Отпустить не смогу - Ирина Снегирева

Лилиана Дайсен

– Я так и думала, что раз Норфолка всё нет и нет, то ты решишь принести себя в жертву, – почти сразу раздался ехидный голосок Виктории.

Я раскрыла глаза и поняла, что снова стою посреди колоритной ведьминской избушки. Сама хозяйка этого жилища сидела за столом и уплетала жареную картошку с грибами. И от этого умопомрачительного запаха у меня заурчало в животе.

– Чего стоишь, присаживайся! В ногах правды нет, – предложила ведьма. – Но сначала возьми тарелку и наложи себе, чего захочешь. Каша в печи, картошка перед тобой. Чай, поди, после такого мужика силы надо восстановить, – она хохотнула, колко сверкнув глазами. – Не думала, что ты спутаешь мои карты…

И я села. А что мне оставалось делать? Стоять и мучиться от голода не видела смысла. Заодно за действиями удалось скрыть своё состояние. Виктория всё поняла, и смущаться, тем самым подбрасывая солому в костёр, не хотелось. И признаться, движения удавались легко. Наверное, мой лимит страха и невероятных переплетений судьбы за вечер и ночь был превышен. Отсюда и отсутствие нервного срыва. Его попросту не было. А я всё ещё мыслями была там, в спальне Рейна. Принимала и дарила ласки, слушала признания в любви и сгорала вместе с оборотнем от нахлынувших чувств.

– Не спи, замёрзнешь! – окрикнула Виктория. – А если прихлебнуть картошку желаешь, тогда можешь взять в печке отвар. Или молока принести? Хотя нет, это коту. А то он, сволочь хвостатая, отказывается мышей ловить.

– А просто воды можно? – Ведьминский отвар мне совершенно не внушал доверия. Мало ли каких трав туда напихала предприимчивая продавщица. – Кстати, я думала, что куклы вы сами делаете.

– Вода на лавке, нальёшь сама, – понимающе ухмыльнулась Виктория. – Куклы мои, но не все. Только те, что звери. А человечков мне умельцы делают. Я хорошо им плачу, а они мне поставляют качественный товар. У нас всё честно! А ты ешь, не стесняйся. Грибов хошь?

– Нет, я их не ем. – Ответила, и никак не отреагировав на ошарашенное лицо ведьмы, добавила, – на вкус грибы мне напоминают слизней. Видели такие чёрные, по капусте ползают?

– Ну вы аристократы зажрались! – фыркнула дамочка, глядя, как я наливаю воду в глиняную кружку.

Отвечать я не собиралась. Сделала глоток, затем второй…

Не знаю, всё ли доела сама хозяйка. А я так точно нет. Потому что стоило мне допить эту воду до дна, как в глазах всё помутилось, как я повалилась на пол, словно куль с крупой.

Никогда не думала, что очнусь от хора лягушек, да посреди болота. А всё именно так и произошло. И вот лежу я, уставившись в утреннее небо, смотрю на рваные клочки тумана и пытаюсь понять, как здесь оказалась… Но память вернулась довольно быстро, а вместе с ней и испуг, после которого подскочила и принялась тревожно озираться.

– Где я? – прошептала, обернувшись кругом.

– Ква! – пояснили мне лягушки на десятки голосов.

И это могло показаться смешным, если бы я не пришла в ужас от увиденного: травяные заросли, повалившиеся в торфяную жижу корявые деревца и дом, от вида которого меня пробрал холодок. И я бы так и поступила, если было куда пятиться. По счастливому (или не очень?) стечению обстоятельств, очнулась я у самой кромки мутной жижи.

– Ага, полное «ква»,– согласилась я, продолжая озираться по сторонам. А ещё не давал покоя застоявшийся запах воды. Не то чтобы я задыхалась, но уверенности это точно не придавало. Краем глаза уловила движение со стороны дома и… Забыла как дышать. Там, на поваленном дереве, показался жуткий монстр, чьё внимание так же было сосредоточено исключительно на мне.

Я бросилась подальше от этой образины, стараясь не думать о том, что мои мягкие туфли промокли и из светлых стали грязно-коричневыми. Бежала, пытаясь спастись, в то время как за спиной раздавалось тяжёлое свистящее дыхание. После влетела в болотную жижу, надеясь, а вдруг тут есть невидимая мне тропа. Глупо, конечно, но та тварь, что дышала за спиной, вызывала только ужас и ничего больше. У меня не получилось сделать и пары шагов, как вдруг я провалилась, просто ухнула в засасывающую глубину, которая обдала меня вонючим смрадом. Страх, а ещё осознание о невозможности спасения сдавили грудь. Я забарахталась, пытаясь вырваться из мутного плена, но с каждым движением моё тело всё глубже погружалось в болотную топь.

И почти сразу что-то отшвырнуло меня на берег, изрядно приложив головой о торчащие корни поваленного дерева. Я закрыла глаза, пытаясь восстановить дыхание и страшась снова увидеть ту самую жуткую морду, от которой сердце было готово выскочить из груди. Сомнений в том, кто меня спас, не было. Но верить в благие намерения монстра я не собиралась, помнила, что сюда попала не по собственной воле. Именно в этот момент что-то твёрдое ткнулось мне между ног, и следом раздался жуткий рык…

– А-а-а! – громко заверещала я, открыв глаза и задёргав ногами в попытке отшвырнуть от себя пугающую образину. Кажется, задела пяткой по клыкастой морде.

– Замолчи, женщина! – произнёс отодвинувшийся от меня монстр…а после стал меняться, прямо на глазах. И вся эта шерстяная зубастая тварина превратилась в голого мужика с заросшей гривой, которой уже давно не касался гребень. Если он вообще когда-то держал его в руках. Я сглотнула, старательно отводя взгляд от того, что болталось ниже пояса. Стало неприятно и противно. А ещё его кожа имела бронзово-серый оттенок, чего я никогда не видела и выглядело это, мягко говоря, паршиво. – Я говорю, а ты слушаешь!

В моей душе тут же родился протест. Но как с таким поспоришь? И я бы могла, но условия совершенно неравные. А вот думать и молчать иногда полезно, точно знаю.