Хранитель трона - Юрий Ландарь

– Можешь не сомневаться, я все сделаю как нужно.

– Спасибо. Гнивер, расскажи, что ты знаешь. Как так случилось, и как ЭТО вообще могло произойти?

Гнивер тяжело вздохнул и начал говорить:

– Мы ликвидировали последствия прорыва гробросцев на южном участке фронта, когда меня достиг зов отца. Он просил о помощи. И успел лишь сообщить, что на них напали ведьмы. Я связался с Гартошем и вызвал его. И сам, вместе со всеми кого мог взять с фронта, бросился сюда же. Но мы пришли слишком поздно. Слишком… – Дальнейшие слова давались Гниверу с трудом. – Маги Гроброса и ведьмы Верейна убили всех в пещере. Мы сумели отогнать этих ублюдков от тел наших отцов, и не дать надругаться над ними, но это было все, что мы сумели для них сделать. Да и то, ели бы не подоспел Гартош и единороги, мы бы то же долго не продержались.

– Как они могли проникнуть в пещеру? – недоумевал Лисван. – Ведь она защищена мощнейшими защитными заклинаниями!

– Я думаю, здесь имело место предательство, – хмуро сказал Гнивер. – Кто-то знал, как пройти, как взломать защиту. Отец и император слишком надеялись на нее, и отправили большую часть магов на фронт. И враги сумели этим воспользоваться.

– Слишком уж быстрая и подробная у них информация.

– Вот, вот…

Рассуждения друзей прервало появление Витана. Младший принц сразу же бросился к брату:

– Лисван, что с отцом?

Лисван прижал брата к груди:

– Держись Витан, отца больше нет.

Витан оторвался от брата:

– Как нет?! Как это… – И тут его взгляд наткнулся на тело Дангала. Он долго и неверяще смотрел на погибшего главнокомандующего. Затем поднял взгляд на Осколов. – Значит это, правда… И лорд Дангал тоже…

– Витан, сейчас нельзя раскисать. Мы потеряли отца, а вся империя потеряла императора. Нужно держаться. Идет война и на нас все смотрят. Мы не можем поддаться слабости, нет у нас таких привилегий.

– Да-да, конечно…

Гартош подошел к другу:

– Вот так вот Витан, мы разом лишились отцов. Теперь все будет по-другому. Твоя прежняя жизнь закончилась, да и моя тоже. Опору у нас из-под ног выбили, но нужно удержаться на ногах. Иначе, что же мы за Гратры и Осколы?

– Конечно, нужно удержаться, – невесело усмехнулся Витан. – А удержимся?

– Удержимся. Обязаны удержатся. Удержатся и отомстить за наших отцов. Я сделаю все, что бы достать этих гадов. Можешь не сомневаться.

Братья Гратры и Осколы переглянулись, и решимость отомстить окрепла во взгляде каждого.

* * *

Весть о гибели императора и главнокомандующего мигом разлетелась по империи. Смуты и беспорядков пока нигде не замечали, но растерянность появилась, даже в войсках. Еще не коронованному Лисвану (какая к черту коронация, когда тело императора не извлекли из-под завалов) приходилось мотаться по фронтовым частям и гарнизонам, городам и провинциям. Он нигде не задерживался дольше чем на полчаса, и держался на ногах только за счет магии.

Не смог остаться в стороне и Витан. Он вместе с Гартошем, так же носился по империи, пытаясь внести спокойствие, ясность и веру в будущее, и доказать, что со смертью Лориана империя не погибла. Но если появления Лисвана вполне хватало, что бы в зародыше задушить любой разброд и шатание, то Витану, сопровождение рычащего на всех Гартоша было совсем не лишним. После смерти отца, Гартош был зол как голодный демон смерти, и повсюду упорно искал предателей. Так что при его появлении, все, даже самые высокопоставленные чиновники, военачальники и знатные лорды, старались вести себя как можно тише.

На второй день после трагедии, завал, наконец, разобрали и сумели добраться до тела императора. Вновь Гратры и почти все Осколы встретились возле трижды проклятой пещеры. Тело императора оказалось почти не повреждено, лишь сильные ожоги на кистях рук, словно Лориан сунул руки в открытый огонь, да раздробленная камнем левая нога. Глаза императора остались открыты, и неподвижный, но грозный взгляд, словно пытался остановить бег облаков.

Лисван опустился возле отца, положил ладонь ему на лицо и закрыл глаза. Затем поправил погибшему императору ворот мундира и тихо сказал:

– Я знаю, ты сделал все что мог, так распорядилась Судьба. Я постараюсь править так же мудро, как и ты.

Он встал и застыл возле Витана, и принца Жортака, младшего брата Лориана и своего дяди. Жортак вел затворнический образ жизни и редко появлялся на людях, и уж тем более на светских приемах. Весть о гибели брата его потрясла, и заставила забыть об отрешенности от дел империи. Ситуация заставила объединиться всех Гратров.

– Лисван, – Жортак тронул племянника за руку, – забери атрат. Брату он больше ни к чему, а тебе пригодится.

– Ах да, атрат, – спохватился Лисван и снова опустился возле Лориана. – Прости отец, но я должен это сделать.

Он расстегнул три верхних пуговицы на императорском мундире и сунул руку во внутренний карман. Затем быстро проверил и другие карманы отцовского мундира и растеряно посмотрел на Жортака:

– Атрата нет.

– Как нет? Лориан никогда не расставался с Тартулом. Если перстня нет на пальце, значит он должен быть в кармане, по-другому не может быть.

– Гнивер, – обратился Лисван к другу, – когда ты появился в пещере, возле тела отца кто-нибудь был?

– После нашего прихода практически все маги и ведьмы бросились на нас, но до нашего прихода они имели доступ к телу.

– Посмотри еще раз, – посоветовал Жотрак.

Лисван более тщательно проверил тело отца и повторил:

– Атрата нет, Тартул пропал.

– Час от часу не легче, – пробормотал Жортак. – Если Тартул попал в руки наших врагов, и ели они смогут с ним совладать, плохо дело.

– Что случилось? – спросил у Витана Гартош.

– Тартул пропал.

– Атрат?

– Да. Наша семейная реликвия. Очень мощная штука. Жаль, что отец не был хорошим магом, иначе с атратом хрен кто его победил бы.

– Он не мог его где-нибудь оставить?

– Нет, отец никогда с ним не расставался, даже ночью. А во время войны тем более.

– Тогда действительно, плохо дело.

Гратры выглядели весьма обеспокоенными, и это не скрылось от присутствующих.

– Не пугайте людей своим видом, держитесь решительно, – посоветовал Гнивер. – Атратом можно заняться позже. Я думаю еще не все потеряно – это все-таки ваша семейная реликвия, а не чья-то, так что есть шанс за нее побороться.

– Ты прав Гнивер, займемся этим, когда позволит время.

Лисван подал знак, и тело императора отнесли в повозку, запряженную четверкой белых единорогов. Повозку окружили шестеро магов и общими усилиями переправили в Торону. Тело мужа встретила императрица, такая же молчаливая как и всегда. Но это спокойствие давалось ей с огромным трудом, и только поддержка сыновей удерживала ее рассудок в теле.