Багорт. Том 1 - Анастасия Суворова

Дея слезла с лошади и подошла прямо к воде. Русалки тут же обступили ее и принялись гладить волосы, плечи, руки.

— Не печалься, Госпожа, — проговорила одна из них, — он снова позовет тебя.

— Кто? — удивилась Дея

— Влад, кто ж еще, — ответила другая.

Дея озадаченно обвела всех Озерных дев взглядом.

— О, Госпожа, каждая былинка в твоем лесу знает, что он похитил у нас твое сердце. Но ты не тревожься, он вернется к тебе.

— Да, да вернется, — подхватили остальные.

— Откуда вы можете знать это? — спросила Дея.

— Ну как же? — удивлялись они, — лес видел вас. Говорят, он смотрел на тебя как на солнце — боясь ослепнуть.

— Точно так, — подтвердили все хором.

Дею тронуло такое участие, и она неожиданно поняла, что находиться у себя дома, среди своей семьи. Странное чувство когда ты привык, что именно этого у тебя нет.

— Он не пришел, — разоткровенничалась она, опускаясь на пологий берег, — назначил мне встречу и не пришел. И дома его не оказалось.

— Негодяй! — возмутились сразу несколько русалок.

— Странно, его видели сегодня в нашем лесу, — сказала одна, — он собирал травы.

— Сегодня? — обрадовалась Дея, — Когда это было?

— Еще до полудня.

— А потом? — спросила она.

— Мы не знаем, что он делал, когда покинул лес.

— А если с ним, что-то случилось? — проговорила Дея с надрывом.

— Не переживай, Госпожа, Влад Карий — крепкий орешек и вряд ли кто-то может причинить ему больший вред, чем он сам.

— Да, да Божена верно говоришь, — подхватили остальные, — наверняка опять впал в меланхолию и ушел в себя на пару недель.

— Давай, Госпожа, мы тебе еще песен споем, — предложили девы. — Посидим, погрустим.

— Д-а-а-а-а, — протянули все хором, — нам тоже есть о чем грустить.

— О чем грустите вы? — спросила Дея. — Поделитесь, может я смогу, что-то сделать.

— Сможешь, Госпожа, — отозвалась Божена. Она видимо была старшей у русалок, так как говорила чаще остальных. — Вот уже семнадцать лет к нам бояться приходить на ежегодный праздник Последней луны.

— Я выросла в дали от Багорта и почти ничего не знаю о ваших обычаях, — стыдливо призналась Дея.

— Мы знаем, — успокоили ее девы, — теперь ты дома и у тебя столько времени, сколько потребуется, чтобы привыкнуть ко всему. Ежегодный праздник Последней луны — это почти единственное время в году, когда мы можем найти себе женихов. Но когда мы осиротели, парни стали бояться приходить к нам. Не сразу конечно, поначалу еще захаживали, но лес дичал и мы вместе с ним. Спустя три года после того как мы остались без Хранителя, одна из дев обезумела и утащила парня на дно озера без его согласия.

— А, что находятся смельчаки, которые соглашаются на это добровольно?

Русалки кокетливо захихикали.

— Не просто соглашаются, а умоляют. Наша любовь особенная, многие хотят узнать, что значит быть избранником Озерной девой. Но на то чтобы завлечь суженного, у нас всего одна неделя в году. В последнюю летнюю луну нам даруется пара ножек, и после полуночи мы можем выходить на сушу. Целую неделю мы жжем костры у берега нашего озера, танцуем, поем, играем на арфах и ждем смелых молодцев, что хотят попытать счастье. Раньше было много парней охочих до наших ночных гуляний, а сейчас их почти нет, и мы вымираем, — печально довершила Божена.

Собственные стенания и жалость к себе, внезапно показались Деи ужасно нелепыми. Эти девушки увядают, так и не познав любви, потому что какой-то подлец похитил ее, лишив их защиты и возможности жить той жизнью, для которой они были рождены. Она ощутила такой прилив злости, и желания во что бы то ни стало вернуть этим отзывчивым и прекрасным созданиям их прежнюю жизнь.

— Я обещаю вам, что в этом году в нашем лесу будет невиданный праздник, — воодушевленно проговорила Дея. — Я заманю к нам самых лучших молодцев, и только попробуйте остаться без женихов, — добавила она, лукаво улыбаясь.

— Будь спокойна, Госпожа, — заверили ее оживившиеся девы, — каждая русалка с самого детства учиться искусству обольщения. Настоящей Озерной деве достаточно нескольких часов, чтобы покорить сердце парня. И тогда смельчак сам попросит, чтобы она показала ему дно нашего озера, где он сможет забрать жемчужину в знак любви. Если продержится под водой дольше десяти минут.

— Но как он сможет это сделать? — поразилась Дея.

— Будет целовать свою избранницу.

У Деи округлились глаза, а на лице отразилось недоверие.

— Не переживай, Госпожа. Еще ни одна дева не позволила своему жениху утонуть. И если в это лето к нам придут молодцы, то не только Омелла будет холить счастливая.

— Омелла, — проговорила Дея, — я помню это имя. Она участвовала в состязаниях.

— Да, и ей потребовалось совсем мало времени, чтобы очаровать Сеслава. Правда, их счастье омрачало отсутствие Хранительницы.

— Я что же могу влиять на чье-то счастье?

— Без твоего благословения Озерной деве не стать женщиной, — пояснила Божена, подталкивая прячущуюся в зарослях камыша русалку.

К Деи подплыла тонкая, хрупкая девушка с длинными белыми волосами и светло-голубыми глазами, чистая и светлая, только губы сияли рубином на нежном лице. Дея ее сразу узнал.

Дева почтительно склонилась перед ней и поцеловала руку.

— Позволь просить тебя, Госпожа, о благословении, — начала она робко, — чтобы я могла познать любовь моего избранника.

Все девы закивали, и Дея осознала, что обязанности Хранителя надвигаются на нее с неотвратимой силой, а она между тем не имеет о них ни малейшего представления. Вместо того чтобы убиваться по взбалмошному Веду, ей надлежало бы разузнать в чем суть Хранителя. Может тогда ей не пришлось бы краснеть от того, что она не знает, как именно должна благословить молодых.