Волчье логово - Дэвид Геммел

Первый ствол с грохотом ударился о стену. Надирский воин захлестнул его веревкой и стал тянуть.

— Подожди, пусть они на него влезут! — закричал Ангел.

О стену грохнули новые стволы. Зубцы в одном месте обвалились, и какой-то надир, крича, полетел во двор с сорокафутовой высоты. Упав, он попытался встать, но не смог из-за сломанной ноги. Несколько женщин подбежали к нему и унесли в замок.

Мириэль, наложив на лук стрелу, высунулась наружу. Тысячи солдат карабкались вверх по спиленным ветвям. Прицелившись, она выстрелила в висок готиру, который почти уже добрался до верха. Он повалился назад и увлек за собой следующего.

Ангел швырнул вниз камень — тот попал в поднятый щит готира и раздробил ему руку и плечо. Раненый чудом удержался на стволе, но камень ударил по шлему нижнего солдата и сбросил его вниз. Камни градом посыпались со стены, а враги все лезли, и десятка два уже взобрались на стену.

Сента, прыгнув вперед, ткнул мечом в горло первому из врагов. Мириэль бросила лук и ухватилась за веревку, накинутую на первый ствол.

— Помогите мне! — крикнула она, и трое ближних воинов бросились к ней. Вместе им удалось сдвинуть ствол с лезущими готирами на фут вправо. Бревно, потеряв равновесие, заскрипело и рухнуло. Один готир прыгнул все же на стену, но не удержался и с воплем свалился в долину. Падающее бревно врезалось в другой ствол и на миг остановилось, но тут же поехало вбок вместе с ним.

— Отпустите веревку! — крикнула Мириэль. Веревка, взвившись вверх, хлестнула по стене, точно кнут. Падающие лестницы увлекли за собой третью. Мириэль кинулась вдоль стены к Сенте. — Лестницы стоят почти вплотную, — сообщила она. — Если свалишь одну, упадут все три, а то и четыре.

Он взглянул в сторону, куда она указывала, и кивнул. Предоставив на время надирам отражать врага, он взял одну из приготовленных веревок, накинул на ствол и стал тянуть. Ствол не сдвинулся с места, Мириэль присоединилась к Сенте, но тоже без успеха. Ангел, видя это, послал к ним четырех человек.

Один из готиров, взобравшись наверх, бросился на Сенту. Тот заметил опасность слишком поздно, но успел бросить веревку и пнуть врага в колено. Готир упал, и Сента рубанул мечом ему по шлему.

Солдат попытался встать. Сента двинул его плечом и сбросил во двор.

Мириэль и остальные продолжали тянуть лестницу, но она застряла между двумя зубцами стены. Ангел подобрал чей-то топор, нырнул под веревку и нанес сокрушительный удар по искрошенному камню. После трех ударов гранитный зубец закачался. Ангел пнул его ногой, и камень рухнул вниз. Бревно, грохнувшись о соседний зубец, переломилось.

Всех тянувших веревку отбросило назад, Мириэль смело со стены. Видя, что она падает, Ангел ухватился за веревку. Она содрала ему кожу с пальцев, а падающая Мириэль подтащила его к самому краю. Но он все держал, не обращая внимания на боль и опасность падения. Его уже тянуло вниз, но надирский воин навалился на него, а подоспевший Сента ухватил его за ноги.

Мириэль болталась в пятнадцати футах от гребня стены. Когда веревка перестала скользить, она вскарабкалась вверх, перекинула ногу через парапет, и надир втянул ее на стену. Ангел поднялся на ноги. Ладони его были изодраны в кровь.

Сброшенная лестница повалила семь других, убив больше сотни солдат. Боясь, как бы их не постигла та же участь, оставшиеся готиры слезли вниз и отступили за пределы выстрела. Ликующие надиры сбросили наземь оставшиеся стволы. Субай, бросив свой резерв, взбежал на стену, повернулся к врагу спиной, спустил штаны и обнажил зад. Надиры взвыли от восторга.

Орса-хан, высокий полукровка, поднял меч над головой и стал выкрикивать какие-то слова. Защитники подхватили их, посылая свой громовой клич недоумевающим готирам.

— Что они кричат? — спросил Ангел.

— Это конец боевой песни Волков, — сказал Сента. — В стихах я перевести не сумею, но примерно это звучит так:

Мы надиры,

Вечно юные,

Сталью пытаны,

Победители.

— Никто их особо сталью не испытывал, — заметил Ангел.

— Поэт он и есть поэт, — засмеялся Сента. — Ступай перевяжи себе руки, ты все закапал кровью.