Вечный ястреб - Дэвид Геммел

Талиесен вылез из кустов, где он прятался, и побежал к девочке. Зрение Касваллона утратило волшебные свойства, и все вокруг приняло свой обычный вид. Девочка, не мигая, смотрела прямо перед собой.

— Что с ней? — спросил призрачный король.

— Она ранена — только раны у нее не телесные, а душевные.

Касваллон со стоном поднялся на ноги. Из плеча хлестала кровь.

— Как она будет жить дальше?

— Сюда идет человек, который о ней позаботится. Это Гвалч, ясновидец, — сказал Талиесен.

— Надеюсь, демоны теперь перестанут ее преследовать.

— Не перестанут, но в следующий раз она сразится с ними одна.

— Зачем же одна, — возразил король. — Я тоже там буду.

Шел третий день путешествия. Время было дорого, и Гаэлен вел свой отряд по неприступным кручам. В долине под ними двигалось аэнирское войско.

Эта несметная орда, заполонившая всю долину, наводила оторопь на молодых воинов. Кавалерии у врага было немного — основную силу составляла пехота. Аэниры шли с круглыми щитами, расписанными красным и черным, с длинными мечами или зловещими двуострыми топорами.

Гаэлен был уверен, что за ним и его людьми кто-то тайно следит. Агвейн разделял его мнение, но Лейн и Гвалчмай, обшарив накануне весь близлежащий лес, нашли только следы животных. Онику и Ридану не терпелось добраться до цели, и они корили Гаэлена за чрезмерную осторожность.

В этот вечер они не разжигали огня. Луна скрылась за тучами, и ночь окутывала путников черным туманом. Гаэлена этот непроницаемый мрак только радовал. Оник предложил идти прямо на Кардуйл, зубчатый восточный хребет, и командир согласился. Поначалу они держали на юг, стараясь не выходить из леса, и лишь постепенно отклонялись к востоку, но завтра их ждал самый опасный участок пути — широкие, почти не дающие укрытия долины. Первую стражу нес Гаэлен.

— Что, не спится? — спросил он Лейна, который пришел посидеть с ним.

— Не спится. Жаль, что ты не взял с собой Рендера. Мне как-то не по себе.

— Он умный пес, но очень уж любит охотиться. Аэниры могли заметить его.

— Меня тревожат не аэниры.

— Не можешь забыть про тех самых волков?

— Да. И зверя, убившего королеву, я тоже помню.

Луна, выглянув из-за туч, посеребрила волосы Лейна.

— Думаешь, они демоны, эти звери? — поежился Гаэлен.

— Надеюсь, что нет. Но вдруг это правда? Вдруг они не перестали преследовать девочку? Мне страшно за Леннокса.

— Если кому-то под силу одолеть подобных тварей, так это ему. — Гаэлен обнял друга за плечи. — Я вот нисколько за него не боюсь.

— Да, силой он не обижен, — улыбнулся Лейн. — Скажи… ты просил Диву выйти за тебя замуж?

— Да. И получил отказ.

— Я тоже. Вбила себе в голову, что ей суждено родить королей. Ну ничего, с годами она поумнеет. Ты и дальше будешь за ней ухаживать?

— Нет.

— А я да. Вот побьем аэниров, и никуда она от меня не денется. — Широкая ухмылка снова сделала Лейна мальчишкой.

— Удачи тебе, дружище.

— Спасибо. Пойду прилягу.

— Лейн! — шепотом позвал Гаэлен, когда он собрался уйти.

— Что?

— Я так и не поблагодарил тебя толком за ту нашу первую встречу, когда Агвейн вытащил нож. Ты принял меня как своего, и я этого не забуду. Можешь всегда и во всем на меня рассчитывать.

Лейн молча улыбнулся в ответ и пошел к своему одеялу. Гаэлен, покараулив еще два часа, разбудил Ридана.

— Такой сон не дал досмотреть, — заворчал тот.

Гаэлен заснул сразу, но скоро проснулся. Ему померещилось что-то — какой-то шорох. Кому понадобилось бродить ночью по лагерю? Он медленно вдохнул, выдохнул, вслушался.

Тишина.

Ага! Вот оно. Тот же шорох справа.

Зверь? Птица?

Он осторожно взялся за рукоять лежащего рядом меча, вынул его из ножен. Некстати вспомнилась та первая ночевка в горах с Касваллоном, когда его напугала лиса.

Громкий хруст, сопровождаемый бульканьем, заставил его вскочить на ноги. Проглянувшая в этот миг луна осветила жуткую сцену. Ридан лежал мертвый, с разорванным горлом, и пятеро чудовищ волокли прочь еще чье-то тело.

Один зверь, посверкивая красными глазами, на двух ногах побежал к Гаэлену. Оник, услышав крик командира, мгновенно метнул свой нож и попал врагу в спину. Тот взвыл, а Гаэлен рубанул его мечом по груди, ловко увернувшись от длинных когтей. Гвалчмай тоже кинул нож и поразил зверя в горло.

Тучи сомкнулись, и все опять окуталось тьмой.

Гаэлен схватился за свой мешок, ощупью вынул огниво. Высек крошечный огонек, поднял его над собой. Агвейн, Оник и Гвалчмай стояли вместе с мечами в руках. Рядом валялся безобразный труп зверя, прочая стая скрылась.

Все принялись собирать хворост и развели костер, и думать забыв об аэнирах. Агвейн с горящей веткой пошел туда, где спал Лейн. Земля промокла от крови. Мертвый Лейн лежал чуть поодаль, тело Ридана исчезло.

Гаэлен дрожащими руками перевернул Лейна на спину. Ему тоже перегрызли горло, но лицо осталось нетронутым, и серые глаза смотрели куда-то вдаль.

— Боги мои, — шептал Гвалчмай, гладя лоб убитого друга, а Гаэлен думал: «Он говорил со мной всего пару часов назад. Высокий, красивый, влюбленный».

— Я сказал, что ты можешь рассчитывать на меня, и не сдержал слова. Прости меня, Лейн.

— Надо похоронить его. Выроем яму поглубже, — сказал Агвейн.

— Нельзя, — возразил Гаэлен. — Огонь привлечет сюда аэниров, да и звери того и гляди вернутся. Пора уходить.

— Я не оставлю его на съедение этим тварям! — вспылил Агвейн.

— По-твоему, я поступаю так с легким сердцем? — со слезами вскричал Гаэлен. — Но Лейна больше нет. Его дух отлетел, оставив мертвое тело, которое все равно сожрут черви. Мы жертвуем мертвым горцем ради живого клана.

— Мы ведь не знаем, где прячется это зверье, — возразил Гвалчмай. — Можем наткнуться прямо на них.

— Если замешкаемся, к утру из нас сделают кровавых орлов, — отрезал Гаэлен.

— Гаэлен прав, пора уходить, — признал Агвейн. — Гасим костер.

Они пошли на восток, где чернели на фоне неба зубцы Кардуйла. Мечи держали наготове, разговаривали мало. Тучи пронеслись, на юге разразилась гроза, и луна засияла вновь.

— О боги! Глядите! — воскликнул Гвалчмай.

По обеим сторонам тропы перебегали от куста к кусту темные тени.

— Сколько их? — спросил шепотом Агвейн.

— Четверо, — ответил Оник.