Алмазная академия - Катерина Полянская

Ненавижу чувствовать себя беспомощной!

Жизнь только-только налаживаться стала. Я не могу его потерять!

А… что, если попробовать что-то поправить? Ну хоть немножко. Помнится, с защитой когда-то получилось. Возможности проверить ее в деле пока не было, но Ран через пару дней признался. Даже похвалил. Мол, неплохо для самоучки. Даже отлично. Последнее, правда, он добавил, когда после нескольких попыток не смог снять то, что я там наворотила. И близнецы не смогли.

Мне, между прочим, даже не предложили попробовать. Обидно!

Предвкушающе улыбнувшись в темноту, я прикрыла глаза и попыталась расслабиться. Так, хорошо. Этот маг мне дорог. Я не могу его потерять. И вообще не хочу, чтобы кто-то отдавал за мою жизнь свою! Во мне ведь много силы! Очень много. Так почему бы не поделиться?

Хотя бы настолько, чтобы его магические жилы восстановились.

Внутри резанула такая боль, что оборот увеселительной прогулкой показался. Пришлось сжать зубами угол подушки, чтобы не закричать. К счастью, все прошло так же быстро, как и началось.

И в тот же момент Ран сверху рявкнул:

– Соня, это глупо!

Драконица с ним полностью согласилась.

А я выскочила из-под одеяла и, не захватив даже халат, побежала наверх.

– Получилось? – спросила с надеждой, без стука заглядывая в комнату мага. И с паническими нотками в голосе уточнила: – Ну хоть что-нибудь?

Ран приподнялся на локте, обозрел растрепанное явление в ночной сорочке и удрученно покачал головой.

– Вряд ли.

– Совсем? – переспросила жалобно.

Помочь так хотелось…

Маг перекатился на живот, уложил голову на согнутые локти, тяжко вздохнул.

– Соня, это все равно что пытаться оживить привидение припарками. Прекрати маяться ерундой и иди спать.

Я хлюпнула носом и покорно побрела к себе.

Но через час снова вернулась.

Через два – тоже.

И потом еще…

Смешанная магия драконицы и адамасы исцелить разрушающиеся магические жилы не смогла, но она существенно замедлила процесс. И запах утром от Веорана ощущался не так сильно. Если не знать, вообще не почувствуешь.

Но основная проблема никуда не делась. Без всяких осмотров я в этом не сомневалась.

И пока вяло ковырялась в завтраке, подумывала вечером все повторить. Хуже не будет.

– Не вздумай сделать так еще раз. – Веоран словно мысли мои подсмотрел. – Если навредишь себе, я тебе самолично голову откручу.

– Почему? – практически взвыла я.

– Мне не поможешь, а себя можешь угробить, – пригвоздил к месту строгим взглядом жених. – Лучше, талантливая моя, позубри лето теорию, осенью со своими способностями сразу на третий курс пойдешь.

Ага! Только тебя там уже не будет…

Вдумавшись, я все же определила, что маг прав. Не в том, что сдался, конечно, а в том, что после его поступка я не имею права гробить себя.

Ладно, сама в его нити больше не полезу, тем более что я в них все равно ничего не понимаю.

Дяде все расскажу. Он не Бриллиант, против моего спасителя интриги крутить не станет.

Наверное.

– Вы чего не едите? – не выдержала Рита, которой наши перешептывания и переглядывания показались крайне подозрительными. – Невкусно?

Заверив служанку, давно ставшую подругой, в неизменном великолепии ее кулинарного таланта, мы спрятали виноватые носы в тарелки. Даже маг в себя через силу всю утреннюю овсянку с орехами и кусочками фруктов впихал.

Неделя прошла спокойно, если не считать, конечно, угрозы жизни Веорана, каменной плитой нависшей над нашими головами. Он вел себя как обычно: много работал, был строг со студентами, флиртовал со мной даже больше, чем всегда, успевал веселиться с близнецами, а как-то после занятий они втроем даже вытащили меня в город развеяться. Но неотвратимость беды от этого ощущалась только острее.

Рубин ничем не помог. По его мнению, даже то, что сотворила я, уже было больше, чем чудом. И единственное, что мог сюда добавить он, это держать язык за зубами.

Сая с матерью появлялись в начале недели и страшно переживали из-за всех моих злоключений.

Да даже студенты, кажется, сильно нас не доставали, и в положенный срок все получили свои допуски.

Ощущение было такое, будто вся академия затаилась и готовит новую пакость.

Совсем нервы расшатались с этими бесконечными покушениями!

Вечером перед выходными Ран задержался в замке, чтобы сдать ведомости с допусками и табели успеваемости, я же попросила Хию присмотреть за ним, а сама улучила момент и отправилась к дракону. И понимающий взгляд призрачной подруги, которая отчего-то решила, что я кручу любовь с двумя и боюсь, как бы они раньше времени не поубивали друг друга, смущения в кои-то веки не вызвал.

Шла я по делу, с которым только Ривер и мог сейчас помочь.

Надеюсь, он не откажет, потому что мы с ним все эти дни не сталкивались, и драконица была железно уверена, что он нас избегает.

Я бы его тоже с удовольствием поизбегала, если бы не крайняя нужда.

Взобравшись по лестнице, я отчетливо постучала. Ответа дожидаться не стала, сразу толкнула дверь, и та оказалась не заперта. Воров хозяин этих комнат, похоже, не боится. А вот незваных гостей не жалует, так что мне, можно сказать, невероятно повезло. Мог встретить засовом на двери и магическими щитами.

– Если вдруг объявился очередной желающий тебя убить особо жестоким образом, попроси, чтобы обождал пару дней. Я сейчас не в настроении.

Дракон был привычно угрюм и еще более несчастен, чем я привыкла его наблюдать. Он сидел за столом, где мы как-то завтракали, и тосковал над отчетами по пропажам адамасов. Некоторых из них так и не нашли. Это в академии наш убийца поразвлекался.

Глаза покраснели, одежда была измята, физиономия имела землисто-серый оттенок.

Моя собственная звериная суть всем своим существом потянулась к нему…

Но вольностей ей, естественно, никто не позволил.

– Твоя забота мне приятна, – едко улыбнулась я, – но так долго ждать не получится. Ты мне прямо сейчас нужен! По делу.

Ривер обреченно отодвинул от себя листы, но дружеским энтузиазмом воспылать и не подумал.

– Спасти твоего мага нельзя. Никак. Вообще. – В черных глазах мелькнуло что-то такое… будто мои мучения доставляли ему удовольствие. – Смирись.

Коготки болезненно кольнули ладошки. Пришлось еще и драконицу к порядку призывать.

– Речь о маме, – терпеливо пояснила я и сделала шаг в глубь помещения. – Кажется, я знаю, где может быть Милохор Гвун. Ну, и кулон.