Шаман - Сергей Давыдов

— Это как раз к отводу глаз… — пробормотал я. Хм, похоже, это действительно хорошая штука… Мои шансы уцелеть растут. — Но погоди-ка. Если перстень использует силу Хаоса, то как насчет побочных эффектов? Насчет влияния на носящего?

— Никто не пользовался творениями Джакалаа достаточно долго, чтобы они успели проявиться, — снова усмехнулась Крооргина, на этот раз ехидно. — Хотя сложные чары с ними творить почти невозможно, для простых они являются неисчерпаемым источником энергии. Любой маг отдаст за один из этих перстней… многое. Так что те из них, что не хранятся в сокровищницах как фамильные ценности, постоянно переходят из рук в руки.

Получается, список желающих от меня избавиться будет только расти тем больше, чем больше я буду сверкать перстнем… А если им не пользоваться, возможно повторение ночной молнии или чего-то подобного. Я мрачно вздохнул, вертя в руках перстень. Похоже, единственное, что может меня спасти, — это срочное возвращение на Землю… То есть чудо. Уныло посмотрев на перстень, я еще раз вздохнул и надел его на средний палец. Камень едва заметно засветился; обе присутствующие джинны вздрогнули. Я вопросительно поднял бровь.

— Раньше было не так сильно… — пробормотала Крооргина.

— Ты о чем? — нахмурился я.

— Боюсь, мой господин, я не могу этого описать… — ответила она и придвинулась ближе.

Я поспешно стянул перстень с пальца; сияние камня погасло, и джинны, словно опомнившись, сделали шажок назад. Н-да, и служанка тоже…

— По-моему, ты рассказала мне не все, — констатировал я.

— Но я еще и не закончила, — парировала моя супруга. — Еще одно общее свойство творений Джакалаа — активированные, они притягательны для всех духов. Даже очень притягательны…

Интересно, почему… Но тогда понятна их реакция, в конце концов, джинны — тоже духи, хоть и высокоорганизованные.

— Ну, в моей профессии это пригодится.

Хм, между прочим… Если эта штука — я подбросил перстень на ладони — на них влияет, то и я, как шаман, способен на них влиять. Я все-таки специалист по работе с духами… То, что они в материальном зрении выглядят практически как люди, только что кожа голубоватого оттенка, немного сбивает с нужного хода мыслей. Нужно будет поэкспериментировать… Только осторожно. А в качестве подопытных эта пара девиц как раз прекраснейшим образом подойдет…

— А какой-нибудь книги о них у вас нет? — поинтересовался я. — Хотелось бы изучить подробнее… Похоже, это вообще интересная история.

Крооргина кивнула и бросила взгляд на служанку. Та поклонилась и умчалась из сада.

— Отец сделал тебе очень щедрый дар, — заметила моя супруга. — Полагаю, он ожидает, что ты его оправдаешь…

Я пожал плечами.

— От меня многие чего-то ожидают. Вы, разведка Иль-Кракрау, кицуне, Сова, я сам, в конце концов… Я рассчитываю всех сильно удивить.

— Это было бы интересно, — послышался чей-то голос. А, Канария пожаловала… — Прошу прощения за вмешательство, я прогуливалась в саду и случайно услышала обрывок вашей беседы. Радости, сестра…

— И тебе радости, — не слишком дружелюбно отозвалась Крооргина. Н-да, не могу сказать, что появление Канарии меня обрадовало. Совсем даже наоборот… По мне, младшая сестричка куда опаснее. Хотя она и не проявляет враждебности, но зато менее прямолинейна, чем Крооргина, и вдобавок не ограничена договором и браком. Угораздило же меня обзавестись такими родственничками…

Канария бросила взгляд на перстень на моей ладони.

— Так мне не показалось, это был он, — заметила джинна. Я спрятал перстень в карман; потом переложу в коробочку. Канария проследила за ним взглядом. — Раз уж я здесь, хочу и от себя извиниться за ночное происшествие. Можешь быть уверен, виновные понесут наказание… Собственно, тот, кто подложил наводящий маячок, уже найден.

Доставшаяся мне «энциклопедия» никак не прореагировала на термин.

— Наводящий маячок?

Канария удивленно вскинула бровь. Все-таки красивые они, заразы… Обе сестры. Хотя внешность Крооргины, как уже упоминалось, и портит печать стервозности и самомнения, так что Канария выглядит эффектнее…

— Я же не маг, — пожал я плечами. — У меня другая специализация. Совсем другая…

Канария кивнула.

— Разумеется. Одна из рабынь поместила под постель маяк, указывающий цель чародеям наших врагов. Вернее, их чарам. Стандартная практика убийства при помощи магии, в общем-то.

Это я могу понять… Большинство проклятий наводятся на цель подобным образом. Ну, принцип другой, но с обывательской точки зрения разницы никакой — главное, подкинуть цели надлежащим образом подготовленный объект. Полагаю, и мой замок проклят по этому методу; я вроде как даже нашел эпицентр проклятья, в котором и находится этот самый предмет. Я бы подобный маячок назвал черной меткой. Впрочем, я отвлекся.

— Не заметил никакого фона от постели… — пробормотал я. Скорее, просто мысли вслух, но Канария ответила.

— Да, маячок был очень качественный. Охранные чары его тоже не заметили…

— Шепчущий Бриз, — скривив губы, произнесла Крооргина.

— Название рода, я так понимаю? — поинтересовался я. Крооргина кивнула.

— У них, возможно, и не самые сильные, но самые искусные маги, — заметила Канария. Хм, такое впечатление, что она старается перехватить у Крооргины инициативу в разговоре… Что бы это значило? — Подобные вещи у них получаются лучше, чем у кого бы то ни было другого. Ну, разве что в Ганке-Ло специалисты найдутся…

Она бросила на меня многозначительный взгляд. Понятия не имею, что она имела в виду, но постарался ответить понимающей улыбкой. Похоже, сошло…

— Ну, Ганке-Ло — лидер во всем, что связано с магией, это общеизвестно, — произнесла Крооргина. — Хотя свои специалисты по подобным вещам найдутся у каждого полиса, и трудно сказать, насколько они хороши, — никто не любит оставлять следов… Хотя в том же Иль-Кракрау предпочитают иные методы.

— Насколько мне известно, яды, — тут же вмешалась Канария, подкрепляя мои подозрения.

— Да уж, веселый у нас разговорчик получается… — пробормотал я. — Впрочем, какая жизнь, такие и разговоры, верно?

— Если эта тема кажется тебе неуместной… — тут же начала Канария.

— То я могу предложить другую, — тут же ловко ввинтилась Крооргина. Н-да, сестрички точно друг дружку не любят… Даже в такой ерунде соревнуются. Не из-за меня же это, на самом-то деле… — Что мой господин думает о расширении хозяйства? В твоем замке нужны рабочие руки, и не только… Я бы все же предложила взять вторую жену.

Та-ак… Опять она об этом.

— Ну, обходится же ваш отец одной, — хмыкнул я, стараясь не кривиться. И вот тут сестры проявили солидарность.

— Почему одной? — в один голос удивились они и посмотрели друг на друга. Возможно, мне и показалось, что Канария едва-едва наклонила голову, уступая право говорить, но продолжила Крооргина: — У отца пять жен.