Видящий. Лестница в небо - Алексей Федорочев

— Если честно, этого я бы взял, — разворачивается ко мне Олег в новеньком кресле нашего нового офиса на Мойке, едва закрылась дверь за соискателем.

«Noblesse oblige», — как говорят французы; положение обязывает. Так что теперь в квартале, где традиционно кучковались наемничьи и охранные конторы, появилась и наша вывеска. Новые помещения мы обживали всего неделю, обожающий порядок Борис носился по кабинетам, руководя грузчиками и сборщиками мебели, а также любовно раскладывая заказанную канцелярщину по столам сотрудников, пока мы с Олегом опрашивали уже третьего за сегодня претендента.

— Однозначно — нет. Для кандидата с улицы у него слишком хороший послужной список. Одни рекомендации чего стоят! Я скорее желторотого новичка возьму, чем такого вот опытного. — С тяжелым вздохом пью остывший чай. Кофеварку привезут только завтра, нет даже завалящего лимона и сахара, приходится обходиться тем, что есть.

— И вообще с улицы на такую должность никого не возьму, мало ли чей это будет человек. Рядовым — пожалуйста, офицером — нет.

— И где брать тогда?

— Если повезет, то с парочкой скоро познакомлю. Сослуживцев ваших бывших можем взять, как Бока, но это тогда под вашу ответственность. А вот так, от фонаря… Забыл, как с Костиным хлебнули лиха?

— Такое забудешь, пожалуй… Ладно, понял. Что хоть за люди?

— Бывшие пилоты, большего пока не скажу, сам еще думаю.

— А чего так?

— Их четверо, все разные, а помочь могу только двоим, так что важно выбрать тех, кто нам больше подойдет.

Остатка необработанного алексиума, привезенного из Москвы, по грубым прикидкам могло хватить на троих, но у меня еще Григорий на очереди. Гришку, конечно, и на подмосковное озеро можно сгонять, а вот окрестности Петербурга такими полезными водоемами богаты не были, а если и были, то я пока до них не добрался. И вообще на многие вещи катастрофически не хватало времени, поэтому постоянно приходилось расставлять приоритеты. Сейчас в топе моего списка стояли новые офицеры, ими и занимался.

Гладко было на бумаге, да забыли про овраги — это как раз мой случай. Бывшие пилоты находились не в вакууме, у них были родственники, у одного даже вполне взрослые дети, которые (вот неожиданность-то!) вовсе не горели желанием, чтоб их сын-муж-отец, уже как-то устроившийся в жизни после несчастья, бросил все и стал офицером в какой-то «грязной и подозрительной наемничьей конторке» (это я сейчас цитирую спустившую на меня всех собак жену одного из кандидатов). Про возможность излечения я даже не успел заикнуться, что, наверное, и к лучшему, иначе приняли бы еще за шарлатана и мошенника.

Оставался вариант выдать первую порцию лечения бесплатно — так сказать, на правах рекламы, но и этот способ имел кучу минусов, так что по итогам долгих размышлений решил с ним не связываться.

Фиаско в таком, казалось бы, простом деле настолько меня обескуражило, что я еще целый следующий день ходил, так и эдак прикидывая возможности, почти пропустив долгожданное появление Мащки в гимназии.

— Привет, Маш, как ты? — Борис первым заметил девочку, вошедшую в кафе, и бросился навстречу.

— Привет, Боря, нормально. Спасибо, что беспокоишься.

— Как семья?

— Хорошо, все здоровы.

Люда, которую разрывали два противоположных желания: вернуть внимание отвлекшегося Бориса и узнать все сплетни из первых уст, промычала что-то невыразительное.

— Всем добрый день, — поприветствовала нас княжна, вплотную подойдя к нашему столику под ручку с девушкой, лицо которой я хорошо запомнил по нескольким добытым фотографиям. — Прошу познакомиться: Ангелина Потемкина, моя подруга.

Впору заподозрить Машу в заговоре против меня: едва мы с Гришкой договорились, что до конца зимы я сижу тише воды ниже травы и не лезу на глаза Потемкиным, как на тебе! И вроде бы все вполне естественно — став главной ветвью и отбросив фамилию-приставку «Ямины», знакомое мне семейство вышло на новый уровень, но как же несвоевременно для меня мелкую потянуло наводить мосты с равными по статусу!

Пока мы все по очереди представлялись, новая сотрапезница невежливо пялилась на меня. Началось! И хотя девчонка довольно быстро взяла себя в руки — все-таки муштра у клановых начинается с сопливого детства — весь обед я всем телом ощущал направленное на себя внимание сестры. К счастью, если я был почти точной копией отца, то Ангелина явно пошла в Елизавету Михайловну — сходство между нами в глаза не лезло. Правда, Черный, уже знавший о моем происхождении, некоторое время сравнивал нас, пытаясь отыскать общие черты, но надо отдать ему должное, делал это незаметно для остальных.

— Отец просил передать, чтобы вы ничего не планировали на четвертое ноября, — едва усевшись за стол, выдает нам княжна.

— С какой целью? — Что за дело через две недели собирается всучить нам князь?

— У нас будет большой прием, вы приглашены.

— По случаю годовщины освобождения Москвы от поляков? — решил блеснуть я эрудицией.

— Нет, по случаю назначения отца главой клана.

— Так это не слухи? — оживляется Люда. Интересно: значит, Черный так и не рассказал ей, почему мы отсутствовали в школе несколько дней. Уважаю!

— Не знаю, какие слухи ты имеешь в виду, но да: теперь мы — лидеры Задунайских.

— Поздравляю!

— Поздравляю!

Мы с Борькой вместо поздравлений выдаем всего лишь легкие наклоны головы, что полностью палит нас перед старостой. Ой-ой-ой! Кажется, кого-то ждет крутая головомойка, но есть надежда, что не меня. Зря!

— Вы все же были там?! — обвиняюще тыкает в нас пальцем Борькина зазноба, стоит нам расстаться с восьмиклассницами и отойти от кафе.

— Да, были.

Ой, дурра-а-ак!!! Боря! Ради бога, заткнись!

— Были! Знали! И мне ничего не сказали?!

— А зачем говорить?

Над ответом на такой простой вопрос Люда виснет. А я прямо чувствую, как сгущаются тучи над головой гасителя.

Боря! Ты был мне хорошим другом и товарищем! Обязуюсь похоронить тебя со всеми почестями и навещать твою могилку не реже раза в год!

— А по-твоему, это не важно?! Как?! Скажи, как? Как можно было утаивать от меня такое?! — находятся наконец слова у старосты, до этого только и способной беззвучно раскрывать и закрывать рот, подражая рыбам.

Прикидываю время до звонка и, оставив ссорящихся голубков, несусь в цветочный магазинчик, в котором благодаря Борису действительно стал постоянным клиентом.

— Опять? — с милой, но ехидной улыбкой спрашивает меня хозяйка.

— Ага!

— Свидание? Поссорились?

— Поссорились!

Очередной букет для девушки собран в рекордные сроки.

— С вас сорок рублей!