Черная кровь справедливости - Андрей Денисенко

Вздохнув, Одиночка запрыгнул на алтарь и заглянул за жертвенник. Какой-то свистящий звук заставил его поднять голову… слух резанул предостерегающий крик Виоры, но он и сам уже заметил опасность. С верхней галереи, опоясывающей зал кольцом, на него пикировали крылатые демоноподобные твари. Воин кубарем скатился к подножию жертвенника, в то же мгновение когтистая лапа царапнула камень там, где он только что стоял. Перекосившись от зловония, Одиночка взмахнул секирой… и едва удержался на ногах. Стальное лезвие просвистело в воздухе, не встретив никакого сопротивления. Крылатые твари были бесплотны! Краем глаза Одиночка видел бросившихся на помощь охотников. Сверху мелькнул еще один силуэт, Одиночка почувствовал сильный толчок и боль от удара. Уже не рассчитывая на удачу, воин попытался отбиться секирой… бесполезно. Пустое место. Получив еще один удар, Одиночка взвыл. Рядом так же безуспешно рубили воздух охотники, но дюжина яростных крылатых бестий не обращала на свистящую сталь никакого внимания. По залу прокатился гулкий скрежещущий хохот. Глядя на людей горящими от ненависти глазами, каменный истукан смеялся!

Выкрикнув Слово Силы, Корон направил жезл на одну из призрачных тварей. Полыхнула зарница, призрак неподвижно повис в воздухе, буравя Одиночку злобными красными глазками. Опомнившись, воин рубанул тварь снизу вверх, с удовлетворением ощутив, что наконец-то достал кошмарное существо. Сокрушающий клинок секиры развалил монстра почти пополам, а Корон тем временем уже направлял свой жезл на следующего призрака. Битва закипела с новой силой. Оставив Корона и охотников разбираться с уцелевшими бестиями, Одиночка стремительно рванулся к алтарю. Он давно привык доверять своей интуиции, а сейчас уж точно знал, что надо делать. Языческий истукан явно не был обыкновенным идолом. Кровавые жертвоприношения и человеческая боль, замешенные на черной магии, призвали языческого божка в реальный мир. Одиночка собирался отправить его обратно.

Торопливо взбежав по ступеням, он вскарабкался на алтарь и яростно крутанул секиру. Отсюда как раз можно было дотянуться, чтобы врезать по статуе со всей дури. Губы истукана дрогнули, взгляд алых глаз сошелся на нем.

– Остановись, смертная козявка! Иначе я, темный властелин Марадор, превращу тебя в прах!

Грохочущий голос исполина заставил стены задрожать. На мгновение Одиночке стало не по себе.

– Не хрен так орать, не глухой! Можешь превратить – превращай. И вообще… хватит на меня пялиться!

Перехватив оружие, рукоятью он с силой ударил в правый глаз идола. Стальной набалдашник отскочил, но рубин зашатался. Каменный бог попытался что-то сказать, но Одиночка уже поддел камень лезвием и ловко поймал на лету.

– Сгодится. А то я как раз на мели!

– Остановись, ничтожество! Служи мне, и я осыплю тебя драгоценностями!

– Мне и глазьев твоих хватит! – Подпрыгнув, Одиночка выбил у идола второй глаз.

Уцелевшие крылатые бестии, все еще нападавшие на охотников, разом закричали. Движения их стали неуверенными. Ухмыльнувшись, Одиночка стал методично откалывать от идола кусок за куском. Лишенный возможности видеть врага, темный бог завыл. По залу прокатывались ледяные вихри, мелькали тени призрачных чудовищ, прямо из плит пола вырастали и тут же увядали ядовитые плющи, но ничто уже не могло остановить гибель темного бога. Покончив с тварями, охотники с азартом принялись разрушать жертвенник и основание алтаря. Вскоре все было кончено. Нереальное существо, жившее в каменном истукане и черпавшее жизненные силы из крови и страданий, с последним криком бессильного проклятия покинуло человеческий мир. Наступила глубокая тишина, оглушающая после рева монстров и шума схватки. Только промозглый ветер свистел в открытом люке купола, выводя заунывную сырую песню.

Тяжело дыша, Виора Вирс посмотрела на магиера, устало прислонившегося к остаткам алтаря.

– Кажется, одним проклятым местом в Ванапаре меньше, магиер.

Корон пожал плечами.

– Вряд ли. Если культ был настолько жестоким, здесь еще полным-полно черной энергии. К тому же где-то поблизости наверняка сохранились и ритуальные захоронения и храмы поменьше.

– Я туда не пойду, – заявил Одиночка. – У меня твердый принцип: не крушить больше одного идола в день. Ну, на крайний случай еще пяток демонов могу добавить. А сегодня я уже перестарался.

– Придется все-таки поискать еще одного. – Корон усмехнулся. – Мы же не с духами пришли сражаться.

Виора Вирс ошеломленно посмотрела на обоих.

– Но, милорды, твари здесь больше нет! Я не чувствую ее!

– Зато можешь на нее взглянуть, – раздалось от входа, где в проеме появился ре Веждал. В одной руке офицер держал окровавленный меч, в другой нечто бесформенное. – Милорды, охота закончена.

Остановившись, ре Веждал бросил свою ношу на пол и пинком подтолкнул к Корону. Уродливая голова, раскинув грязные космы волос, с глухим стуком покатилась по плитам.

– Эта?

– Она, милая. Вот и дождалась. – Наклонившись, Одиночка с удовлетворением заглянул в оскаленную пасть. – Слышь, Корон, зверюга, кажись, еще и ядовитая была. Уж больно клыки подозрительные.

– Да теперь хоть огнедышащая, – флегматично пробормотал магиер. – Все равно дохлая. Где вы ее нашли?

– На чердаке, среди хлама пряталась. – Ре Веждал поморщился. – Мы ее сразу не заметили, так она Солгу в спину вцепилась. Сзади напала.

– Хорошо, не спереди. Могла и оторвать что-нибудь, – хихикнула Виора. Охотница уже пришла в себя и теперь меньше всего походила на провидицу.

– Ну и харя, – заметил Гортор, потыкав отрубленную голову кончиком клинка. – Во сне привидится – и вовсе не проснешься!

– Проснешься. – Одиночка вздохнул. – Я проверял. Мне вот после возни с метаморфером вторую ночь только такие и снятся. И Корону тоже. Между прочим, когда эта зверюга удирала, там еще и магистр ваш был. Сдается мне, и ему не цветочки снятся…

Он еще продолжал говорить, когда Корон вздрогнул и резко выпрямился. Мысль была просто чудовищной, не укладывающейся в сознании, но именно ее он безуспешно пытался ухватить последнее время. Простое и логичное объяснение тому, что творилось в городе последние двое суток. Простое… и кошмарное по своей сути! Магиер медленно повернулся к ре Веждалу.

– Мастер Гервуд… когда ты встречался с магистром Скарашем последний раз?

Офицер удивленно поднял глаза.

– Вчера утром… вместе с вами, у наместника.

– Ты знаешь магистра лучше нас. Скажи, не показался ли он тебе странным? То есть… он был такой же, как обычно?

– Ну… – Ре Веждал на мгновение задумался. – Может быть, выглядел мрачновато, но и только. К чему эти вопросы?

Корон почувствовал, как сердце сжимает холод запоздалого понимания.

– Об этом потом. О боги, только бы я ошибся!

Волнение, прозвучавшее в его голосе, передалось и ре Веждалу.