Девчонка из Слезных трущоб - Ирина Матлак

— Я очень не люблю повторять, синеглазка, а ты постоянно вынуждаешь меня это делать. — Голос Флинта обрел былую легкость, но вестись на это я больше не собиралась. — Перейдем к сути.

Надо мной послышался шорох, и, когда я все же рискнула поднять взгляд, увидела в руках пирата жемчужный браслет. Хвала Поднебесным, не из синего жемчуга и не тот, из-за которого меня упекли в тюремную камеру в прошлый раз, а самый обычный.

— Давай руку.

Нет, я правда не самоубийца, но никаких украшений от пирата принимать не собираюсь! Даже самых обычных.

— Вам не кажется, что тема подарков себя исчерпала? — с легким опасением заметила я, даже не думая выполнять требуемое.

Вместо ответа Флинт ловко перехватил мою руку, не дав времени ни возмутиться, ни попытаться протестовать, и уже через миг на моем запястье красовалась тоненькая жемчужная нить. Разумеется, я тут же попробовала ее снять, но ничего не вышло. Браслет сидел точно влитой, никак не хотел поддаваться, а застежка на нем исчезла вовсе.

— Ши возьми! — не сдержалась я, от негодования забыв о страхе. — Сейчас же снимите его!

Воображение моментально нарисовало сцену, как я разгуливаю по корпусу в этом не таком уж и обычном украшении, кто-нибудь его замечает, начинает задавать вопросы, а далее, как ни крути, ничего хорошего меня не ждет.

— Увы, не могу, — безо всякого раскаяния развел руками Флинт. — Но через два дня браслет исчезнет сам.

— Через два дня? — удивленно и все еще негодуя, переспросила я. — Почему именно через два?

Одно в этом мире оставалось неизменным: на мои вопросы никогда не отвечали с первого раза. И не с первого в общем-то тоже. Не став нарушать сложившуюся традицию, оставили меня без ответа и в этот раз.

После очередной безуспешной попытки снять ненавистный браслет я обреченно поинтересовалась:

— А если его увидят?

— Он выглядит как самая дешевая бижутерия, — тут же нашелся Флинт. — Ее может себе позволить даже торговка рыбой, а ты, синеглазка, теперь кадет. Даже если браслет заметят, никто не поймет его скрытых свойств.

Меня охватила смесь раздражения и досады:

— Что это за свойства мне, конечно, знать не положено?

— Ну почему же? — все-таки нарушил традицию Флинт. — Это защитная магия, активирующаяся в случае определенной опасности, — и заметив, что я хочу еще что-то сказать, опередил: — На этом попрощаемся. Прости, синеглазка, но сколь бы ни было приятно твое общество, дела не ждут.

Попрощавшись с Гвианой и уклонившись от очередной книжной атаки, Флинт стремительно подошел к камину и скрылся во вспыхнувшем пламени, уйдя так же внезапно, так появился.

Браслет, очередной разговор с пиратом, да и вся ситуация в целом сильно поубавили мой пыл в отношении кратфага. Желания поработать в библиотеке не осталось никакого, и я уже собралась уходить, когда ко мне неожиданно обратилась Гвиана:

— Посмотри на стол. Он тебе что-то принес.

У меня даже бровь задергалась: и смотреть не требовалось, чтобы понять, о чем речь. В этот момент упрямого, несносного капитана пиратов хотелось… к глубинным отправить, вот что хотелось! Потому что на столе красовался очень знакомый сверток со вполне определенным содержимым.

«Раз ты возвращаешь платье мне, значит, оно снова в моем распоряжении. А раз оно в моем распоряжении, я вновь возвращаю его законной владелице.

P. S. Больше не пытайся его вернуть, все равно не выйдет.

С наилучшими пожеланиями, К. Ф.»

Прочитав надпись на том самом листке, где вверху имелась сделанная мной запись, я с досадой его скомкала и бросила в каминное пламя. Затем взяла злосчастный сверток и, чуть помедлив, с долей сожаления все же отправила его следом. Буквально сердце разрывалось при мысли, что такая красота обратится унылым пеплом, но раз другого варианта нет…

— Кхм-кхм, — нагнало меня покашливание потерянной души, когда я уже взялась за дверную ручку.

Да дадут мне, в конце концов, отсюда уйти или нет?!

Обнаружив, что злосчастный сверток целый и невредимый лежит на полу, я в полной мере осознала смысл слов «вернуть его все равно не выйдет». То есть он еще и неубиваемый — и в огне не горит, и в воде, подозреваю, не тонет. Прямо не платье, а доспех!

Смирившись с неизбежным, я подняла в третий раз преподнесенный пиратом подарок, рискнула попросить Гвиану оставить его в библиотеке, на что, конечно же, получила отказ, и наконец ушла. Вернувшись в комнату, запихала платье на самую дальнюю полку шкафа, помучила собственную руку, пытаясь снять жемчужный браслет, и обессиленно повалилась на кровать.

Злости на них всех нет!

Свой второй выходной я проводила спокойно и продуктивно: лежала и читала. Хоть ловцы не особо жаловали изучение теории по книгам, я считала, что любые знания лишними не бывают. К тому же учебники содержали много полезного и о ловцах, и о нашем непростом ремесле, и о потерянных душах. Перелистывая страницу за страницей, я повторяла приемы использования силы, которые мы с Тэйном уже прошли, а наравне с этим узнавала и некоторые тонкости.

Но как ни старалась отвлечься, периодически все равно отрывалась от чтения, устремляла взгляд в окно и думала. О до сих пор не вернувшемся в корпус адмирале, о Флинте, о браслете, по-прежнему мозолящем глаза.

Ближе к вечеру ко мне в комнату наведался Тэйн. Сирены тихо захихикали, пробубнили что-то вроде «доходяга ундинистая мужикам покоя не дает» и тут же смолкли, тихо прикрыв за гостем дверь.

Я, в этот момент вальяжно развалившаяся на кровати и болтающая в воздухе ногами, мгновенно присела и подобралась. Сработал рефлекс: присутствие куратора — тренировка. И тут же его недавние слова припомнились — дескать, мне больше практиковаться нужно.

Вот ши! Он ведь не за этим пришел?

Придвинув к кровати стул, Тэйн сел, положил руки на спинку и, глядя куда-то мимо меня, спросил:

— Ты сегодня занята?

Так. Кажется, все-таки не тренировка. Но ответить все равно захотелось положительно, потому как я буквально кожей почувствовала, что мое спокойствие сейчас нарушат.

Уже открыла рот, намереваясь соврать, но совесть все-таки не позволила. Да и по моему виду понятно было, что никуда не тороплюсь, толком ничего не делаю и, как следствие, остаток дня ничем не занята.

— Нет, — честно ответила я.

— Тут такое дело, — сразу же среагировал Тэйн, по-прежнему избегая открыто на меня смотреть. — Мне нужна твоя помощь.

Кажется, я даже услышала, как захрипела его гордость, на горло которой он сейчас наступил. Просить о чем-то, тем более полукровок, Косичка явно не привык и сейчас разве что зубами не скрежетал от досады.

Усердно подавляя невольную улыбку, я чуть склонила голову набок: