Что скрывает Эдем - Анастасия Княжева

Быстро распахнула глаза и обернулась.

– Госпожа Мартинез… Не ожидала. – Она стояла с бокалом шампанского, утопая в дорогой ее сердцу тени. – Но вы правы, жаловаться мне не на что. Господин Штольцберг радушный хозяин.

Лана выступила из полумрака, алые губы скривились в сардонической усмешке.

– Да. А его особняк может обеспечить столько скрытых удовольствий… – с многозначительной интонацией протянула она, и мне это не понравилось. – Особенно сад. Понравились арбоперсики?

Цвет ее глаз изменился. Голубая радужка заполнилась чернотой, зрачок засиял неоновой белизной, и мое сердце пропустило удар.

Она все знает! Но как?

– Вы, кажется, побледнели, Кара, – продолжала наступать госпожа Мартинез. – Впрочем, вы сегодня и так бледны.

Страх уступил место презрению. Лана была в курсе того, что мы с Элли попали в беду, но ничего не сделала, чтобы нам помочь. Не захотела или не смогла? Не важно, раз уж она опустилась до шантажа.

– Чего вы хотите, Лана? – не стала я притворяться, будто не понимаю, к чему она клонит.

– Всего лишь поболтать немного с коллегой. У нас должно быть много общих точек соприкосновения. Сугубо профессиональных, разумеется. О, не делайте такое лицо, Кара. Уверена, мы поладим. – Ее улыбка стала по-настоящему зловещей.

Я не имела ни малейшего понятия, что ей от меня нужно. А может, не от меня, а от Шона? От этого предположения стало дурно. Внезапно мой взгляд упал на металлический отблеск у нее на шее. В голове зародилась одна шальная, почти невероятная догадка, и я, расправив плечи и подняв подбородок повыше, решила пойти ва-банк.

– Вы правы, Лана. Может, тогда поговорим о материализованных фантазиях, – твердо сказала я и, сделав шаг ей навстречу, коснулась пальцем ошейника. – Дивное украшение, кстати. А какой функционал! Интересно, оно когда-нибудь дает сбой?

В неоновых глазах мелькнуло изумление (видимо, госпожа Мартинез считала меня легкой добычей), а вслед и растерянность, но Лана мгновенно собралась.

– Как я уже говорила, Кара, ошейники, поводки – это по моей части, – с усмешкой парировала она и заправила мне за ухо выбившуюся прядь.

С удивлением отметила, что блеск ее глаз, который я принимала прежде за безумный, таковым вовсе не являлся. Скорее азартным, рискованным, но не более.

– Думаю, мы поладим, – неискренне улыбнулась я.

Она понимающе кивнула.

– Придется.

Внезапно нашему уединению помешали.

– Дамы, какой неожиданный союз! – произнес господин Шульте, приближаясь к нам с двумя бокалами шампанского.

Я вздрогнула от неожиданности. Как много он успел услышать?

– Ничего удивительного, Йен. Мы же коллеги, – лениво ответила госпожа Мартинез, повернувшись к нему. Ее радужка снова стала голубой, а зрачок черным.

– А коллеги должны держаться вместе, – поддакнула я и склонила голову к Лане.

Господин Шульте недоверчиво поморгал. Видимо, не ожидал, что мы настолько спелись. А потом усмехнулся и протянул нам бокалы.

– Шампанского?

Лана перевела азартный взгляд со своего старого знакомого на меня, и ее губы расплылись в поистине дьявольской улыбке.

– Спасибо, Йен, но не стоит. Я хочу поиграть в покер, – протянула она, наслаждаясь моментом, а затем, постучав указательным пальцем по своему виску, добавила: – Трезвая голова в таком деле не помешает. Так что оставляю Кару в ваших надежных и сильных руках, Йен, – и удалилась, посмеиваясь, прежде чем я успела придумать предлог, чтобы улизнуть вместе с ней.

Мы с господином Шульте остались наедине.

Я мысленно заскулила. Ну что за особняк?

Такое ощущение, что все здесь пытаются либо перемыть друг другу косточки, либо тайком выведать чужие секреты, а потом пошантажировать (чего добру пропадать?), либо подставить ближнего. Это как минимум. А как максимум прибить. Теперь и у меня башенки в виде буквы «Ш» начали ассоциироваться с чем-то зловещим.

– Слышал, вы согласились на предложение Фредерика, Кара? – первым заговорил Йен, протянув мне бокал.

– Спасибо, – приняла его из чистой вежливости. – А по поводу шлема вы правы. Я с первого дня в Эдеме мечтала о создании чего-то действительно важного – пробормотала, пряча глаза. – Извините, господин Шульте…

– Йен.

– Что?

– Раньше вы меня называли по имени.

Я покраснела. Ужасно неловкая ситуация.

– Йен, вы не проводите меня к Элизе? Мы с ней планировали сходить искупаться…

Но вместо того чтобы выполнить мою просьбу, господин Шульте расхохотался.

– Кто-то пустил слух, что я пытаюсь отбить вас у Шона. Вижу, он дошел и до вас, – отсмеявшись, объяснил собеседник. Мои щеки вспыхнули ярче, и я сделала медленный глоток. – Не смущайтесь, Кара, я не перехожу дорогу друзьям. – И только стоило мне расслабленно выдохнуть, как он невинно добавил: – Хотя кое в чем люди правы. Я здесь действительно из-за вас.

Я ошарашенно уставилась на собеседника, а он, усмехнувшись, невозмутимо добавил:

– Господин Штольцберг рассказал вам о пилюлях забвения?

– О чем? – растерялась я.

– Значит, нет… – Меж его бровей пролегла тень. – Дело в том, Кара, что в Эдеме уже около года на черном рынке гуляют таблетки, которые вызывают избирательную амнезию. Поначалу их глотали только отъявленные рецидивисты в момент задержания, чтобы стражи не смогли добиться от них правды, но в последнее время они перекочевали в массы. Уровень преступности резко возрос, – неодобрительно поджал губы Йен.

Я насторожилась. Зачем он завел этот разговор, если мы все уже обсудили с господином Штольцбергом?

– Убийцы забывают о совершенных преступлениях, – между тем продолжал господин Шульте, – насильники перестают узнавать своих жертв, воры с пеной у рта доказывают, что украденное им подбросили, а свидетели начинают жаловаться на провалы в памяти – такой психодел творится! У стражей есть детектор лжи, но сами понимаете, перед пилюлями он бессилен. Поэтому когда я увидел ваш шатер, то сразу подумал, вдруг вам удастся с этим справиться.

– Сделаю, что смогу, Йен, – сухо ответила я.

Он широко улыбнулся, и морщинка на его переносице разгладилась.

– Очень на это рассчитываю. «Либрум Индастрис» и «Пантеон» заключили крупный контракт. В случае успеха, Кара, вы не только получите солидное вознаграждение, но и будете регулярно создавать по-настоящему важные устройства.

Что ж, видимо, господин Шульте захотел убедиться в надежности инвестиций. Но раз уж обстоятельства сложились таким образом, что мы с ним остались наедине, а он держался непринужденно и, кажется, был не прочь поболтать, я подумала, почему бы не попытаться разузнать, что демонстрируют топы за закрытыми дверьми. Потому что мысль, что мужчина, которого я люблю, придумывает страшные, злые вещи, была мне невыносима.