.

Он подошел ко мне. Ласковым прикосновением убрал упавшую мне на лицо прядь, пальцы медленно скользнули по щекам. Взяв в ладони мое лицо, он наклонился совсем близко. Я не смогла сдержать слез. Вот уж не думала, что слезы радости сильнее слез тоски. Башню между тем трясло все сильнее. Казалось бы, надо было поскорее уносить отсюда ноги, но я верила, что спасение — это теперь вообще легче простого. Главное, что Дош побежден и навеки упокоится на дне морском. И, что еще важнее, Клеон теперь свободен от него.