Бросок акулы - Кертис Джоблинг

Дрю стоял на корме и, опираясь на поручень, наблюдал за тем, как матросы из экипажа «Немезиды» сидели группами, ели, пили и разговаривали приглушенными голосами. Флоримо весь день пытался расшевелить их, пел с ними песни, стараясь отвлечь от ужасов, приключившихся в корабельном карцере. Но ближе к закату песни стихли, и над «Немезидой» повисло тягостное молчание. Чем дальше они отплывали на юг, тем ближе становился Лиссийский пролив, в котором их поджидала бастийская армада. Хорошо зная о силе флота лордов-котов, многие опасались, что направляются к неизбежной гибели.

Дрю обернулся и с удивлением увидел приближавшегося к нему по палубе Вегу.

– Вы все еще здесь? – спросил он. – Наверное, на «Мальстреме» уже начинают тревожиться оттого, что вас до сих пор нет на борту своего судна.

– Думаю, что нет, – ответил лорд-акула. – Я должен был еще разок хорошенько изучить бастийские карты. Смотрел, нет ли какой-нибудь возможности не плыть вслепую посреди ночи.

Дрю вопросительно приподнял бровь, а Вега отрицательно покачал головой.

– А что Уитли? Она с вами разговаривает? – спросил граф.

– Нет, – ответил Дрю. – И не уверен, что захочет разговаривать со мной впредь.

– До тех пор, пока вы не отдадите ей голову Опал, да?

– Вот стою, думаю, не позволить ли Уитли совершить правосудие так, как она это понимает. Собственно говоря, какой нам теперь прок от Опал? Она все равно ничего не скажет.

Дрю был благодарен Веге за то, что тот не торопился с советами. Он знал, что лорд-акула охотно позволил бы Уитли взять посеребренный клинок и отомстить Пантере. Но и Вега достаточно хорошо знал Дрю и понимал – и совершенно правильно, что юный Волк не одобрит этой казни.

– Часто вспоминаю тот день, когда мы покинули морскую крепость Гуля, – сказал Дрю.

– И? – моментально напрягся Вега, уже зная, что за этим последует.

– Каспер. Он лорд-ястреб. Вам давно об этом известно?

– О том, что он верлорд? – Подбородок Веги дрогнул, когда он попытался слабо улыбнуться. – С того дня, когда он ребенком оказался у меня на руках. А то, что он оборотень именно из рода птиц, это даже для меня новость, – криво усмехнулся граф, покачивая головой.

– Однажды я спросил Каспера о том, как он попал к вам на службу, – продолжил Дрю. – Он рассказал мне, что его родители умерли, а вы взяли его и вырастили как родного сына, нашли ему место на борту «Мальстрема». Вы никогда не говорили ему о том, что на самом деле произошло, не так ли?

– А о чем я должен был ему рассказать? – спросил Вега.

– О том, что его матерью была леди Шах из Виндфелла, а отцом – граф Вега с островов Кластер. И о том, что они оба живы.

Вега схватил Дрю за руку и повел в сторонку, подальше от сгрудившихся на палубе матросов.

Остановившись в укромном затененном уголке, Вега прижал Дрю к поручням и шепотом спросил:

– Где она?

– Шах? В последний раз я видел ее в Азре, где она гостила у короля Фейсала.

– Откуда вы знаете мою Шах?

– Ее силой заставили служить работорговцу, лорду-козлу Кесслару, и это продолжалось до тех пор, пока мы не покончили с ним и его дружками-ящерицами в Скории.

Дрю живо вспомнились все испытания, которые ему довелось пережить с искалеченным лордом-ястребом бароном Гриффином и его прелестной, загадочной дочерью. Не вдаваясь в подробности, Дрю рассказал Веге о своих друзьях-верлордах из Баста, которых заставляли сражаться как гладиаторов на потеху лордам-ящерицам, о том, как они устроили восстание и бежали с вулканического острова Скория. Несмотря на темноту, Дрю увидел слезы на глазах Веги, когда тот услышал, через что пришлось пройти его Шах.

– А я уже оставил всякую надежду когда-нибудь вновь увидеться с ней, – прошептал Вега. – Самым дорогим, что осталось у меня в жизни, был Каспер, которого много лун тому назад привез ко мне знакомый купец с востока. Тот купец сохранил верность Гриффину и доставил Каспера на острова Кластер. А Шах… Я не имел ни малейшего понятия о том, где она и что с ней.

– Где вы с ней познакомились? – спросил Дрю, потрясенный неожиданно раскрывавшимися перед ним тайнами лорда-акулы.

– В Роу-Шене, в Омире. Я был там гостем леди-гиены Хайфы. Если честно, ухлестывал за ней. Как раз незадолго до этого Гуль и Леопольд отобрали у меня острова Кластер. Я скитался по свету, не знал, чем мне заняться. Чтобы очаровать Хайфу, много времени мне не потребовалось. Я тогда был неотразимым сердцеедом, Дрю…

Вега замолчал, грустно улыбнулся. Юный Волк деликатно прокашлялся и спросил:

– А Шах?

– Шах тогда уже находилась на службе у Кесслара, этот лорд-козел вел дела и с верлордами из Омира тоже. Шах тогда была совсем юной, лет шестнадцати. Изящная, стройная девушка-подросток с огромными серыми глазами. – Вега тряхнул головой, продолжая улыбаться. – Если Хайфа была просто очень красивой женщиной, то при виде Шах у меня перехватывало дыхание. С той минуты, когда мы впервые встретились с Шах, я понял, что никого не смогу полюбить, кроме нее. Несколько недель мы встречались с Шах за спиной Хайфы и Кесслара. Но вот что я скажу, Дрю: не пытайся заводить роман, когда ты в гостях у Псов, все равно не скроешься. Стая шпионов быстро засекла нас с Шах и обо всем доложила Хайфе. Мне пришлось принести леди-гиене свои извинения. А Кесслар к тому времени уже увез Шах на своем корабле. Куда они отправились? Одному Соше известно. С тех пор я больше никогда ее не видел.

– Вы по-прежнему влюблены в нее?

– Влюблен? Влюблялся я сотни раз, и не было во всей Лиссии леди, которая могла бы устоять перед таким красавцем, как я, – ответил Вега. – Но влюбленность никогда не бывает долгой и всегда кончается, как только на горизонте появится новая цель. Но Шах? Нет, я не влюблен в нее. Я ее люблю. И никогда не перестану любить.

Дрю был потрясен. Он думал, что достаточно хорошо знает Вегу, и не мог поверить, что тот способен на такие нежные чувства. Наверное, будет лучше, если он не станет упоминать о том, что в Шах был влюблен бывший работорговец Джоджо, тем более что сам не знал, взаимное ли это чувство.

– Мальчик всегда был очень похож на свою мать, – сказал Вега. – Редкий случай. Подумать только, Шах подарила мне, Акуле, сына-ястреба! Да надо мной на всем Белом море смеяться будут, если узнают об этом!

– А что? Морской ястреб – это звучит, – улыбнулся Дрю. – Каспер будет первым таким верлордом?

Вега кивнул, потом спросил:

– Вы говорите, что в последний раз видели его мать в Азре?

– Да, но когда я уезжал оттуда, город готовился отразить осаду Псов и Котов. А вы что, хотите отвезти Каспера к ней?

– Будь я проклят, если позволю бастийцам захватить Шах.