Связанные - Галина Краснова

Прошло некоторое время…

Женька

Эх, люблю я середину мая. Птички порхают, весело щебечут, листики распускаются, являя миру свою нежно-зеленую беззащитность. И самое главное — запах! Непередаваемый запах пробуждающейся природы. А еще атмосфера предчувствия любви, когда сердце так и замирает, чтобы в следующий миг забить со скоростью триста ударов в минуту.

Поджав под себя ногу, я сидела на скамеечке, старой и потрепанной, и наслаждалась существованием в целом. Жизнь прекрасна! Но есть один отравляющий фактор…

— Ну так что, пойдешь со мной на свидание? — зябко кутаясь в куртку в сотый раз спросил меня Дарелин.

Вот ведь зануда! Каждый день я ему говорю, что не хочу его видеть, что хочу, чтоб он отстал от меня! Но ведь нет! Как баран каждый день приходит заново, с цветами и подарками, и тащит на свидания! Да не пойду я! Он странный. Да и сон я про него плохой видела. Кстати, то что именно после того кошмара мы и познакомились — тоже странно. И пришел ведь такой весь крутой, со словами «Я — Дарелин, я тебя люблю». И на что он рассчитывал? Дуры наивные только в книгах бывают. Не бывает в жизни так, чтобы «принц» обратил внимание на замарашку. Короче, он мне не нравится. И вообще, я его боюсь. Конечно, не до дрожи в коленках, как раньше, но… опасаюсь. Маньяк какой-то.

Поправив волосы, я отбросила их за спину, полюбовавшись на замечательный оттенок гречишного меда. Странно, что когда я очнулась, волосы были длинной почти до колен и вьющиеся, хотя раньше они были другими. Но еще более странное ощущение неправильности. Почему-то я считала, что «правильно» — это синие волосы. Да еще и с красными прядями. Хорошо хоть не розовыми, хотя все равно извращение. Бред, но достойный рассмотрения. Впрочем, как мне сказали, я сильно ударилась головой и заполучила в личное пользование частичную амнезию. Так что бред про «синие волосы», скорей всего тоже последствие травмы.

Но я отвлеклась. Передо мной стоит шикарный брюнет, мечта всех встречных девушек. И явно пытается утащить на свидание. А что я, собственно, сопротивляюсь? Весна пришла и для меня. Кто я, тварь дражащая или право имею на короткую интрижку?

— Ну… смотря куда, — выдала наконец я.

Даже если не понравится, можно будет послать его куда подальше имя веские аргументы. Конечно, сковородка тоже веский аргумент, но в сумочку не помещается. И скалка тоже.

— Э… так ты пойдешь со мной?! — немного растерялся «принц».

У него проблемы со слухом или с мозгами?

— Если будешь так тормозить, то нет. Так куда идем, Ромео? Учти, у меня недавно объявилось семеро троюродных братьев — они за меня любому морду набьют.

Кстати, тоже странность — после странного кошмара я очнулась в привычной каморке нашей с мамой квартиры. Маминого хахаля не оказалось дома, что было уже привычным фактом. Но, что странно — не было и его многочисленных шмоток. Я, помню как сейчас, растерянно оглядывалась, когда из кухни вышла мама, неся поднос с едой. Она была чистой, опрятной и трезвой. И более того, ласковой! Еда оказалась моим завтраком, во время которого мне вручили подарок — новые джинсы и куртку, а так же сообщили хорошие новости — этот хмырь и уголовник исчепз из нашей жизни навсегда. Остались только я и мама. Впрочем, утром объявились какие-то мамины дальние родственники, после чего у меня появилась собственная комната в трехкомнатной квартире в Питере и семеро братьев. Причем друг на друга они похоже так же сильно, как я на афроамериканца и азиата одновременно. Может мама гулящая была? Или у папы гарем. Когда я спрашивала — они не признались. Партизаны, блин.

— Мне не набьют. Я с ними уже разговаривал. Можешь считать, что моя кандидатура полностью одобрена. — вернул меня на землю из воспоминаний «кавалер».

— Странно. Обычно они ко мне никого не подпускают. И всякую религиозную туфту впаривают. В смысле заставляют учить.

Да уж, эти семеро взялись меня так опекать, что хоть стой, хоть падай. Меня учили самообороне, готовке, основам медицины, и разной религиозной чепухе. При этом некоторые особо беспринципные особы не стеснялись меня отшлепать! У, Гаврюша, я те это припомню! Были конечно у них и свои плюсы, как у любого приличного источника питания. Но Гаврюша! Слов нет. Одни чувства! Как сказал Энштейн: «о родственниках много что можно сказать, и сказать надо, потому что написать нельзя». Я ему много что скажу, когда…

— Куда ты хочешь пойти? — вырвал меня из кровавых планов мести мягкий голос Дарелина.

Неожиданно я заметила, что этот Казанова уже держит меня за руку! И когда успел? Смерив его подозрительным взглядом и увидев, как он моментально набычился, всем видом показывая, что в этом вопросе не уступит, я решила не заострять внимания на таком ничтожном вопросе. Мы же не в Японии!

— Ну, я бы с удовольствием сходила в кино, а заодно сыграла бы там на игровых автоматах и поела тирамису.

Понятливо улыбнувшись, он потащил меня к своей машине. Я-то знаю, что мое любимое тирамису подают только в одном торгово-развлекательном центре — в «Пике» на Сенной.

Ну а на крайний безденежный случай тм рядом есть мой любимый Юсуповский парк, где можно мило провести время.

А Дарелин — неплохой парень! Накормил меня до отвала, поиграл вместе со мной в автоматы, великодушно каждый раз проигрывая и с непонятной улыбкой наблюдая за моим восторгом! Ну а потом повел на сеанс. Фильм выбирала я. И кто бы сомневался, что я выберу… очередную часть «Пилы». А что? Может мне он нравится! И я хочу, чтоб, когда мне станет страшно… впрочем, места я попросила взять поближе к проходу, заранее зная, что может и вырвать. Как то раз я пыталась посмотреть первую часть этого кошмара — продержалась ровно до тех пор, пока закончились титры. Но кто знает, может в этой компании он пойдет лучше — такой мужчина рядом! Только успевай от злобных подначек ревнующих девиц отделываться. Мало мне проблем с памятью, теперь как бы еще и не сглазили!