Вторжение - Михаил Ахманов

Адмирал Хейли: Мы так и сделаем. Теперь расскажите, что произошло после вашего… гм… изъятия с Корабля.

Л-ком. Литвин: Я очутился в жилом помещении. Теперь я знаю, что это здание на окраине Брюсселя… Полагаю, его уже обследовали?

Адмирал Чавес: Да. Это дом Гюнтера Фосса, репортёра журнала «КосмоШпигель». Продолжайте, лейтенант-коммандер.

Л-ком. Литвин: В комнате были только Йо и лейтенант Макнил. Я убедился, что обе в добром здравии, и подошёл к окну. Стёкла, выбитые ударной волной, засыпали пол и подоконник, а над центром города расплывалось дымное облако. Последствие мощного взрыва, но отчего? Я терялся в догадках. Тогда я не знал, что боевые модули фаата упали на несколько городов и вызвали гибель людей и разрушения. Я подумал, что это диверсионный акт какой-то террористической организации — скажем, Ассасинов. Воспользовавшись хаосом и суматохой, они могли взорвать компактный ядерный заряд… Т-16 или что-то в этом роде…

Адмирал Хейли: Дальше.

Л-ком. Литвин: Я решил, что до центра города не меньше пятнадцати-двадцати километров и что мы, очевидно, находимся в безопасности. Макнил уже включила компьютер… Там был компьютер, сэр, и другие устройства, которыми пользуются репортёры… Связь через спутник работала, и я велел Макнил вызвать любую базу ОКС, до которой удастся достучаться. Тем временем мы с Йо обошли коттедж, спустились в подвал… Я искал Фосса, но его не было. Никого не было, кроме нас троих. Макнил связалась с Европейской базой, и за нами прилетели. Через пять часов мы очутились на Луне, в госпитале. Это всё.

Адмирал Чавес: Всё, к сожалению. Гюнтер Фосс исчез, другие упомянутые вами лица тоже пропали — астроном-китаец Лю Чен, дипломат Умконто Тлуме и лейтенант Рой Банч. Хотя многие были знакомы с ними, так что это не мифические личности. Возможно, как вы утверждаете, один человек или существо неземной природы… Но вступать в контакт он не желает.

Л-ком. Литвин: Ничего не могу сообщить по этому поводу, сэр.

Адмирал Хейли: Пожалуй, на сегодня достаточно. У вас есть какие-либо просьбы, лейтенант-коммандер? Возможно, у женщин? У Йо, у лейтенанта Макнил? В госпитале к ней внимательны?

Л-ком. Литвин: Да, сэр. Прилетели её родители и мать покойного лейтенанта Коркорана. Всё нормально, сэр, и с ней, и с ребёнком, которого она ждёт. Однако лейтенант Макнил просила передать адмиралу Чавесу прошение об отставке. По личным обстоятельствам… Вот этот документ.

(Передаёт прошение адмиралу Чавесу. Адмирал подписывает его.)

Контр-адмирал Потёмкин: Ваши личные обстоятельства тоже изменились. Эта Йо очень привлекательная женщина и огромная ценность… Единственный человек расы фаата, оставшийся в живых… Что вы намерены делать, лейтенант-коммандер?

Л-ком. Литвин: Испросить отпуск, сэр, и отправиться с ней на родину, в Смоленск. Надеюсь, ей там понравится.

Адмирал Чавес: Что потом? Вы тоже хотите выйти в отставку?

Л-ком. Литвин: Нет. Я буду служить, сэр. То, что случилось, изменит мир, изменит нашу жизнь — может, к хорошему, может, к плохому. Ведь никому не известно, кто явится к нам из темноты… В такое время нельзя оставить службу. Надо служить.