Время инверсий - Ольга Онойко

Зато, как и обещал, Олег перестал изображать из себя безучастного идиота, и если он произносил бессмысленный набор слов или отрешенно замолкал, Ирма точно знала, что в этот момент он действительно не может собрать воедино свое раздробленное сознание. Любой прямой вопрос разрывал в клочья ту призрачную сумеречную мозаику, из которой с некоторых пор состояла его личность.

Ирма подметила эту особенность и старалась не загонять парня в тупик, спрашивая в лоб: «А если ты не понимаешь время, почему ты правильно употребляешь его, когда мне отвечаешь?» Теперь она обращалась к Олегу очень осторожно, как будто старалась рассмотреть боковым зрением далекую мерцающую звездочку в ночном небе. Новый стиль общения состоял из обходных маневров, прозрачных намеков и неоконченных фраз и еще неизвестно, кому из них двоих давался сложнее.

Утром Ирма варила кофе. Она включила на кухне телевизор и, рассеянно слушая региональные новости, с тоской вспоминала пестроту дневных улиц, тревожные бессонные ночи и бешеный напор жарких схваток.

– Иди на звук, – мрачно посоветовала она Олегу, в нерешительности остановившемуся в прихожей, и добавила громкость.

– …«Солярис-Строймонтаж» обещает в кратчайшие сроки, – говорил с экрана представитель очередного застройщика, которому достался многострадальный Маяк. – Более того, в качестве компенсации люди получат не просто квартиры, а высокоэкологичное и технологичное жилье. Впервые в нашем регионе будет применена в жилищном строительстве уникальная технология, которая позволит использовать для энергообеспечения жилого комплекса такие альтернативные источники энергии, как сила ветра или перепад температур между наружной и внутренней поверхностями стен. Оснащение здания специальными датчиками позволит…

Олег зашел на кухню, Ирма выключила звук телевизора.

– Привет, нашелся? – сказала она.

– Да, – кивнул Олег, – зачем ты выключила?

– Да ну, ерунда какая-то. Опять этот несчастный долгострой мусолят – наверное, выборы скоро. Еще бы роботов в прислугу пообещали! Люди легковерны, а человеческая фантазия безгранична. Сто и один способ отъема денег у населения. В этот раз «Умный дом»! – фыркнула она, сняв с плиты турку, наполнившуюся пузырящейся коричневой пенкой.

– Системами «Умный дом» инсталляторы занимаются, – снисходительно возразил Олег, усевшись за стол. – Это совсем из другой оперы, Ирма.

– Какая разница?

– Большая. Если этот «Солярис» действительно освоил «Energy harvester» – это круто. Вот представь: еще на этапе строительства в каркас здания вносятся конструктивные элементы, которые способны превращать в энергию все: от перепада температур и колебания внешних стен под порывами ветра до сигналов мобильников и роутеров. Все здание становится, – Олег посмотрел на Ирму, – скажем, таким огромным генератором. Непонятно, да? У тебя в детстве был фонарик-«жучок»?

– А… Откуда ты… У подружки во дворе был.

– Значит, ты представляешь. Так вот фонарик – это упрощенная модель, но суть примерно та же. Приложила механическую энергию, сжала ручку, получила на выходе электричество – лампочка горит. И то же самое можно проделать с любыми другими видами энергии.

– Да ладно… – сказала совершенно обалдевшая Ирма и замерла, не сводя с Олега широко распахнутых глаз. – Генератор… Вот как.

– Да, но «Солярис» привирает. И сам проект дорогой, и охрана у такого домишки должна быть серьезной – дешево все равно не получится.

– Почему? – тупо спросила Ирма и брякнула турку обратно на электроплиту, плеснув свежесваренным кофе на стеклокерамику.

– Как бы тебе объяснить, – задумчиво сказал Олег, и Ирма открыла рот, как в первый день их знакомства.

– Давай как-нибудь объясни, – предложила она и затаила дыхание.

– Генератор – это, по сути, «обратимая машина». Когда он работает в штатном режиме, он преобразует приложенную к нему энергию в электричество. А если взять и подключить к тому же генератору какой-то посторонний источник питания, получится все наоборот: через те же элементы конструкции наружу полезет все, что угодно, вплоть до инфразвука и магии, если кто-то из Иных найдет способ закачать ее в человеческую игрушку.

И тут Ирма все испортила.

– Олег, ты технарь! – воскликнула она. – Тебя инициировали совсем недавно и почти сразу нейтрализовали! Кто ты такой?! Что ты сделал?!

Прошло минут сорок, прежде чем он удивленно уставился на притихшую девушку, сидящую напротив над пустой чашкой кофе.

– Почему ты так на меня смотришь? О чем мы говорили?

– Пойдем со мной в гостиную, Олег, – сказала Ирма. – Нет. Сначала позавтракай. Я налью тебе сладкий чай, выпей до дна, так надо.

Ирма увела его за собой в Сумрак. Дальше второго слоя у нее получалось только заглянуть, но идти глубоко и не потребовалось. Олег удивленно осмотрелся в зыбкой серости, медленно вдохнул тягучий прохладный воздух, его аура взорвалась багрово-зелеными сполохами, и перепугавшаяся Ирма выдернула его обратно в человеческий мир, прежде чем он схватился руками за голову и уселся на ковер посреди гостиной.

– Олег!

– Город мертвых, – бессвязно бормотал он. – Там целый город. Они все мертвы… все до единого… Это я? Ирма, я всех убил…

– Только не сходи с ума, – жестко сказала она, проклиная свою самонадеянность. – В Сумраке нет человеческих городов. Что бы ты ни видел – тебе показалось. Чтобы разрушить целый город, надо быть Темным магом вне категорий, тебе до него – как до Луны! Олег, посмотри на меня! Скорее всего ты попал под раздачу, под воздействие какого-то заклинания…

Парень посмотрел мимо нее диким взглядом.

– А-а… – Он рассмеялся. – Это наказание… В-водитель тоже мертвый… Их тысячи…

И как тогда в машине, он закрыл лицо руками.

Ирма беспомощно оглянулась, опустилась рядом с ним на колени и крепко обняла, прижавшись всем телом.

Сила выплеснулась в гостиную. Тьма окутала зеленые сполохи и бурые пятна смазанной ауры Олега, по Сумраку прошла судорожная волна, за стеной истошно заорал грудной ребенок, наверху заливисто залаяла собака, поперхнулась и дико завыла. В подъезде что-то гулко хлопнуло, раздался звон разбитого стекла.

– Знать ничего не хочу, – прошептал Олег дрожащими губами. – Хорошая попытка, Ирма. Она последняя. Ты сиделка, я дурак.

Он уронил руки на колени и уставился в стену.

– Ну уж нет, – сказала Ирма и перевела дух. – Теперь я не согласна! Я уже наигралась в психушку по самое не могу, а ты – и подавно.

Олег не ответил. Чем-чем, а искусством использовать свое состояние для того, чтобы выпасть из реальности, он за время прозябания в специализированном медицинском учреждении овладел в совершенстве.

– Ах, так?! Мы та-акие безвозвратные?

Стоя перед ним на коленях, Ирма распустила волосы и медленно стянула через голову короткое домашнее платьице, под которое никогда не надевала лифчик.