Игры невидимок - Ирина Сербжинская

Возле мраморного столика, заставленного хрустальными флаконами и изящными футлярами с драгоценностями вперемешку с коробками конфет и остатками кадгарских сладостей, нянька остановилась, вынула из-за пазухи небольшую коробочку, обтянутую синим атласом, и осторожно поставила среди других вещей.

Вскоре за дверью послышались голоса и смех: с прогулки в парке возвращалась Бретта со своими фрейлинами.

— Белл Кволла! — «Золотая» Бретта вложила в голос столько яда, что можно было захлебнуться, но Хранительница нарядов и глазом не моргнула, ее лицо по-прежнему оставалось безмятежным и добродушным. — Разрешаю вам удалиться, одеться мне помогут горничные и белл Йора.

— С вашего позволения, белл, я хотела бы присутствовать при одевании, — заботливо проговорила Хранительница. — Под моим надзором горничные…

— Я вас уверяю, они справятся, — отрезала Бретта. Она прошла в свои покои, белл Кволла неотступно следовала за ней, озабоченно сдвинув светлые бровки.

— Гардеробы последней моды очень сложны, и я…

— Вон! — рявкнула «золотая» Бретта, теряя терпение.

В голубых глазках Хранительницы нарядов появилось довольное выражение. Она присела в реверансе и удалилась в самом прекрасном расположении духа.

— Проклятая сплетница! — с яростью воскликнула Бретта, когда служанки, помогавшие ей надеть платье, наконец покинули комнату. — Ненавижу ее! Шпионит за каждым моим шагом и все докладывает Луберту!

— Ну успокойся. — Йора расправила складки тяжелого бархатного платья подруги. — Помни, что ты, как лицо, облеченное властью…

— Какой властью? — «Золотая» Бретта швырнула в зеркало коробку из-под шпилек. — Какой властью?! Я не могу даже приказать отрубить голову тому, кому хочу! — добавила она, кипя от злости. — Придется ждать до лучших времен!

Она прошла к большому зеркалу в гардеробной и принялась критически разглядывать платье ярко-василькового цвета.

— Ты прекрасно выглядишь, дорогая, — улыбнулась Йора. — Садись, я тебя причешу, времени осталось немного, в Кипарисовом зале уже начали собираться гости. Турнир певцов! Ах, это так романтично!

— Ничего романтичного, уверяю тебя, — пробурчала Бретта. — Главную награду конечно же получит Морир Серебряный, вот увидишь. И никто не отважится сказать, что его главное достоинство — умение бубнить два часа подряд о каких-то малоинтересных исторических фактах! А когда он заканчивает наконец, все от радости не знают, чем его и наградить, чтоб он, упаси небо, снова не начал!

Йора захихикала, расчесывая густые золотые волосы подруги.

— Ну, послушаем других певцов! А как много собирается гостей! Жаль, на празднике не будет норлоков, — добавила она лукаво.

Бретта вздохнула и протянула ей несколько золотых шпилек, украшенных сапфирами и мелким жемчугом.

— Кстати, дорогая… — Йора ловко вколола шпильки в прическу. — Ты, конечно, помнишь белл Юнатини? Она была в свите правителя Шендана, когда он посещал Доршату. В позапрошлом году.

— Жена одного из Советников. — Память еще никогда не подводила Бретту. — Прыткая особа… не давала проходу Лорингу! Бегала за ним по пятам. И что?

— Не только Лорингу, — многозначительно проговорила Йора. Говорят, все лето, пока шенданцы здесь гостили, она осаждала одного нашего знакомого из Серого Замка!

— Вот как?! — Бретта поджала губы. — Не знала об этом!

— Безуспешно. — Йора тонко улыбнулась. — Но среди шенданцев была еще одна — белл Йонас… помнишь ее?

— Белокурые волосы и зеленые глаза. — Бретта задумалась. — Интересно, она на самом деле блондинка? Говорят, шенданцы умеют изменять цвет волос заклинаниями, и дамы этим охотно пользуются. Она тоже добивалась благосклонности Сульга, как Юнатини?

— Да! И, по слухам, ей повезло больше! — Йора закончила прическу и отступила на шаг, оглядывая Бретту.

— Число людей, которым я хочу отрубить головы, увеличивается с каждой минутой, — кислым тоном заметила «золотая» Бретта. — А ведь день еще не закончился!

Йора засмеялась.

— Теперь — украшения, — весело сказала она, перебирая коробочки с драгоценностями. — Я вижу, твоя нянька вернулась?

Бретта посмотрела в сторону террасы: в углу, на маленькой скамейке, грея на ласковом осеннем солнышке старые кости, сидела старуха в неизменном коричневом балахоне и скрюченными пальцами перебирала вязанье.

— Да, навещала дочку в Лутаке…

— Как странно, она тоже была молодой и ее кто-то любил, — проговорила Йора, незаметно поглядывая на няньку: старуха вызывала у нее неосознанное опасение. — Даже не верится…

— Старость отвратительна, — согласилась Бретта. — Подай малую бриллиантовую диадему, парные браслеты и… — Она серьезно задумалась — выбор украшений давался нелегко.

Йора открыла футляр с диадемой, затем помогла застегнуть браслеты, золотые, с синей эмалью.

— …серьги и ожерелье? — Она окинула взглядом туалетный столик Бретты. взгляд остановился на коробочке синего атласа. Обычно на футлярах с драгоценностями ювелиры ставили знак своего дома — на этой знака не было. — Может, еще что-нибудь? — Она нажала замочек, крышка откинулась. — Возможно, это?

Внутри коробочка была затянута черным бархатом, на котором покоился кулон из черного же непрозрачного камня, оплетенный тонкой золотой сеткой.

— Черный бархат? Странная фантазия ювелира… Ты собираешься сегодня надеть это? — немного растерянно спросила Йора. — Никогда не видела у тебя такого украшения. Немного мрачновато для праздника и не очень подходит к синему…

Бретта подскочила на кресле как ужаленная. В мгновение ока она оказалась рядом с Йорой и ударила подругу по руке. Коробочка отлетела в сторону, кулон упал на ковер.

Глаза у Йоры сделались круглыми, словно у совы.

— Дорогая… — только и смогла она выговорить, с изумлением глядя на подругу.

— Ради всего святого! Ты не касалась кулона? Ты не дотрагивалась до него?

— Я… Ох… — Испуганная фрейлина растерялась вконец. Бретта встряхнула ее с такой силой, что из прически Йоры выскочило несколько шпилек.

— Йора, это серьезно! Это очень, очень важно. Дотронулась ты до кулона или нет!

— Я… нет. Кажется, нет. — Йора захлопала глазами. Она никогда не видела Бретту в таком состоянии. — Да… нет. Я только открыла коробочку и… Бретта разжала пальцы. Мгновение она глядела на подругу, потом перевела дух.

— Проклятье! Я чуть было с ума не сошла! То-то Луберт был бы рад. — Она подошла к валявшемуся на ковре кулону и подняла его за тонкую цепочку. — Сумасшедшая сестрица, что может быть лучше!

— Что случилось, Бретта? Что такого в этом кулоне? И почему… — Йора замолчала.

— Ничего особенного. — Бретта зажала кулон в кулаке и улыбнулась, она умела быстро брать себя в руки.