Под крылом дракона - Терри Лу

При этих словах Нисса вздрогнула и залилась краской по самые кончики аккуратных ушек. Я мысленно пожелала ей терпения — Шенрияр неосознанно наступил на больную мозоль девушки, чья легкая полнота доводила бедняжку до исступления. И тот факт, что эту полноту, не кривя душой, можно было назвать милой и даже соблазнительной, не облегчал ее терзаний.

— А то, что наша семья зарабатывает себе на хлеб честным трудом, не повод обливать меня помоями при каждой встрече! — Шенрияр треснул кулаком по столу, с каждым словом распаляясь все сильнее. — Я с гордостью могу сказать, что семья Абба импортирует лучшие ковры и ткани из Хампу и других шахств! А чем занимается этот избалованный папенькин сынок? Протирает штаны в библиотеке? И ладно бы чистокровный аристократ, а так ведь — приблуда, шлюхин сын… Зато самомнение — как у кронпринца!

Я тяжело вздохнула, почувствовав вдруг страшную усталость. Пытаться примирить Дея и Шенрияра — все равно что связать хвостами волка и дикую кошку.

— Оба хороши. Но в драке прав тот, кто сильнее, Шен. В следующий раз он тебя попросту убьет. Вот зачем нужно было бередить открытую рану?

— Все равно об этом уже половина академии знает, — буркнул Шенрияр, отводя глаза.

Увы, на это мне нечего было возразить. С некоторых пор нелицеприятная тайна происхождения Дея стала достоянием общественности. Примерно месяц назад по академии со скоростью лесного пожара стали распространяться слухи о том, что Деймус Гракх — бастард, плод распутной связи тальзарского кэра с никому не известной продажной женщиной — одной из тысячи, что нелегально работают в городском порту. Сложно сказать, кто первым распустил эти слухи, но на следующий же день двое студентов, представителей мелкой аристократии с факультета Дея, не вышли на занятия, а отправились прямиком в центральную городскую больницу со множественными переломами ребер и рук. Виновника так и не нашли. Ребята, едва живые после сложных магических операций, упорно молчали, но с того дня даже чада высокопоставленных чиновников не рисковали открыто уличать Деймуса в нечистокровии, хотя за глаза называли «ублюдком» и «приблудой».

Никак не прокомментировав последние слова Шенрияра, я мрачно уткнулась в меню. Совершенно неудивительно, что с некоторых пор с Деем почти невозможно общаться — он огрызается по любому поводу, бросается в драку, как бешеный бойцовский пес, не делая особых различий между друзьями и врагами. Ну что ж… таков уж Деймус Гракх.

Подошла госпожа Арума, хозяйка трактира, — полная женщина с крутыми рыжими буклями, уложенными в высокую прическу. Она всегда сама принимала заказ, если в нашей компании присутствовал Шенрияр.

Этот восточного вида красавчик, сколько его помню, был страшно популярен у дамочек среднего возраста, чем и пользовался самым беззастенчивым образом.

Вот и сейчас, воззрившись на леди Аруму своими влажными и ласковыми, как у молодого олененка, глазами, пройдоха отвесил сначала несколько сногсшибательных комплиментов, а затем скромно попросил принести один горячий бутерброд с сыром и ветчиной. Жертва его лести, залившись краской смущения по самое внушительное декольте, пролепетала что-то про «мясную нарезку за счет заведения» и, рассеянно собрав остальные заказы, воздушной походкой удалилась от нашего стола.

— Из тебя получился бы отменный жиголо, — проворчала я, неодобрительно разглядывая физиономию друга, так и лучащуюся самодовольством.

— Отменный кто? — Шенрияр забавно сморщил нос и зачем-то подмигнул Ниссе, чье лицо выражало глубокое презрение ко всему происходящему.

— Мужчина на содержании у дамы не первой свежести.

Нисса фыркнула.

— Будь я старой каргой, огромной, как василиск, и такой же уродливой, все равно не стала бы содержать этого бесполезного обжору.

— Да что ты смыслишь в мужчинах, болонка! — огрызнулся Шенрияр. — Неудивительно, что снова кукуешь в одиночестве.

Глаза Ниссы опасно увлажнились, и я поняла, что еще немного, и здесь разгорится самое настоящее «мамаево» побоище.

Недавно подруга разошлась с очередным кавалером и страшно страдала по этому поводу — вторую неделю, стоило нам остаться наедине, заливая мою хилую грудь горючими слезами.

Накалившуюся обстановку разрядил грохот — брат-близнец Ниссы, Тойя Хо, все это время хранивший скромное молчание, неловко задел широким рукавом файтона кружку, и та покатилась по столу, расплескивая на белую скатерть остатки сидра.

Мы как по команде дружно уставились на невольного миротворца. Тойя — такой же светловолосый и кучерявый, как сестра, но раза эдак в три толще, что, впрочем, лично у него не вызывало никаких комплексов, — обвел нас взглядом безмятежных голубых глаз.

— Лис, а где твой зверек? — спросил он, близоруко щурясь на мое плечо — туда, где обычно восседал мыш.

— После того, как Хууб набросился на бабку, стукнувшую меня клюкой, ректор запретил выносить его в город, — грустно вздохнула я.

— Жаль. — Тойя выглядел по-настоящему расстроенным. — Арахонским мышам очень полезен свежий воздух, они ведь дикие по своей природе. Ты хорошо его кормишь?

— Конечно! Как ты советовал: утром творог, в обед мясо, а вечером моченные в вине земляные орехи.

— Животиком не мается? Если немного пучит, то исключи на время творог и все молочные продукты…

На этой фразе Нисса и Шенрияр дружно застонали. Дело в том, что с Тойей, студентом алхимического факультета, опытным натуралистом и страстным любителем всевозможной живности, я могла часами обсуждать Хууба — в частности, его здоровье и гастрономические предпочтения. В свою очередь, прочие наши друзья подобной страсти не только не разделяли, но и откровенно побаивались Хууба с его замашками истинно аидовского Цербера, когда дело касалось любимой хозяйки.

— Ты уже читала утренний выпуск «Столичных сплетен»? — Две юные девицы богемного вида прошуршали рядом с нами подолами длинных платьев, направляясь к выходу. — Пишут, что драконы напали на северную границу Акмала!

— Какой ужас! Так они скоро и до нас доберутся…

— Мой папа говорит, что достопочтенный сенатор Амвэл не даст нас в обиду. Я слышала, он прибыл в столицу сегодня утром.

— Правда? Слава Создателю, тогда мое сердце спокойно!

Прозвенел входной колокольчик — с тихим хлопком за барышнями закрылась дверь.

В гробовом молчании мы переглянулись.

Шенрияр откашлялся.

— Кажется, зря я прогуливал пары по боевой тактике драконов… Акмал в неделе лёта от нас. Боюсь, скоро придется сдавать экзамен в полевых условиях.

— Ты что, серьезно думаешь, что они осмелятся напасть на столицу империи? — Голос Ниссы дрогнул.

Я с грохотом опустила кружку, расплескав на окончательно изгвазданную скатерть яблочный сок.

— Какие драконы? — резко бросила я. — Что вы как дети малые? Нашли кому верить! Еще неделю назад в тех же «Сплетнях» писали, что кэр Гракх разводит василисков в подвале собственного дома — ну разве не чушь?