Кремль 2222. Транспортное кольцо - Владислав Выставной

Книжник не стал подыгрывать маркитанту. Он сразу перешел к сути:

– Вы знаете, что происходит сейчас на поверхности?

– Как обычно – хрень всякая. А здесь хорошо, верно? – маркитант указал за спину. – Жаль, что тебе долго не наслаждаться видами. Придется тебя грохнуть. Ничего личного – просто ты влез туда, куда не следовало. Слишком много знаешь, как говорится.

– Там, наверху, скопление био… – продолжал Книжник.

– Ну, есть такое дело, – пробасил другой маркитант, приземистый, с брюхом, выпирающим из-под кожаной куртки. – Ты пришел сообщить об этом? Спасибо, конечно, но на кой черт нам об этом париться? Био ни перед кем не отчитываются, где и кв аких количествах им кучковаться.

– Они не просто кучкуются, – веско сказал Книжник. – Они готовят взрыв.

– Чего? – не переставая ухмыляться, произнес маркитант с ожогом. – Что за взрыв?

– Ядерный. Они хотят уничтожить транспортный узел. Все это уничтожить, – семинарист жестом обвел пространство вокруг себя.

Маркитанты переглянулись без особых эмоций.

– Что за ерунда? – проговорил пузатый.

– А тебе-то какое дело? – прищурился торговец с ожогом. – Предупредить нас пришел, что ли? Может, награду хочешь?

Маркитанты дружно рассмеялись. Книжник не понял юмора. Просто сказал:

– Вы не понимаете? Это термоядерный взрыв. Он не только вас уничтожит. Он всю Москву сметет!

– И что ты предлагаешь?

– А хотя бы… – Книжник постучал ногой по крыше контейнера. – Хотя бы использовать эти ракеты. Уничтожить био, пока они не уничтожили нас.

Маркитанты молча разглядывали его. Словно пытались понять – сумасшедший перед ними или ловко врущий вражеский лазутчик. Торговец со шрамом с пониманием кивнул:

– Допустим, я тебе верю, и скоро у нас над головой шарахнет…

– Так и будет.

– Но как ты нашел это место? Кто указал тебе путь?

– Никто. Мы случайно сюда вышли.

– И случайно нашли транспортного робота, на котором прикатили? – торговец с пониманием кивнул. – Конечно, такое бывает. Случайно, ага. Сплошь и рядом случается.

– Вы мне не верите?

– Да нет, почему же, – оскалился маркитант. – Только ракеты тебе не помогут. Им двести лет, протухли давно.

– Но их же можно восстановить – как оружие или консервы.

– Это да, – маркитант зевнул. – Только уже не успеть. Сколько там до взрыва осталось?

– Часов двадцать уже… – растерянно сказал Книжник.

– Вот видишь, – торговец развел руками. – Ладно, пойдем, обсудим варианты.

Они спустились с контейнеров, и семинариста повели куда-то в глубь этой громадной «пещеры». Теперь становилось ясно, почему это место называлось транспортным узлом: отсюда уходило бесчисленное количество тоннелей с целой паутиной железнодорожных путей. Вагоны, вагонетки, платформы и компактные локомотивы были здесь всюду.

Но Книжник думал о другом. Слишком уж легко маркитанты приняли его сторону. Даже допрашивать всерьез не стали. Это было как-то подозрительно. Но куда больше волновала судьба друзей, оставшихся в контейнерном лабиринте…

– Вот и пришли, – сказал маркитант.

Перед ними была обширная армейская палатка, раскинувшаяся между рядами угрюмых армейских грузовиков и плотно стоящих боевых машин пехоты.

Торговец отогнул полог палатки, жестом предложил войти. Книжник с сомнением шагнул внутрь. Сразу же его ослепил яркий свет, в ноздри ударил острый запах медикаментов.

– Эй, Инквизитор, ты здесь? – позвал маркитант. – Я тебе клиента привел!

– Почему – Инквизитор? – тупо спросил Книжник.

И вдруг ощутил вязкую волну ужаса.

Никто не собирался с ним разговаривать. По крайней мере, на равных. И то, что они оказались в этом месте, не сулило ничего хорошего. Руки и ноги сделались вдруг непослушными, и тело само опустилось в низкое, неудобное кресло.

– Почему Инквизитор? – произнес за спиной вкрадчивый голос. – Думаю, сейчас ты поймешь.

Кресло зажужжало электроприводом, запрокидываясь назад. Из потока яркого света, стекавшего сверху, выплыло кошмарное лицо. Не лицо даже – морда со связкой пульсирующих щупальцев.

«Шам! – мелькнуло в голове. – Но что он здесь делает?»

– Я здесь работаю, – пояснил Инквизитор. – Сотрудничаю с гостеприимными хозяевами. Я даю им то, чего они хотят, и беру то, что нужно мне. Идеальное сотрудничество. Я бы даже сказал – симбиоз.

«Он читает мысли!»

– Конечно, я могу проникать в твой мозг, – сказал Инквизитор, натягивая эластичные перчатки. – Я ведь тот, кого вы называете шамами. Но проникнуть в мозг можно не только ментальным способом. Иногда гораздо эффективнее просто вскрыть черепную коробку.

– Хватит разговоров, – брезгливо бросил маркитант. – Мне нужен четкий ответ: как этот сопляк узнал, где находится наша база. Кто слил ему информацию? Все подробности! Надо зачищать концы, пока не поздно.

– Не волнуйся, Крекер, сейчас я все из него вытяну.

В руках Инквизитора взвыла компактная циркулярная пила, шам склонился над пленником, шевеля щупальцами на лице.

Книжник дернулся, пытаясь вырваться. И обнаружил, что привязан к креслу тонкими ремешками. Он даже не смог понять – когда это они успели?

– Зачем вы… – выдавил парень. – Что вы хотите со мной сделать?

– Ладно, я пойду пока покурю, – скривился маркитант. – А то крови не люблю.

Книжник ощутил, как волосы на голове встали дыбом. Крови он, гад, не боится – не любит!

– Послушайте, – залепетал он. – Неужели вы не понимаете, что погибнете?! Что сдохнете здесь все до единого!

– Чего я только не слышал от тех, кто садился в это кресло, – сообщил Инквизитор, примериваясь пилой. – И все заканчивали свои удивительные истории одним и тем же – мозгами вон в том тазике…

Пленник непроизвольно покосился в сторону и действительно увидел сверкающую хромом емкость на металлическом столике.

– Но резать зачем?! – заорал Книжник. – Вы же шам! Вы же можете читать мысли!

– На это можно поставить блок. Можно обмануть психику, обмануть меня и даже самого себя. Но обнаженному мозгу нечего скрывать – я сниму данные непосредственно с «серого вещества»…

В отчаянии семинарист решил сделать ставку хоть на что-то человеческое, что могло оставаться у этого живодера. Он крикнул:

– У меня есть друг – он тоже шам!

– У шамов нет друзей среди хомо, – холодно возразил Инквизитор, осматривая череп пленника.

– Я спас ему жизнь!

– Мы легко подавляем чувства, особенно такое бесполезное, как чувство благодарности. Он просто использовал тебя.