Охотники за костями. Том 1 - Стивен Эриксон

Апсалар приблизилась к верёвке, ухватилась за неё обеими руками и принялась карабкаться наверх.

Внизу зашипела Телораст:

– Что ты делаешь? Не нужно! Там ужасный захватчик! Жуткий, жуткий, кошмарный, жестоколицый незнакомец! Не поднимайся к нему! Ох, Кердла, смотри, она полезла!

– Она нас не слушает!

– Мы слишком много болтали, вот в чём проблема.

– Ты права. Нужно сказать что-то важное, чтобы она снова начала к нам прислушиваться.

– Хорошая мысль, Кердла. Придумай что-нибудь!

– Я пытаюсь!

Апсалар продолжала взбираться по верёвке, и голоса призраков затихли внизу. Девушка оказалась среди покрытых толстыми иглами ветвей и старой паутины, натянутой между ними, по нитям сновали маленькие блестящие точки. Кожа перчаток уже обжигала ладонь, а икры пронзила боль. Апсалар добралась до первого из нескольких узлов, поставила на него ногу и остановилась, чтобы передохнуть. Взглянув вниз, она увидела лишь чёрные стволы, уходившие во мглу, словно ноги какого-то гигантского создания. Несколько мгновений спустя девушка продолжила подъём. Теперь каждые десять-двенадцать саженей её ждали узлы. Кто-то о ней позаботился.

Эбеново-чёрное днище каракки маячило над головой, поблёскивало наростами ракушек. Добравшись до него, Апсалар упёрлась ногами в тёмные доски и поднялась на последние два человеческих роста, туда, где якорная верёвка уходила через прорезь в планшире. Перевалившись через него, девушка оказалась у трёх ступеней, которые вели на кормовую палубу. Туманные пятна маячили там, где стояли и сидели смертные: тут и там, у снастей, у бокового рулевого весла, один сидел в «вороньем гнезде» над вантами. У грот-мачты стояла куда более плотная, материальная фигура.

Знакомая. Апсалар порылась в памяти, прыгая с одного ложного следа на другой. Знакомая… но не совсем.

На чисто выбритом, красивом лице незнакомца возникла лёгкая улыбка, когда он шагнул ей навстречу и поднял обе руки:

– Не знаю, каким именем ты теперь называешься. Ты ведь была тогда почти ребёнком… когда это было? Всего несколько лет назад? Трудно поверить.

Сердце тяжело колотилось у неё в груди, и Апсалар сама удивилась своим чувствам. Страх? Да, но не только. Вина. Стыд. Она откашлялась.

– Я назвала себя Апсалар.

Незнакомец быстро кивнул. Затем выражение его лица медленно изменилось:

– Ты меня не помнишь, не так ли?

– Да. Точнее, нет. Не знаю. Должна помнить – это точно.

– Тяжёлые были времена, – сказал он опуская руки, но медленно, словно не был уверен, как она воспримет его слова. – Ганос Паран.

Апсалар стащила перчатки – исключительно из-за потребности сделать хоть что-нибудь – и провела тыльной стороной ладони по лбу. Её потрясло то, что рука стала мокрой, ручейки пота внезапно обожгли кожу холодом.

– Что ты здесь делаешь?

– Я у тебя мог бы спросить то же самое. Предлагаю разместиться в моей каюте. Там есть вино. Еда. – Он снова улыбнулся. – Более того, я и сам там сейчас сижу.

Её глаза сузились:

– Похоже, ты обрёл некоторую силу, Ганос Паран.

– Можно и так сказать.

Девушка последовала за ним в каюту. Как только она закрыла за собой дверь, фигура Парана растворилась, и Апсалар услышала движение по другую сторону стола. Обернувшись, она заметила куда менее плотную фигуру бывшего капитана «Мостожогов». Он разливал по кубкам вино, а когда заговорил, голос его долетал словно издалека.

– Тебе лучше пока выйти со своего Пути, Апсалар.

Так она и поступила. И тут же впервые почувствовала под ногами крепкие доски, мерную качку судна в море.

– Садись, – сказал Паран, делая приглашающий жест. – Пей. Вот хлеб, сыр, солонина.

– Как ты почувствовал моё присутствие? – спросила девушка, усаживаясь на прибитый к полу стул. – Я шла по лесу…

– По лесу тисте эдуров, да. Апсалар, я даже не знаю, с чего начать. У Колоды Драконов есть Господин, и ты сейчас пьёшь с ним вино. Семь месяцев назад я жил в Даруджистане, в Доме Финнэста, вместе с двумя спящими вечным сном гостями и слугой-яггутом… хотя он бы меня, наверное, убил, если бы услышал, что я его так назвал. Рейст – не самый приятный собеседник.

– Даруджистан… – пробормотала она, отводя глаза, позабыв о кубке с вином в руке.

Апсалар стремительно теряла уверенность, которую, казалось, обрела за прошедшие годы. Всё смешалось под напором несвязных, спутанных воспоминаний. Кровь, кровь на её руках, снова и снова.

– Я не понимаю…

– Идёт война, – сказал Паран. – Мудрую вещь мне как-то сказала одна из моих сестёр – как ни странно, когда мы оба были ещё детьми и командовали армиями игрушечных солдатиков. Она сказала: «Чтобы выиграть войну, нужно узнать всех игроков». Всех. Живых, что встанут против тебя на поле брани. Мёртвых, чьи легенды превратились в разящие клинки или пламенные символы, которые воздевают над головой, точно вечно бьющееся сердце. Скрытых игроков, неодушевлённых игроков – саму землю… или море, если угодно. Леса, холмы, горы, поля и реки. Течения – видимые и невидимые. Нет, конечно, всего этого Тавор не говорила; она была куда более лаконична, но у меня ушло много времени, чтобы её понять. Суть не в том, чтобы «знать своего врага». Это суждение поверхностное и примитивное. Нет, суть в том, чтобы «знать своих врагов». Огромная разница, Апсалар, ибо одним из твоих врагов может оказаться лицо, которое ты видишь в серебряном зеркале.

– Но теперь ты их называешь игроками, а не врагами, – заметила Апсалар. – Похоже, ты несколько изменил свою позицию – это связано со званием Господина Колоды Драконов?

– Хм, об этом я не думал. Игроки. Враги. А есть ли разница?

– Игроками можно… манипулировать.

– И это ты понимаешь особенно хорошо.

– Да.

– Котильон по-прежнему преследует тебя?

– Да, но уже не так… непосредственно.

– И ныне ты стала одной из его избранных слуг, агентом Тени. Убийцей – точно такой же, какой была прежде.

Апсалар посмотрела ему в глаза:

– Что ты хочешь этим сказать?

– Сам не уверен. Я просто пытаюсь нащупать землю под ногами, оценить тебя и задание, которое ты сейчас выполняешь.

– Если хочешь знать подробности, лучше поговори с самим Котильоном.

– Я всерьёз обдумываю это.

– Ради этого ты пересёк океан, Ганос Паран?

– Нет. Как я уже говорил, идёт война. Я не бездействовал в Даруджистане, как и в последние недели перед битвой в Коралле. Я искал и находил игроков… а среди них – истинных врагов.

– Твоих врагов?

– Врагов мира.

– Надеюсь, ты их убьёшь.